На свои круги (СИ)
На свои круги
Александра Турлякова
часть 1
Гостей, подъезжающих к замку, заметили издалека, и, когда всадники приблизились, их уже встречали в распахнутых воротах замка. Слуги принимали лошадей, под ногами крутились местные собаки. Встречать гостей вышел сам хозяин – молодой граф Эрвин Гавардский. Стоял в стороне, наблюдая за всеми, заложив большие пальцы обеих рук за пояс.
Спрыгивая с коня, барон Вольф отметил про себя небрежную осанку улыбающегося графа. Ну что ж, повезло мальчишке по жизни. Нет и восемнадцати, как стал полноправным хозяином таких земель и такого замка. Как схоронили весной старого графа, так и стал Гавард владением этого сопляка. Какие земли пропадают зря! Да с такими возможностями можно в свиту к самому королю проситься, стать приближённым к монарху.
Барон Вольф ещё раз глянул в лицо молодого племянника. Да, повезло ему. Интересно, он хоть это понимает, осознаёт хоть что к чему? Улыбается, паршивец, смотри, как высокомерно голову держит... Конечно, он граф, а к нему пожаловал дядя – барон, всего лишь барон... Подойдёт ли ещё сам?
- Здравствуйте, дядя Вольф.- Подошёл, протягивая руки, ну, ни дать ни взять, любимый племянник – сын младшей сестры, храни Господь её душу.- Как добрались? Как дорога? Мы не ждали вас так скоро, после последних дождей дороги отвратительные... Вы останетесь до Троицы?
- Как позволишь...- Барон обнял племянника, притиснул к груди, ощущая ладонями под тканью камзола сильную спину молодого человека. Как ни крути, а мальчишка в свободное время занимался, учился владеть оружием; хорошо ездил верхом и плавал ещё с детства. Он готовил себя к ратному делу. Правда, теперь он не скоро отправится в поход, пока не женится и не родит наследника, иначе король не позволит.
Барон вдруг рассмеялся, обнимая племянника, ответил на вопросительный взгляд молодого родственника:
- Позволишь погостить? Или мне сказать лучше «позволите», а обратиться как? Милорд?
- Да что вы, дядя Вольф, какой я для вас милорд? Мы же свои! Вы о чём?
Барон чуть улыбался в чёрную аккуратную бородку, следил за глазами молодого графа. И где вся эта небрежность, где высокомерие? Мальчишка открыт и доверчив, всё такой же простодушный малый, как был при последней встрече пять лет назад. И титул, и земля не изменили его. Это к лучшему. Раннее сиротство не испортило его, по крайней мере, на первый взгляд.
- Пойдёмте! Ваших людей устроят, скоро обед... Я покажу вам вашу комнату. Это хорошо, что вы приехали, я так хотел увидеть кого-нибудь из своих...
В замке мало что изменилось после смерти старого хозяина. Прошло три месяца, как схоронили графа (барон не был на похоронах), и зачем было бы всё здесь менять? Те же слуги, тот же старый кастелян показал комнату гостям – барон Вольф приехал со своими людьми. Несколько человек охраны из свиты расположили на первом этаже у кухни, а барона и его советника – наверху, поближе к комнатам хозяина.
Скоро подали обед, он был горячим. Насколько знал барон Вольф, обеды подавались в Гаварде с помощью лифта прямо из кухни. Ещё одно преимущество этого замка, не везде такое встретишь, а, точнее, почти нигде и не встретишь. Когда ты голоден и намёрзся в холодных зимних комнатах, горячие блюда только-только с огня кухни точно сумеют поднять настроение. И пусть сейчас не зима, а июнь цветущий, горячий обед не перестаёт быть плодом мечтаний, тем более после долгой дороги верхом.
Барон Вольф успел насладиться и хорошим вином, и послушать болтовню своего племянника. Мальчишка, он и есть мальчишка. Его привлекали далёкие путешествия и военные битвы. Как всякого молодого человека его возраста, хотелось ему применить свои умения и навыки владения оружием. Король давно говорил о заграничных походах, для этого ему нужно войско, это ли не шанс воплотить желания?
- Тебе пока рано думать об этом.- Барон с улыбкой крутил на столе пустой бокал из-под вина, тонкими пальцами вращая его за ножку.
