Невеста опального рыцаря (СИ)

— Донна Грана, я потрясён вашим внезапным появлением. Но буду откровенным. У меня здесь назначена встреча. Она очень для меня важна. Вы всегда меня поддерживали, и я прошу вас оставить меня в одиночестве.
— Не так быстро, Глейн. Сначала я покажу вам любопытную надпись. Вы обязательно оцените. Обещаю, это не займет много времени.
Мы подошли к стене и Грана безошибочно увлекла меня в сторону. Прокрутила гобелен специальными роликами вверх, и я увидел собственное имя. Глейвендейн Тоннет. На принятии присяги мы с Риальтой его, разумеется, не нашли.
— Спасибо, донна Грана, это действительно замечательная находка.
— Это еще не всё. Обратите внимание на имя чуть выше и правее. Видите?
— Натаниэль Неткрон?
— Совершенно верно. Вам оно о чем-то говорит?
— Нет. Оно мне абсолютно незнакомо.
— Я так и думала. Как звали вашего отца, Глейн?
— Нейт Тоннет.
— Ясно. А мать?
— Лиз Тоннет. Я из простой семьи. У нас фамилия передаётся по наследству без изменений.
— То есть ваши бабушка и дедушка по папе носили фамилию Тоннет?
— Разумеется.
— Вы часто с ними общаетесь?
— Никогда их не видел. Мои родители сироты. Кроме них и братьев у меня никого нет. Я смею вновь просить вас, донна Грана. С вами приятно общаться, но я ограничен временем.
— Ещё одну минуту, Глейн и я уйду, если пожелаете. Ответьте, пожалуйста, на один вопрос о ваших родственниках, со стороны отца. Видели ли вы их голограммы с надписью, могильные плиты с фамилией Тоннет? Может быть носили записки в храм с их именами для поминовения?
— Нет, ни разу. Мама не набожна, голограмм нет, потому что мы очень скромно живем. У наших предков не было на них денег. А могилы где-то на архипелагах. Родители приехали оттуда в поисках лучшей жизни.
— Понимаю вас. — Грана сделала медленный кивок и снова посмотрела мне в глаза. — Давайте зайдем с другого края. Вы знаете, что означают линии, связывающие имена на этом гобелене?
— Разумеется. Они связывают между собой родственников.
— Каких?
— Близких. Отца и сына… Брата и сестру… Грана… Вы хотите сказать… — Воздух в моих легких внезапно закончился. Кровь запульсировала в висках.
— Ну, наконец-то! Думала, что мне придётся вести этот великосветский разговор до утра! Читайте имя вашего отца!
Знакомство. Глейн
Грана была непреклонна.
— Читайте имя вашего отца!
— Натаниэль Неткрон. Но…
— Матери!
— Лизантайн Тонбар. Этого не может быть!
— Может, Глейн, может. Ваш отец успел принять присягу до того, как его отлучили от семьи. Но после первого дежурства у Мервенталя ваш дед запустил процедуру сепарации. Натаниэль Неткрон был отлучен от рода и его контракт на службу был расторгнут. Понимаете, что это значит?
— Что у отца не осталось другого выхода, как пойти работать гвардейцем, чтобы прокормить семью.
— Глейн, вы меня специально выводите из себя? Это значит, что у него БЫЛ ТИТУЛ, которого его лишили. Не хотите узнать какой?
— Ммм…
— Ваш отец, Натаниэль Неткрон, урожденный герцог Южного предела.
— Как вы это узнали, донна Грана?
— Отличный вопрос! Наконец-то что-то стоящее. Я это узнала, когда мой брат отобрал у меня своего любимого солдатика с булавой. Мама сказала что-то вроде: «Натаниэль Неткрон, вы герцог Южного предела, мужчина и будущий рыцарь. Вам категорически не подобает грубо вести себя с женщиной».
— А при чем здесь вы, донна Грана? — На меня сегодня свалилось больше, чем в день, когда я узнал о красном цвете пламени Мервенталя. И я точно не успевал за валом информации.
— Глейн, я — Грандиоза Неткрон. — Она махнула рукой в имя на гобелене Гордости. — И родная сестра вашего отца, по совместительству. Я единственный ваш живой родственник по мужской линии. Глава рода, как вы понимаете, тоже я. — Грана смотрела на меня торжественно, с напором и … умоляюще. — И я готова провести освидетельствование на родовом артефакте и сделать запись в титулярном реестре. Что скажешь?
