Генетика любви (СИ)

— Ах, это… — Почудилось, будто Себастьян споткнулся. — Я вышел на ночную пробежку, а тут услышал крик Ланса и поспешил на помощь.
Хвост цварга срезал траву перед нами, но в этот раз немного кривовато.
— А… где ваша футболка?
«Вселенная, он несёт твоего сына, а ты допытываешься до его внешнего вида! Да если бы он даже явился полностью голым и признался в лунатизме, это всё равно было бы лучше отсутствия помощи!» — сердито одёрнула себя, но слова уже сорвались с губ.
— Забыл в траве.
Я невольно охнула, представив, какой выговор получила бы от Мориса, если бы по моей вине ему пришлось оставить одну из драгоценных брендовых вещей где-то на земле. Небо безоблачное, но погода летом на Цварге непредсказуемая, может и дождь пойти. А если Себастьян выставит счёт за испорченную футболку? Нестабильные атомы, да она же стоит наверняка как наше месячное питание!
— Наверное, надо вернуться… — неуверенно пробормотала, глядя в жилистую спину цварга, но он даже не сбавил шага.
— Потом, как будет время, вернусь и поищу. Ничего страшного. Нет таких вещей, которые бы стоили дороже, чем здоровье детей.
Некоторое время мы шли молча, а затем Ланс завозился на руках Себастьяна и протяжно застонал:
— Бо-о-ольно…
— Я знаю, — невозмутимо ответил Касс. — Я могу помочь, но мне кажется, что твоя нога болит не настолько сильно, чтобы вмешиваться в ментальный фон.
Ланс поёрзал и вместо очередного стона умирающего лебедя вдруг деловито поинтересовался:
— А как помочь?
— У тебя задеты нервные окончания, они передают информацию в головной мозг, что тебе больно. Я могу на уровне бета-колебаний убедить твой организм, что никакой боли нет.
— То есть ты обманешь мой мозг?! — потрясённо переспросил сын.
Себастьян кинул.
— Да, я это внушу с помощью резонаторов. Алгоритм похож на наведение эмоций, которое мы обсуждали на уроке, или на включение электромагнитного контура. Мне необходимо лишь сосредоточиться, создать и направить правильные бета-волны. Поскольку ты сейчас сидишь на руках, последнее будет совсем не сложно.
— Но ведь это, получается, будет обман… — прошептал мальчик и повернул голову, чтобы посмотреть на брата-близнеца.
Я прекрасно знала Эти Взгляды и всеми клетками чувствовала, что прямо сейчас происходит что-то неуловимое, но очень важное: близнецы принимают решение. Вроде бы Себастьян общался только с Лансом, но у меня возникло до зуда стойкое ощущение, что общаются все трое и речь о чём-то, чего я не могу понять, хотя разговор слышала с самого начала.
Лотт еле уловимо наклонил голову к правому плечу. Ланс тяжело вздохнул и перевел взгляд на Себастьяна:
— Спасибо, профессор Касс, но нога действительно болит уже не так сильно. Я потерплю.
Я так растерялась от ответа сына, будучи уверенной, что он попросит обезболить ногу, что и не заметила, как мы вышли к величественной усадьбе за высоким ажурным забором.
Периметр частной территории украшали парящие в воздухе энергетические шары-фонари, в рассеянном свете которых просматривался парк миниатюрных фонтанов и статуй, парковку занимали такие флаеры, что не все шильдики-то были мне известны, но главное — само здание! Даже не будь я архитектором, невозможно было не отметить искусную работу гения, создавшего это произведение искусства: стекло, металл и камень переплетались друг с другом, образуя причудливый танец материалов. Мощный фундамент, мраморные ступени, панорамные окна-стены, переходящие в прозрачную мансардную крышу, несколько широких террас с балконами, увитыми гроздьями цветущей глицинии.
«Должно быть, здесь живут по-настоящему состоятельные цварги, и стучаться, да ещё и среди ночи, к незнакомцам и просить о помощи — непозволительное свинство…»
— Мы вышли не на ту дорогу, — сказала я расстроенно. — Наш с Морисом дом в другой стороне.
— Нет-нет, всё верно, — заверил Себастьян, бодро останавливаясь перед современной автоматической системой распознавания гуманоидов на воротах. — Это мой дом.
