Серебряный мул (ЛП)
13
Джо Пил успел едва убрать свой двадцать два доллара, полученные им в обмен на двадцатипятицентовики, когда зазвонил телефон на стойке. Портье снял трубку и сказал:
- Это вас, мистер Пил. Межгород. Будьте так любезны, пройдите, пожалуйста, в кабину.
Это был Отис Бигл, и новость, которую собирался сообщить ему Пил, вряд ли могла его порадовать. Сделав глубокий вдох, он направился к телефонной будке.
- Привет, Отис. Я как раз собирался послать тебе ещё одну телеграмму. У меня неприятности...
- Подумать только, у него неприятности! - не дал ему договорить Отис Бигл. - А у меня ты тут думаешь, что? Этот чертов лейтенант Рафферти натравил на меня шефа полиции...
- Это твоего приятеля? Коблера?
- Никакой он мне не приятель. Он угрожал отозвать мою лицензию. Это же смерти подобно, я тогда устанусь не у дел! Слушай, Джо, это все из-за работы больше, чем с одним клиентом по одному и тому же делу.
- Я предупреждал тебя, помнишь?! - торжествующе воскликнул Пил.
- Прекрати, Джо. Если я потеряю лицензию, то ты останешься без работы. А теперь слушай внимательно. Мы должны отказаться от одного из клиентов; весь вопрос в том, от кого именно? От Фаулера и Брета?
- Какие тут могут быть сомнения, Отис? Естественно, мы откажем Фаулеру. Ведь Брет обратился к нам первым...
- Не думаю, что мы должны руководствоваться данным обстоятельством, перебил его Бигл. - Дело в том... ну, в общем я тут как следует пораскинул мозгами и почти уверен, что Брет и убица Кронка - одно и то же лицо. Мы же с тобой не станем представлять работать на убийцу, не так ли?
- Нет, конечно, - согласился Пил. - Значит, если я встречу здесь Брета, то мне нужно будет просто сказать ему, что мы возвращаем ему залог и...
- Нет-нет! - засуетился Бигл. - Не делай этого. Если этот человек преступник, то и серебро это он просто-напросто украл.
- Ясно, - вздохнул Пил. - Но если не вернуть ему задаток, то он будет продолжать оставаться нашим клиентом.
- Не обязательно. Как я уже говорил, я уже почти все просчитал. Брет убил Кронка; Рафферти тоже склонен так думать и наверняка предъявит ему обвинение, если только Брет, скажем так, попадет в руки закона, так что я считаю, что принимая во внимание тот факт, что ты, скорее всего, наткнешься там на Брета...
- Короче, я должен буду "настучать" шерифу, так?
- Ну да. А я уведомлю Рафферти, который и организует его экстрадикцию. Естественно, никто не станет верить убийце.
- А серебряный оковалок останется у тебя. Ладно, Бигл, ты босс, тебе виднее. А теперь позволь доложить тебе о том, какие неприятности постигли меня. Дело в том, что в самолете я, похоже, заснул, и пока я спал - Отис, тебе лучше сесть, если ты сейчас стоишь - какой-то ублюдок украл мой бумажник. Я обнаружил это только...
- Только не говори, что у тебя украли все деньги, что я тебе дал! воскликнул Отис Бигл.
- Там были не только твои деньги, но и мои собственные тоже, - с горечью проговорил Пил. - Так что я оказался в совершенно ужасном положении. И если ты не переведешь мне телеграфом хотя бы немного денег, то я не смогу завтра попасть в Вирджиния-Сити.
- Ну и черт с тобой, Пил! - выкрикнул в трубку Отис Бигл. - Оставайся там и подыхай с голоду. Ты уволен...!
В трубку раздался громкий щелчок, и соединение прервалось. Пил покачал головой и положил трубку. Он уже хотел выйти из будки, но в следующее мгновение замер на месте.
Отсюда ему было хорошо видна стока портье. Элеонор Джейвлин записывалась в книгу постояльцев, и сопровождал ее... Мартин О'Фаррелл, тот самый карточный игрок. О'Фаррел что-то с жаром говорил девушке.
Пил чуть приоткрыл стеклянную дверь телефонной будки, но так и не смог разобрать слов, ибо в этот самый момент портье позвонил в колокольчик, и мальчишка-коридорный подошел к стойке и взял стоявший на полу багаж Элеанор Джейвлин. Затем она в сопровождении О'Фаррелла стала подниматься по лестнице.
