Невеста опального рыцаря (СИ)

Губы были такими манящими, что я разрешил себе ещё один поцелуй. Не удержался и чмокнул в нос. А потом лизнул и слегка прикусил нижнюю губу своей красавицы. Надо же, своей. Она распахнула глаза. А припухшие от поцелуев губы раскрылись с таким вздохом, что я понял — прогулка до хрустального корабля откладывается.
Я тоже не знал, что можно Так чувствовать. Когда не только между ног хорошо. Когда каждая клеточка тянется к любимой. Чувствует её, ласкает и нежится. Тает от взгляда, прикосновения, сладкого, дурманящего аромата.
Я словно стал одним целым со своей напарницей. А когда она заглянула в мои глаза, понял, что пропал навсегда. И пузырьки искристого под кожей. И ничего вокруг, кроме её кофейных глаз. И в конце всплеск света, тепла и мурашек. Полное наполнение счастьем.
Хрустальный корабль. Свечение. Риальта
Проснуться от поцелуя в нос не романтично? Как бы ни так! Меня сразу унесло в объятьях рыцаря. Я думала, ну что такого? Это же просто постель — минутное дело. Иногда приятное, иногда не очень.
Но с Глейном было всё не так. Какой-то фейерверк на каруселях. К рыцарю тянуло всё время. Любое прикосновение, разливало огонь по венам. И неотвратимо затягивало по спирали удовольствия в центр смерча. Даже если он начался с поцелуя в нос. Вот как сейчас.
После того, как зрение и слух ко мне вернулись, Глейн утащил меня в душ. Помог вымыться, вытереться и попросил надеть платье с капюшоном. Кажется, даже немного засмущался. Вот это точно показалось!
Потом мы бежали в воздушные сани. Пока ехали Глейн рассказывал о проносящихся за окном красотах. Слушала его голос, как прекрасную музыку. И чувствовала, что так и должно быть. Рядом с этим мужчиной самое лучшее место в столице. Да что там, в целом Архаире.
На побережье рыцарь подал мне руку. Шагнула из воздушных саней, но не на светящуюся дорожку, а в объятия.
— Я сама могу дойти.
— А я сам могу донести. Мечтал носить тебя на руках с Новогоднего бала. Видишь, год только начался, а ты уже вот. Сейчас смотри. — Прижал теснее и чмокнул в нос.
У причала стоял хрустальный корабль. Его грани переливались, словно драгоценные камни. Глейн поставил меня на борт, и он озарился молочным светом. С пирса раздались восторженные возгласы. Кто-то хлопал в ладоши. Кто-то желал детишек побольше. Я не понимала, что происходит. Оказалось, что хрустальные корабли оценивают, с какими чувствами люди входят на борт. От этого меняется цвет судна.
— Когда появляется белый?
— Если на борту идеальная пара с чистыми помыслами. Счастливые любящие сердца. Мы, правда это и сами знали. — Страж подмигнул, снова чмокнул и потянул за собой.
Я попала в сказку. На борту стало тепло, и воздух уплотнился и закрыл нас от посторонних взглядов. Глейн снял с меня плащ и усадил за пустой стол, накрытый тончайшей лиловой скатертью. Позвонил в хрустальный колокольчик и передо мной появился букет невероятной красоты. Он состоял из крохотных звездчатых цветов. Бутоны, как живые вибрировали и издавали мелодичный звон.
Я так обрадовалась, что вскочила на ноги и расцеловала стража в обе щеки. Он не растерялся и сгреб меня себе на колени.
— Попалась! А у меня для тебя сюрприз!
— Ещё? Куда же больше?
— Смотри! — Он надел мне на палец кольцо. Я забеспокоилась, но была сразу же зацелована. Рыцарь приложил мою руку к кулону на груди. — Словно сделаны одним мастером, видишь? Это мой личный подарок. Не для впечатлений. Для радости.
— Спасибо, мне очень понравился. — На глаза навернулись слёзы. Подарков мне не дарили уже много лет. Я уже забыла, как это приятно. — Только мне совсем нечего тебе подарить.
— Ты мне столько ментальных картин сделала, что уже целая сокровищница собралась. Я тебе очень благодарен. Давай сядем на разные стулья. Голоден, как зверь.
Он сделал страшный оскал. Усадил меня на стул с высокой спинкой и позвонил в хрустальный колокольчик. Всё было как в сказке. На столе появились высокие хрустальные светильники. Бутылка искристого застыла на приставном столике, а бокалы оказались полными.
