Невеста опального рыцаря (СИ)

Утро началось необычно. Я заказал еду прямо в нашу учебную квартиру. Достал платье, которое моя жена не успела надеть в свой день рожденья. И повесил его в спальне. Сам надел парадный костюм. Нам нельзя никуда выходить? Мы устроим свидание прямо тут. Аля не подпускает меня к себе? А с чего ей доверять мне? Мы же живем на работе. Друг друга толком не знаем. Будем знакомиться.
Риальта смотрела на меня выжидающе. Пока накладывал ей вафли в тарелку и подливал молоко.
— Глейн, ты чего?
— Устроим знакомство поближе.
— С кем?
— Друг с другом. Я хочу, чтобы мы открылись друг другу, доверились.
— Глейн, я стараюсь. Просто не понимаю чего ты хочешь.
— Аленька, я хочу сегодня устроить настоящее глубокое слияние. Открыться до конца. Раньше такое соединение отмечали, как настоящий праздник, торжественнее чем свадьбу. Слаще, чем консумацию брака.
— Я не уверена, что понимаю. Мы же уже были в слиянии. — Она и правда не понимала.
— Мы были только в той части, которую ты открывала. Летней террасе, как говорил Ларс. — Я прижал ее руки к своей груди, и она улыбнулась. — Открой мне себя настоящую.
И она потянулась ко мне в слияние. Контакт был полным и ярким. Мимо пронеслась картинка удивления сегодняшнего дня, радуга ночного наслаждения, и чернота вчерашних событий. А дальше не было ничего. Пусто и гулко. Вынырнул из слияния.
— Аля, я тебя не чувствую. Вроде есть контакт, но в глубину не получается. Как будто ныряю в бездонную шахту. Спускаюсь ниже, а вокруг пустота.
— Ты прекрасно чувствуешь. Это и есть я.
— Но внутри не может быть пустоты. Там может быть даже что-то страшное, отталкивающее. Пусто быть не может.
— Там не пусто. Если ты дотронешься до стенок колодца, то увидишь сгоревший остов. Грана говорит, что я могла бы стать Мастером Завершения. У меня для этого всё есть. Меня не надо выжигать. Я готова.
— А что на дне?
— Не знаю. Никто не знает. Никто не доходил. Думаю, что пепел.
— И Грана не дошла?
— Да. Мы были в слиянии часа два. Ей надоело. Да и пустота ее вполне удовлетворила.
— А меня — нет! Я хочу дойти до тебя настоящей. Давай еще слияние! Впусти меня.
— Это опасно. Может позовём кого-то для страховки? Чтобы просто контролировали время и выдернули нас обратно, если утонем?
— Аля, нет, я не хочу всплывать без тебя, хочу донырнуть сам. Слияние, прямо сейчас.
— Стой, Глейн, а если там ничего нет? Если там пепел? Что тогда?
— Значит будем удобрять им поля твоей души. И наполнять шахту сокровищами нашей жизни. Перестань беспокоиться. Откройся, я вхожу.
И перед глазами снова появилась шахта. Я падал и падал вниз. Без света, без надежды, без сопротивления. И когда уже совсем отчаялся дотянуться до своей любимой, в моей голове вспыхнуло озарение. Я перестал двигаться вниз и прикоснулся к обугленной стене шахты. Зрачки моей любимой расширились и дыхание стало частым. Я уменьшил напор. Просто нежно провел по остывшим углям, и меня затопило. Я словно с головой нырнул под корку боли и защиты. В золотистое счастье на руках у матери. Зелёную радость приключений и узнавания мира. Синюю уверенность в слиянии с караваном. Чёрную безысходность сироты и серую удавку предательства.
Я потянулся к ней свей любовью. Она казалась красной искрящейся жидкостью. Просачивался влагой искренности через выплетенную разноцветными жгутами стену. Не надеялся на что-то конкретное, думал, что упрусь в преграду и вернусь. Но Аля и тут меня удивила. Она растопила разноцветную броню и распахнула бездонное красное море любви. Оно искрилось радостью и голубело робкой надеждой.
От такой открытости меня затопила волна счастья. Мы кружились и кружились в чувствах настоящего полного слияния. Плакали и смеялись. Брали и отдавались. И совсем не удивились, когда пришли в себя на кровати полностью друг в друге. Открытые до самого дна. Никогда в своей жизни я не испытывал столько удовольствия.
Это и было настоящим узнаванием, полным обладанием. Альтанелла была такой доверчивой, такой искренней, что захотелось закрыть ее ото всего света. Спрятать за пазухой и греть теплом своей души.