Пил вышел из будки и быстро заглянул в гостевую книгу. Запись Элеанор Джейвлин гласила:
Этел О'Фаррелл.
- Будь я проклят, - сказал он, обращаясь у портье, - ведь это же Марти и Этел О'Фаррелл. В каком номере они остановились...?
- Мисс О'Фаррелл в 204, - ответил портье. - А её брат снял соседнюю комнату.
- Ну разумеется. Пойду-ка я, пожалуй, поздороваюсь. Представляю, как они обрадуются, когда узнают, что я тоже здесь.
Сказав это, он проворно взбежал по лестнице. Навстречу ему попался мальчишка-коридорный. Насвистывая что-то веселенькое, Пил энергично постучал в дверь номера 204.
Дверь ему открыл Мартин О'Фаррелл, который, судя по всему, вовсе не обрадовался появлению Пила.
- Вы!
- Ага, я тут подумал, что было бы неплохо ещё разок перекинуться в картишки...
- Как-нибудь в другой раз, - натянуто проговорил О'Фаррелл. - Сейчас я очень занят. - Он попытался было закрыть дверь, но Пил предусмотрительно поставил ногу в проем.
- А что это Этел не видно? - усмехнулся Пил. - Я бы и с ней не отказался бы поздороваться.
- Кто там еще? - раздался за спиной у Мартина О'Фаррелла голос Элеанор Джейвлин. Мужчина в дверях тихонько чертыхнулся и распахнул дверь настежь.
- Вы? - охнулся Элеанор Джейвлин при виде Джо Пила.
- Здравствуйте, - учтиво поздоровался Пил. - Я просто видел, как вы входили в отел, вот и решил зайти по старой дружбе поздороваться.
- Вы это уже сделали, - отрезал О'Фаррелл. - А теперь, если не возражаете...
- Но мы с этой леди давние знакомые, - запротестовал Пил. - Не так ли... мисс О'Фаррелл.
Элеанор Джейвлин обреченно вздохнула.
- что вы делаете здесь, в Неваде?
- Да так... приехал немного поиграть. Кстати, чуть не забыл, дядюшка Гэри действительно промышляет мухлежом в этой забегаловке "У Джеффа", или это все наглая ложь и напраслина? - Он перевел взгляд на О'Фаррелла, лицо которого гневно побагровело. - Надеюсь, вы не обижаетесь на то, что я обыграл вас в карты?
- вовсе нет, - хрипло проговорил О'Фаррел, - но вы... вы уже начинаете действовать мне на нервы.
- Что вам нужно? - спросила Элеанор Джейвлин. - Это просто неслыханно! Вы и здесь не даете мне проходу!
- Он больше не будет! - угрожающе заявил Мартин О'Фаррелл.
Пил шутливо погрозил пальцем.
- Ну что ты, малыш...
И тут же получил сокрушительный удар в челюсть.
14
Джо Пилду приснился сон, в котором Отис Бигл был арестантом в полосатой робе и кандалах, к ноге которого был прикован огромный железный шар. А Джо Пил был надсмотрщиком, в обязанности которого входило стоять у Отиса Бигла над душой и следить за тем, чтобы тот хорошо работал, разбивая кувалдой огромные валуны на более мелкие фрагменты, которые затем предстояло превратить в щебенку.
Это было замечательный сон, ибо всякий раз, когда Отис Бигл снижал темп, Джо Пил изо всех сил бил его ногой по тому месту, в которое обычно бьют мужчин ногой.
Затем Джо Пил проснулся и понял, что чувствует себя прескверно. У него раскалывалась голова, и эта боль, казалось, отдавалась множественным эхом в самых дальних уголках тела.
Он застонал и сел, с удивлением обнаруживая себя на кровати в своей собственной комнате. Он знал, что это был именно его номер, ибо дорожная сумка из свиной кожи лежала на кровати рядом с ним. И она была открыта.
- О, Господи, - только и смог выдохнуть он.
Поднялся с постели и побрел в ванную, где намочил полотенце в холодной воде и приложил его ко лбу. Затем принялся разглядывать себя в зеркало и обнаружил, что в том месте, где кулак Мартина О'Фаррелла пришел в соприкосновение с его челюстью, теперь образовался огромный желвак.
К нему в душу закралась шальная мысль, он поспешно сунул руку в карман и вздохнул с облегчением. Его двадцать два доллара были на месте. Мартин О'Фаррелл вырубил его одним ударом и притащил обратно в номер, однако он не ограбил его. Видимо, хоть капля совести в душе у О'Фаррелла ещё оставалась.