— Что я буду должен за это? — Мой голос охрип и к горлу подкатывали слёзы. Мужчины не плачут. Они выполняют обязательства. И я выполню любое, если это поможет Риальте. Нам с ней поможет.
 
— Не называть меня тётушкой и… не прерывать общения. — По щекам Граны, этой железной женщины, бессердечного Мастера Завершения и умелого солдата текли слёзы.
Я прижал её к себе, как обретённую опору в жизни. Как человека, которого видел каждый день и недооценивал. На моих щеках было мокро. И не смейте думать, что я плакал. Я сочился благодарностью.
— Ну, вот, Глейн. Теперь ты видел всё. Смерть, любовь, и вот теперь, плачущего Мастера Завершения. В последний раз такое случилось на похоронах моего мужа.
От входа послышалось покашливание. Там стоял Ирм. Грана отстранилась и кивнула головой. Баронет подошёл. В его голосе звенела сталь.
— Приветствую сослуживцев. Я был приглашён на эту встречу, поэтому извиняться за увиденное не считаю необходимым. Прошу сразу же перейти к делу. Не хочу присутствовать на тайных свиданиях. Секрет произошедшего, разумеется, сохраню.
Недосказанным осталось «но уважать вас перестал». Грана, как ни странно, обрадовалась.
— Спасибо, Ирм. Именно на это я и рассчитывала. Обращаюсь к вам, как представителю дворянского дома.
— Чем могу служить…
— Герцогиня Грана.
— Вот как. — Баронет прищурился и посмотрел на меня презрительно. — Итак?
— Сейчас я проведу ритуал освидетельствования Глейна на родовом артефакте. Это не займет много времени и должно быть запротоколировано. Прошу вас, как дворянина, завизировать результат проверки.
Ирм нахмурился, но головой кивнул утвердительно. Грана сняла с запястья изящный браслет. Центральный бриллиант был крупнее остальных.
— Нужна капля вашей крови, Глейн.
Я порезал палец о рапиру и залил ей браслет. Грана вытерла украшение платком и протянула Ирму. Все камни кроме центрального остались без изменения — обычными бесцветными кристаллами. Центральный перестал быть бриллиантом. Посреди браслета искрился полноцветный рубин.
— Готов засвидетельствовать чистоту и результат проведения ритуала. Так же добровольно приношу клятву неразглашения. — Он активировал артефакт и на ладони баронета сверкнул звездочкой Укол клятвы.
— Спасибо, Ирм.
Когда все подписи были поставлены, баронет собрался уходить. Поклонился Гране и пожал мне руку. А потом рывком обнял и не отводя взгляда сказал, — я счастлив ошибиться. Имею честь быть твоим сослуживцем. — Он откланялся и ушёл. Грана тоже засобиралась.
— Мне пора. Запись в титулярном реестре сделаю лично в понедельник вечером. Чтобы во вторник ты имел полное право подать заявку на регистрацию семьи. И еще, не смей обращаться ко мне или Айсу до момента получения свидетельства о регистрации семьи. Ни через коммуникатор, ни посредством слияния. И Риальте запрети. На дежурстве контактировать не будем. Совещания будут проводить другие люди. Это опасно. На кону слишком многое.
— Грана, зачем вы сейчас подставляетесь? Ведь это может вызвать ответный удар короля или Брина. Может быть даже вашу смерть.
— Мне больше незачем жить. — Просто сказала она. — Родители умерли. Родной брат был изгнан из семьи, и его жена меня ненавидит, запрещая общаться с детьми. Любимый человек женился на другой. И даже став вдовцом не обратил на меня внимание. Детей нет. — Голос Мастера Завершения дрогнул. — Муж, который был лучшим другом, погиб выполняя свой долг. Моё существование превратилось в череду дежурств, в которых только боль, страх, ненависть и прерывание молодых, ярких жизней. Последние 10 лет после смерти мужа я цеплялась только за тебя, Глейн. Я поняла, что у меня остался племянник, который греет моё сердце. Юный, порядочный, честный и настоящий. И он борется за свою любовь. — Она помолчала. — Мне не нужна жизнь, в которой тебя нет. В которой ты так же несчастен, как я.
Грана махнула рукой и быстро ушла из Зала Гордости. А я помчался рассказывать новости Риальте.