 
— За нашу встречу!
— За встречу и соединение! — Мои щеки стали огненными. Почему-то с ним я научилась смущаться.
Когда пришло время делать заказ, я совершенно растерялась. Меню, загоревшееся прямо в воздухе, листала с опаской. Знакомых названий не было. На помощь пришёл мой рыцарь. Спросил, что бы я хотела и нашёл похожие блюда. Было очень вкусно! Такой восторг от еды я получала в последний раз — никогда.
Я плыла по течению реки, сказочной атмосферы и неспешной беседы. Рыцарь рассказывал, как сам впервые попал на хрустальный корабль и постеснялся спросить что скрывается за странными названиями в меню. Он заказал 5 блюд и остался голодным. Ему попались какие-то насекомые, которых нужно было есть живыми. Развлекал меня веселыми историями. Рассказывал, как знакомился со стражами этого потока. Потом разговор плавно перетек к именам.
— А как из Альтанеллы получилась Риальта? Альта, Тана, Нелла, Аля, и даже Альтана — понятно. Но сокращение «Ри» вообще не содержит ни одной буквы твоего имени. Как так вышло?
— На самом деле, я не знаю.
— Как это? Ты же сама его себе придумала?
— Не совсем так. Это сборное имя. Маму звали РИксианна, меня АЛЬтанелла, папу ТАлион. В родительской комнате висел рисунок на ткани с тремя сердцами. Два переплетенных больших и маленькое над ними. И буквы Ри-Аль-Та. Мама всегда говорила, что это наша семья так называется. А теперь я и не знаю, что думать.
— Почему?
— Потому, что Талион оказался моим отчимом, а не отцом. Так что буквы ТА достались мне неизвестно от кого. Да и АЛЬ под вопросом. Получается, что Альтанеллой меня назвали в честь рисунка, а не рисунок в честь меня. Мама перед смертью сказала, что ничего о себе не знает, только имя Риксианна Бартон. Отчим вытащил ее уже беременную из разбившегося поезда. Она ничего не помнила. Вещи и документы сгорели во время катастрофы. При маме был только рисунок с сердцами и надписью Риальта.
— Интересная история, как и всё, с тобой связанное. — Страж повертел между пальцами хрустальную вилочку и поднял вверх бровь — У тебя есть родимые пятна?
— Нет, а почему ты спрашиваешь?
— В сказках Восточного архипелага потерявшиеся родственники находят друг друга по родимым пятнам, шрамам или родинкам. — Он рассмеялся и снова зазвонил в колокольчик. — Смотри, сейчас будет самое интересное.
Хрустальный корабль. Волшебное угощение. Риальта
Посуда исчезла и посреди стола заструилось волшебство. На первый взгляд, это был просто большой многоярусный торт в шоколадной глазури. Да только это был не он! Десерт сначала начал слегка подрагивать и наигрывать мелодию, а потом изменил форму! Верхний ярус «торта» растаял и потёк. Под его напором расплавился следующий слой и так дальше. Яруса внутри оказались разного цвета. Потоки крема не смешивались между собой. Когда густая жидкость пролилась на нижний ярус вокруг него поднялся сноп искр и стол заволокло туманом.
Глейн сказал, что теперь нужно немного подождать и пригласил меня на танец. Мелодия лилась отовсюду, ей вторил перезвон колокольчиков десерта. Под ногами плескалось море. Куполом нашего танцевального зала стало ясное ночное небо с мириадами звезд. Между этими стихиями мы плыли под звуки самой чудесной музыки на свете.
Одной рукой рыцарь придерживал меня за талию, а другой поднёс мои пальцы к губам и целовал неотрывно глядя в глаза. При очередном пируэте Глейн смахнул капюшон платья. Плечи оголились, и если бы не требовательная трель десерта, мой рыцарь, наверное, так и остался бы ледяной скульптурой с пылающим взглядом.
Колокольчики тренькнули в последний раз и туман над столом рассеялся. На большом серебряном блюде остались стоять штук 30 вазочек с десертами разных цветов.
— В каждой креманке уникальный мусс, суфле, желе или мороженое. Давай сядем рядом и будем пробовать по капельке из каждой вазочки. Молока тебе налить?
— Спасибо, я допью искристое. Такой чудесный вечер.