Выключай телевизор, хэппи-энда не будет! (СИ)

Мельник пулей устремился вперед. Сбоку его пытался остановить отчаянным подкатом игрок хозяев, но юноша вовремя заметил это и успел перепрыгнуть катившегося по земле защитника. Поймал на ногу мяч и, кинув быстрый взгляд по сторонам, технично, с закруткой, пробил в дальний угол над вышедшим слишком далеко голкипером «Слована».
- Тьфу, зараза! – сплюнул Данила. Мяч пролетел в считанных сантиметрах от штанги. К сожалению, с внешней стороны. Но сама контратака обнадеживала. Глядишь, еще пару-тройку раз так убегут, в самом деле сквитают счет. Теперь важно не останавливаться и не опускать руки. Тогда точно все получится.
Чехославаки начали новую атаку. Йожеф Чапкович уверенно пошел вперед. Мяч, словно приклеенный, катился возле его ноги. Игрок технично прошел двоих динамовцев, нашел в штрафной своего брата-близнеца и выверено навесил на него. Ян в очередной раз оторвался от Рябова и здорово пробил головой в падении. Но на самой ленточке пятнистого все же успел остановить Ракитский. Точнее, отбить на угловой.
Навес, борьба во вратарской, снова угловой – Мельник поглядывал на происходящее с опаской. Все время ходим по краю. Так ведь возьмут, да и правда еще один мяч сейчас затолкают словаки. Почти все москвичи отошли назад.
- Ребята, не спим! – закричал Аничкин в это время. – Разбираем своих, играем строже. Давайте, давайте!
Подача, толкотня – Мельник даже не понял, от кого именно отскочил к нему мяч. Просто в какой-то момент обнаружил круглого у себя в ногах, и побежал, что есть мочи, вперед. Парень старался контролировать ситуацию вокруг себя, но при этом следил за мячом, не отпуская его далеко. Мелькали чьи-то ноги, кто-то пытался зацепить нападающего, сбить, но, к счастью, Даниле удавалось уворачиваться и продолжать идти дальше. Одному из соперников даже исхитрился пробросить мяч между ног тем самым «мускатным орехом»-nutmeg*ом. Трибуны даже замолчали от неожиданности. Такого здесь еще не видели. А советский игрок, пользуясь этим замешательством, выскочил на свидание с Венцелем. Легкое, почти незаметное движение ноги и пятнистая сфера пролетает мимо оцепеневшего голкипера под опорную. Тихий шелест сетки. 1-1
- Гол! – среди расстроенной тишины стадиона послышался радостный крик динамовцев. Мельник победно вскинул руки вверх, а в следующую секунду на него налетели товарищи. – Есть один! – орал возбужденно Семин. – Сравняли! Молодец, Даня, давай еще парочку!
- Классно пробил, Малой, - от избытка чувств Маслов сильно ударил Данилу по плечу. – Кипер даже не рыпнулся. Будем дальше так играть, обязательно выиграем.
Забитый гол вернул москвичам уверенность. А хозяев, наоборот, привел в уныние. Ведь при таком раскладе им требовалось забивать минимум дважды. Но москвичи поймали свою игру и уверенно контролировали мяч. Хорошо пасовали друг другу, заставляя соперника бегать впустую, тратя силы на то, чтобы отобрать кожаный снаряд, забрать его себе.
Бесков произвел замену. Козлов ушел отдыхать, а вместо него появился Эштреков. Привычная перестановка, при которой Мельник уходил в центр, а Володя занимал его место справа.
Вскоре Эштреков продемонстрировал свою феноменальную скорость, подал в штрафную, где Данила опередил защитника, и пробил головой точно в угол мимо вратаря.
- Гол!
Но что это, усатый турок отрицательно машет головой и разводит руки. В чем дело?
- Офсайд!
- Господин судья, какой офсайд, я был в правильном положении, - попытался убедить рефери в своей правоте Мельник, призвав на помощь свое знание английского языка. Но бармалей был неумолим и все время повторял одно и то же, как заведенный:
- Офсайд!
- Малой, не связывайся, - подлетел Еврюжихин. – А то он, не ровен час, удалит тебя с поля.
- Ген, но ведь не было вне игры, - возмущался Мельник. – Честное слово. Я из-за защитника выскакивал.
Чехословаки тем временем провели быструю контратаку. Ладислав Модер пронзил оборону «Динамо» точно раскаленный нож масло, ему навстречу выбежал Ракитский. Столкновение, оба лежат на земле, а мяч медленно, но неумолимо катится в ворота.
 