- Почему? Только из-за того, что я не женат и не имею сына?- Молодой граф с усмешкой смотрел на родственника.
- Ну,- протянул барон,- иметь сына это, конечно, хорошо, в твоём случае хватило бы и дочери. Девочки тоже могут быть наследницами, ты же это знаешь... У тебя вообще пока нет детей и нет наследника, так что тебе ещё рано думать о походах. Ты ценен своему королю, как воин, но и род твой ты должен продолжить, так что...- Многозначительно пожал плечами.
- Всё это глупости. Мне надо самому встретиться с королём, я смогу убедить его. Причём тут дети? Я могу оставить наследником кого угодно, не всё ли равно!
- Кого, Эрвин, мой мальчик, кого ты можешь оставить наследником? У тебя нет родителей, нет братьев и сестёр, у тебя даже нет ни одного кузена! Даже у меня нет пока сыновей...
- Да хоть вас!- выпалил в горячке молодой граф Гавард. На какое-то время в зале повисла тишина; барон Вольф не сводил взгляда с лица племянника.
- Меня?- переспросил, дрогнув чёрными бровями.
- А почему бы и нет? Вы – мой единственный родственник, брат моей матери. Кого, как не вас, оставить мне в наследники?
- Таким не шутят, мальчик мой. Это серьёзное заявление.
- А я и не шучу.
- Ты – граф, у тебя титул и земли, всё это ты получил от отца, по его линии. Я не могу наследовать это всё, потому что принадлежу другой линии, баронской. Мой отец был барон, мать твоя была баронесса, и я – барон. Я не могу просто по твоему желанию сделаться вдруг графом Гавард.
- Если по линии отца родственников нет, то наследником может быть кто-то по линии матери, разве не так?
- Конечно же, так, но...- Барон улыбнулся, опуская взгляд на угол стола.
- Просто надо обратиться к нотариусу и составить завещание, и всё станет понятно. Вы, как единственный из живых моих родственников, станете наследником моих земель и титула. Вы же согласитесь?
Барон, улыбаясь только половиной губ, смотрел в лицо своему племяннику, потом ответил:
- Король имеет право оспорить любое завещание.
- Ну и что? Пусть оспаривает! Это его право! Пусть, что хочет, то и делает, а я к тому времени буду готовиться к военным походам.- Улыбался, как начищенный сребреник, найдя по-своему хороший выход.
Барон усмехнулся. Как, оказывается, бывает мало надо для счастья в таком вот возрасте. Первая подстреленная дичь, первый поцелуй украдкой, перспектива первого военного похода. Да. Как давно всё это было. Неужели и у самого были такие же безумные глаза?
- Эрвин, дорогой, что тебя так манит вырваться из дома? Зачем тебе это? Знаешь, кого ты мне напоминаешь? Мальчишку, который ждёт-не дождётся, когда же у него начнёт расти борода. А потом всю жизнь об этом жалеешь и вспоминаешь то время, когда не надо было бриться.
- Это другое, дядя Вольф.
- Совсем нет. Когда ты вынужден будешь всю свою жизнь мотаться по походам, спать в палатках, выполнять всякие поручения короля, ты поймёшь, какое было время, когда ты был сам себе господин, просыпался в своей постели и в своём доме. Помяни моё слово, всё будет так, вот увидишь.
- Может быть.
- Нет никакой романтики, поверь мне. А если король ещё и заметит тебя, ты вообще не будешь появляться в своих землях месяцами, и, если у тебя будет жена, она будет забывать черты твоего лица, а дети будут бояться тебя, как чужого.
Молодой граф Гавард рассмеялся словам своего родственника.
- Зря смеёшься, всё так и будет. Так что, друг мой Эрвин, сидел бы ты дома, пока есть возможность, наслаждался бы юностью, выбирал бы себе невесту, охотился, ездил бы в гости. Не торопись ты становиться взрослым, уж поверь моему слову.
- Но вы же не откажете мне, если я пошлю в монастырь святого Антония за нотариусом?
Барон вздохнул, поднимаясь на ноги, прошептал:
- Своей упёртостью ты напоминаешь мне моего отца, твоего деда, вот уж точно. Куда от тебя денешься?