Пока голубой луч биосканера захватывал его лицо, он нахмурился и добавил:
 
— Не в том смысле, что поместье принадлежит мне. У меня квартира в южном полушарии, но бабушка с дедушкой любят, когда я останавливаюсь здесь.
— Ясно, — ошеломлённо ответила я.
К счастью, от дальнейших расспросов спасли скрипнувшие, открывающиеся настежь ворота. Взгляду представилась дизайнерская дорожка, выложенная разной величины плоскими камнями, фигурно подстриженные кусты и лента крошечных фонариков на солнечных батареях.
«Это не твои клумбы с тюльпанчиками и картошка в дальнем углу».
Не обращая ни на что внимания, Себастьян с Лансом на руках в несколько прыжков добрался до лестницы, буквально взлетел по ней и скрылся за тяжёлой входной дверью.
— Мам-мам, тут так круто-о-о! — Лотт подёргал меня за руку, выводя из состояния лёгкого транса. — А можно я вон на тех качелях покачаюсь?
— Что? Какие качели?
Я обернулась и посмотрела туда, куда тянул сын. За всем великолепием я умудрилась просмотреть подвесные диван-качели, спрятанные в шёлковом шатре, по цвету сливающемся с окружающей зеленью. Тот, кто устанавливал их в саду, определённо знал толк в комфорте: засыпа́ть в тёплую летнюю ночь на природе, лежа на мягком матрасе и смотря на небо, — это изысканное удовольствие.
Крепче ухватив Лотта за руку, повела его в дом.
— Лотт, мы здесь ненадолго. Сейчас дока вызовем, он Ланса осмотрит, и мы сразу же отправимся домой. Понял? — Добавила чуть тише: — Только бы в этом доме никого не перебудить. Не уверена, что нам здесь будут рады.
— Ага, — с шумным тяжёлым вздохом отозвался сын.
[1] На планете очень мало женщин, а потому некоторые цварги, вместо того чтобы посещать райские сады на Тур-Рине, выписывают себе девушек для коротких отношений. Визы категории «беллеза» выдаются Аппаратом Управления в строго ограниченном количестве, и стоят они дорого. Это широко не афишируется.
 Глава 8. Кассы 
Себастьян Касс
Благодаря резонаторам он чувствовал, что с Лансом всё в порядке, а вот испуг Ориеллы и её общее состояние тревожили. Всю дорогу до дома Себастьян тщетно ломал голову, как её утешить, и пришёл к выводу, что она сама успокоится, как поймёт, что с сыном всё в порядке. После того как вся четверка зашла на территорию поместья, Касс-младший рванул внутрь дома. Получилось не очень-то культурно, но Себастьяну остро требовалось убедиться, что все домашние спят. Ну или хотя бы оба дяди.
«Вселенная, смилостивись хоть раз в жизни, умоляю. Четвёртый час ночи, пожалуйста, пускай они спят…»
Видимо, Вселенная решила, что Себастьян исчерпал лимит везения на сегодня, так как стоило ему сделать несколько шагов, как он буквально влетел в — короткий взгляд на тапочки — Стефана.
— Ты что здесь делаешь?!
— Да вот, ходил на кухню воды попить, смотрю — охранка мигнула входящим гостем, я и задержался. А ты что делаешь? — Стеф зевнул и кивком указал на прикорнувшего на груди Ланса. — Решил пойти более простым путём и похитить ребёнка у женщины, чтобы она пришла за ним? Эффективно, должно быть. А футболку снял, чтобы сразу в койку затащить было проще?
Себастьян прикрыл глаза. Шварх, ну почему желание, чтобы дяди спали ночью, — невыполнимое для Вселенной?!
— Стеф, абсолютно не смешно. — Он поудобнее перехватил ношу на руках и принялся устраивать маленького пострадавшего на диване. — Недалеко от нас произошёл несчастный случай. Этот мальчик оступился, когда ловил жуков-роговиков. Пожалуйста, присмотри за ним. Я, по идее, все осколки вынул, и ранки уже должны начали затягиваться, но, может, что-то упустил? Сейчас за переносным рентгеном сбегаю и вернусь. И да, его мама сейчас вот-вот зайдёт в дом. Пожалуйста, будь повежливее.
Стефан изумлённо выгнул бровь, но медленно кивнул, а племянник бросился со всех ног в свою комнату. Уже заворачивая за угол, он услышал голос дяди: