Выключай телевизор, хэппи-энда не будет! (СИ)

А вот что действительно реально, так это проехать по городам и весям в составе «Динамо» с мастер-классами. Подшефных коллективов у его клуба было, как на Жучке блох. То есть, до фигища. Вот туда запросто направят. И даже отвезут, поскольку отчитываться наверх о проделанной работе нужно всем. Ведь, как учил дедушка Ленин: коммунизм – это учет и контроль! Кстати, о чем-то подобном – в плане посещения детских команд, разумеется, не об Ильиче, - недавно Голодец говорил на каком-то собрании. Мельник тогда не особо вслушивался, а, выходит, зря. Главное, чтобы на «зону» не отправили, мячик на потеху ворам чеканить. Это сразу нет. Красное пальтишко – ага?
Да, надо все хорошенько обдумать. С этой мыслью Данила отложил в сторону письмо и конверт от мальчика Сережи и решительно потянулся за следующим посланием.
- Плохо, Мельник. Очень плохо, - Бесков поморщился. – Бери пример, вон, хотя бы с Козлова. Он с мячом даже спать ложится. А ты лениться стал в последнее время. Раньше после тренировок всегда задерживался, отрабатывал финты или удары, а теперь первым в душ несешься. Отсюда и резкое снижение уровня формы. И, как следствие, редкое попадание в состав. А тебе, с учетом молодости и отсутствия стабильности, пахать нужно в два, в три раза больше, чем другим. Понял?
- Да, - еле слышно выдавил красный, как рак Данила. – Уяснил.
- А коль уяснил, тогда сейчас идешь и в паре с Лариным отрабатываешь удар с лета. – Константин Иванович недовольно посопел. – Тоже еще один звездун. Один раз прогремел и сразу нос задрал до небес. Володя, - окликнул старший тренер Козлова. – Давай, как ты умеешь, понабрасывай двум этим дарованиям. Ракитский, в рамку! И учтите, - Бесков строго посмотрел на двух провинившихся футболистов. – У кого в серии из тридцати ударов будет меньше забитых – гусиный шаг вокруг поля.
- На хрена ты к нему подошел? – зло поинтересовался Ларин, когда они пошли на исходную точку возле границы щтрафной. – Не видел что ли, он весь на нервах с утра и только и ждал, на ком бы сорваться. Вот ты придурок, Малой! И меня еще под монастырь подвел. Точно придурок!
- Отвяжись, - буркнул Данила. Ну, да, глупость сморозил, даже спорить незачем. Захотелось напрямую, глаза в глаза, поинтересоваться у Константина Ивановича, почему тот в последнее время постоянно сажает его на банку. Вот и нарвался на гневную отповедь и наказание. Что ж, поделом дураку. Хотя, насчет того, что перестал дополнительно тренироваться – это Бес загнул. Сам ведь ордер на квартиру вручал, неужто не понимает, сколько всяких проблем требовалось решить из-за новоселья?
- Не спи, замерзнешь! – крикнул Даниле Козлов. – Лови.
Мяч шустро полетел к молодому форварду. Тот быстро прикинул, в какой точке он начнет снижаться, подстроился, положил корпус. Удар!
- По воробьям! – засмеялся Ракитский. Он даже не стал изображать и малейшего намека на то, что собирается прыгать. Мельник с досады чертыхнулся.
Ларин приложился удачнее. По крайней мере, в створ ворот попал. Правда, почти по центру и Сашка спокойно отбил летевший прямо на него мяч.
- Мельник! – дунул в свисток неизвестно откуда появившийся Кузнецов. Видать, Бесков отправил проконтролировать, как идет воспитательный процесс.
Да что ж ты будешь делать – и второй удар в молоко!
- Туловище как можно больше наклоняй в сторону опорной ноги, - подсказал немедленно тренер. – Бьющую ногу во время замаха резче отводи вверх и назад. А во время удара опорная должна быть в полусогнутом состоянии и слегка приподнята на носке. И по мячу всей плоскостью подъема бей. Попасть должен строго в середину. Усек?
- Угу.
- Тогда готовься к следующему удару. Ларин, ты ведь слышал, что я сейчас Мельнику объяснял?
- Слышал.
- Вот и покажи, как понял.