 
Разоблачение королевы. Риальта
Слияние с Глейном что-то изменило во мне. Я больше не чувствовала себя одинокой. Нет, я любила его и до этого. Чувствовала, что это взаимно, но каждую секунду жизни я была готова встать и выйти в чем мать родила. «Не верь, не бойся, не проси» — девиз наёмников. В моей жизни он звучал немного иначе. «Живи сейчас и не надейся».
Я не привязывалась к вещам. Чтобы не плакать над потерями. Как выяснилось, что и к людям старалась не привязываться. Потому что они смертны, слабы и могут уйти. Чтобы не испытывать потом боли и разочарования, лучше не подпускать их близко. И вот сейчас я была вместе с Глейном. Чувствовала его, как часть собственного тела и души. Наверное, только теперь я почувствовала, что не одна в этом мире. Что я замужем. За-мужем. Необычно.
Дежурство предстояло сложное. Мервенталь плевался огнем и патрульные его удерживали еле-еле. Мы тоже справлялись с трудом. Постепенно наш тандем достиг равновесия. Глейн рубил демонские щупальца, Дэйт руководил обороной Последнего Рубежа. Когда ситуация стала спокойнее, я решилась на разговор.
— Рыцари, нам не дают видеться в другое время. Поэтому предлагаю проводить совещания прямо тут. Вы как?
— Согласен. Дэйт, у тебя есть новости?
— Риальта, Айс ищет выход, пока положительных результатов нет. Но у нас еще 4 полных дня. Не отчаивайся. Если что, у меня есть запасной план. Ты за меня замуж не выйдешь. Я тебе клянусь.
Мне не понравились слова Дэйта. Было в них что-то пугающее. А в слиянии я увидела дымку горя. Я постаралась разглядеть его план, но наткнулась на локальный щит. Попробовала поднырнуть под защиту и услышала.
— Ри, это личное. Туда нельзя. Сестренка, не нарушай моих границ, пожалуйста.
— Дэйт, что бы ты не придумал, этот вариант мне не нравится. Я тебя очень прошу его не использовать. Я тебя очень люблю, братик. Я всю жизнь была сиротой, которая никому не была нужна. Ты мне очень-очень дорог. Я чувствую, что этот вариант несет беду. Откажись от него, пожалуйста.
— Ри, я обещаю тебе, что использую его только в крайнем случае.
— А лучше никогда. Ты идеальный брат. Я всю жизнь мечтала именно о таком.
— Да, Дэйт, — подключился Глейн, — береги себя и давай придумывать выход сообща.
— Рыцари, у меня появилась идея. Если Мервенталь хранит записи жизни всех королей, то мы можем узнать про Узы у самого источника огня. Попробуем посмотреть?
— А давай.
Я расслоила сознание. Часть его осталась с рыцарями и патрульными Последнего Рубежа. А второй частью нырнула к огню. Пригладила пламя. Поверхность стала гладкой и спокойной. Я попросила показать Узы Мервенталя, но изображения не было.
— Ничего не получается, — разочаровано призналась я., — Узы Мервенталя пламя не показывает. У меня не хватает сил.
— Может быть дело не в силах? — предположил Глейн. — Может быть Огонь Центра Земли называет эту способность иначе?
— Да, Ри, давай просто посмотрим на бракосочетание наших монархов и увидим, как было дело на самом деле.
Я снова нырнула к огню. Гладкая поверхность была фиолетовой. Я потянулась к ней с просьбой показать Грега и Кей в день коронации. Когда образы стали ярче, я развернула их перед рыцарями. В зал Колодца они вошли с разных сторон. За Кей шли девушки. Первой парой была действующая королева и молодая Грана с красной лентой. За ними так же парами шли остальные девушки. На них лент не было. Мне показалось, что во втором ряду я увидела свою маму.
С другой стороны к арке подходила симметричная процессия. Грегорион впереди. За ним шли рыцари. В первой паре Король и Брин. Начальник Тайной канцелярии был таким милым в этом возрасте. Вылитый Ларс. Только глаза темнее.
Король и королева водрузили на голову Грега и Кей венцы. Грана и Брин придерживали их сзади. Потом пара с венцами шла по кругу. Они говорили слова клятвы, преклоняли колени и прикладывали руки к брачному артефакту. Потом вдвоём входили в арку Мервенталя и, снимая венцы, произносили новые клятвы. Пламя взметнулось красным, взметнулось к самому потолку и стало мощным, ровным и спокойным. В зале началось ликование. А вышедших Грега и Кей приветствовали, встав на одно колено и приклонив голову.