- Черт, гол! – простонал Еврюжихин. – Опять пропустили.
Но в этот момент Аничкин молнией метнулся к воротам и выбил мяч в поле. Игроки «Слована», которые уже вскинули победно руки, бросились к арбитру, окружили его и начали требовать засчитать гол. На Бабаджан опять мотал головой, как китайский болванчик. И опять не давал счету на табло измениться. А особо рьяным игрокам хозяев даже пригрозил удалением.
Игра продолжилась. Но атмосфера после двух незасчитанных мячей неожиданно накалилась. И все чаще рефери свистел нарушения, назначал штрафные и свободные удары то в одну, то в другую сторону. Правда, футболистов обеих команд это останавливало мало. Борьба шла острая и беспощадная. Крики болельщиков, которым также передалось настроение игроков, слились в один протяжный вопль. Зрители азартно подбадривали своих любимцев, стадион содрогался и гремел.
- Малой, покажи им, на что способен! – орал Голодец, размахивая носовым платком, точно флагом. – Врежь, как следует!
Услышав этот призыв, Мельник устремился в очередной рейд к воротам противника. Но действовал при этом с умом, не лез в обводку, а старался пройти вперед при помощи точной перепасовки с товарищами. Наигранная комбинация позволила подойти к штрафной «Слована», где Данила дождался передачи от Еврюжихина и мощно выстрелил. Гулкий звон, и круглый, чиркнув по штанге, уходит за лицевую. Не повезло. Опять.
- О-о-ох! – выдохнули облегченно трибуны. А динамовцы разочарованно выругались.
- Парни, еще три минуты! – закричал в этот момент Голодец. – Слышите, три минуты!
- Три минуты, три минуты – это много или мало, - фальшиво пропел Мельник.
- Чего ты там подвываешь? – устало спросил Семин. – Играй давай, Карузо!
- О, Юр, хочешь анекдот про Карузо?
- Придурок! – припечатал товарищ. – На всю голову стукнутый.
- Так вот, слушай. Встречаются два еврея…
  
Глава 23
 
1968-69 гг. Декабрь - Январь. Москва
В первый календарный день зимы Данила принимал присягу. Уж неизвестно, что так подействовало на Бескова – резкие слова и угроза уйти в другую команду, или же, наоборот, хорошая игра в ответном матче со «Слованом», но только на следующий день после возвращения из Братиславы в квартире Мельника раздался телефонный звонок. И администратор команды, Сергей Сергеевич Ильин порадовал парня известием, что к первому числу тот должен знать назубок текст военной присяги, процедуру ее проведения и уметь шагать с правильной ноги.
Сказать, что юноша охренел, не сказать ничего.
- А откуда я все это должен узнать? – задал он вполне резонный вопрос Ильину. Но тот куда-то торопился и вдаваться в подробности не стал. Быстро продиктовал адрес воинской части, фамилию офицера, к которому надо подойти и распрощался. – Дурдом! – резюмировал юноша, держа в руках трубку, из которой раздавались короткие гудки. – Дурдом на выезде.
Исконный русский вопрос «что делать?» встал в полный рост. Поразмыслив немного, Мельник решительно начал крутить телефонный диск. Сначала решил попробовать разузнать необходимую информацию у Маслова. В конце концов, Валера мужик пробивной, ходы-выходы знает точно. Опять же, батя у него полковник.
Но, к сожалению, когда дозвонился, выяснилось, что неугомонный Масло еще с утра усвистал куда-то с Аничкиным. Значит, и Витьке набирать бессмысленно. Вот, разве что…
- Лев Иванович, простите, что беспокою, - немного робея, начал разговор с Яшиным Данила. – Консультация ваша требуется по одному вопросу.
- Валяй, - благодушно отозвался голкипер. На заднем фоне был слышен заливистый детский смех и притворно-строгий голос Валентины Тимофеевны.
Мельник как мог, рассказал о возникших затруднениях. Яшин немного подумал, а потом сказал:
- Знаешь, не забивай себе голову. Если подумать, то все это пустая формальность. Приедешь, прочитаешь с листа текст, распишешься, где надо и спокойно отправишься восвояси. Думаю, что в части все в курсе твоей ситуации. Как говорится, не ты первый, не ты последний – мы все именно к ней приписаны. А появляемся только в день получки. – Лев Иванович коротко хохотнул. – Кстати, давай я тебе объясню, как удобнее до КПП добраться. Я ведь там неподалеку родился и первые тринадцать лет прожил – на Миллионной. Так что, можно сказать, поедешь в мое родовое гнездо! Батя у меня слесарем высшей квалификации был. Слушай и запоминай. А лучше запиши.