Так и пошло. К концу серии Данила втянулся и у него стало помаленьку получаться. По крайней мере, Ракитский перестал издеваться над его промахами и язвительно высмеивать их, а принялся кидаться за летящими в ворота мячами всерьез. Счет в противостоянии с Лариным стал неумолимо клониться в пользу Мельника. Володька молчал, но было видно, что постепенно заводится. И бьет все сильнее и сильнее.
 
- Полегче, чертушка! – не выдержал, наконец, Сашка, болезненно встряхивая кистями после очередного отраженного удара. – Руки отсушил, зараза. Мне ж еще в Донецке играть.
- Иванов, замени его, - немедленно отреагировал на происходящее Кузнецов.
Олег страдальчески закатил глаза, но возражать не решился и послушно пошел на место Сашки. По классу он все-таки уступал коллеге, и потому Даниле удалось два раза подряд прошить его. Ларин окончательно озверел и очередной свой удар нанес с такой силой, что…мяч просто лопнул!
- Ах, ты ж, вредитель! – взвыл Кузнецов. – Мы ведь эти мячи в Швеции за валюту покупали. Импортные, специальной водонепроницаемой краской обработаны – чтобы воду не впитывали. А ты, орясина, их вдребезги! Куда мне его теперь прикажешь девать, на помойку отнести?
- Что за шум, а драки нету? – подошел к ним Бесков, который все это время гонял в хвост и гриву других футболистов.
- Погляди, Константин Иванович, как этот балбес имущество казенное уничтожает! – ярился Кузнецов, демонстрируя старшему тренеру останки несчастного мяча.
- Н-да, силен! – уважительно покачал головой Бесков. – К этой силушке еще бы мозги добавить. Значит, поступим следующим образом, - принял он решение, немного подумав. – Бить прекращаете. Оба. Вокруг поля по три круга. А потом, - Константин Иванович злорадно усмехнулся. – Пойдете старые мячи красить. Восполнять, так сказать, потери.
- А я-то здесь причем? – возмутился Данила. – У меня мячи не лопаются. С какой стати…
- Четыре круга!
- Константин Иванович…
- Пять!
- Заткнись, гад, - злобно прошипел Ларин в ухо Мельнику и незаметно ткнул одноклубника кулаком в поясницу. – Иначе он в раж войдет и мигом до десятка нагонит.
Данила угрюмо замолчал. Бесков с садистской ухмылочкой еще минуту постоял возле них, ожидая, не захочет ли кто-нибудь из молодых игроков снова покачать права. Но те урок усвоили крепко, и поэтому старший тренер удалился ни с чем, разочарованно вздохнув.
- Володь, давно хотел спросить тебя, как художник художника: а как мячи красят? – устало поинтересовался Мельник у одноклубника, когда они, наконец, завершили пыточное упражнение и устало присели на скамеечку у бровки, чтобы немного передохнуть.
- Иди на хер, художник, - окрысился на него товарищ, тяжело дыша. – Лишние два круга из-за твоего длинного языка прошли. У меня сейчас ноги отвалятся. И сердце выскочит.
- Зато мячи красить идем по твоей вине, - немедленно вернул должок Данила. – На кой черт мяч ухайдокал?
- А я что, - недовольно засопел Володька. – Бил, как всегда. Небось буржуи бракованный подсунули.
- Так как их красить нужно? – снова спросил Мельник.
- А, - лениво отмахнулся товарищ. – Пошли к дяде Грише, он все мигом тебе растолкует. Там в принципе ничего сложного нет, просто муторно до чертиков.
Так и оказалось. Выслушав присланных к нему футболистов, мастер похмыкал, а потом скрылся в своей подсобке. Погремел там железками, с чертыханием пошарил по полкам, а потом вышел обратно.
- Вот, держите. – Он протянул несколько разномастных кусков наждачки, кисточки и банки с краской и растворителем. – Мячи старые возьмете вон в том углу, - показал он направление. – Их там уже десятка полтора накопилось.
- Сколько? – взвыл Ларин. – Да нам здесь неделю с ними придется коноеб..ться!
- Все, положим, я тебя красить не заставляю, - спокойно возразил дядя Гриша, доставая сигареты и спички из кармана своего синего халата. – Но штуки три-четыре в порядок приведете. Я их потихоньку готовил уже к покраске, они там все вымыты и высушены. Задача ясна? Тогда приступайте. Если что понадобится, я у себя. – И мастер шмыгнул в свою каморку.
- Самые убитые ищи, - посоветовал многоопытный Володька, когда они добрались до небольшой кучи старых мячей разной степени изношенности.