Соколов. Дилогия (СИ)

А старый Мишка-то, оказывается, мечтал там оказаться. Да только понимал, что с его десятым рангом в приемной комиссии завернут еще на этапе подачи документов.
Но у меня, с седьмым, какой-никакой шанс все же был.
— Правда, никакого блата я обещать не смогу, — тут же обломал всю малину Корф. — Если хотите учиться в Аудиториуме Магико, Михаил Николаевич, придется поступать своими силами.
— Так значит, участь нашей семьи будет зависеть от того, смогу ли я поступить в Аудиториум Магико? — съязвил я.
— Ну, время у вас еще есть. Документы принимают до ноября. Сейчас октябрь.
— А готовиться ему когда? — возмутилась бабушка. — Детей годами учат проходить испытания…
— С этим я постараюсь помочь, — ответил Вальтер Макарович и поднялся. — Вы согласны?
— Согласны, — опередил я родню. — Надо — сделаю. Только зачем вам там свой человек?
— Об этом я расскажу позже. Если мы договорились, расходы по восстановлению вашей усадьбы Тайное отделение возьмет на себя. Завтра прибудет мой человек и оформит ущерб. А Михаила я забираю под свою опеку. Сегодня же.
Отец возмущенно вскочил.
— Куда? На каком основании?
— На том, что у него есть всего две недели на подготовку. А юноша, хоть и силен, но и простейшего заклинания не способен сотворить. Бьет чистой Благодатью. Это недопустимо и опасно.
Я ошарашенно замер. Прямо сейчас? Когда я только обрел семью, о которой мечтал?
Корф обернулся ко мне.
— Личные вещи тебе не понадобятся. Мы уезжаем немедленно.
Тайный советник выглянул в оконный проем и взмахнул рукой дожидавшимся на улице людям.
— Готовьтесь! Уезжаем. — Он обернулся ко мне. — Идемте, ваше сиятельство. Попрощайтесь с семьей.
— Нет! — вскрикнула Оля. — Вы не можете! Не можете…
Сестра вскочила и встала между мной и Корфом. Отец подошел к ней и взял за руку.
— Пусть идут, — сухо сказал он. — Так нужно.
Оля всхлипнула и проятнула мне руку. Я мягко пожал ее холодные пальцы.
— Все будет хорошо, — пообещал я. — Скоро увидимся.
Корф кивнул родным на прощание и направился к выходу из гостиной.
— Уходим! — скомандовал он бойцам, и те покинули посты.
Я быстро обнялся с родными и вышел в холл следом за тайным советником.
— Могу я хотя бы забрать мобильник? — попросил у него я. — Нужно же как-то связываться с семьей.
Но Вальтер Макарович лишь усмехнулся.
— Ты еще не понял, юноша? Теперь ты не сможешь пользоваться электроникой. Это плата за высокий ранг Благодати.
Мы вышли на улицу. Ночь выдалась очень холодной, и я мгновенно озяб. Видимо, отец поддерживал мало-мальски приемлемую температуру в доме при помощи силы.
Корф подвел меня к неприметному серому седану и открыл дверь заднего сидения.
— Залезай, Михаил. Кстати, мне понравилось прозвище, — шепнул он и подал мне кусок ткани. — Это надень. Меры предосторожности.
Мешок на голову? Серьезно?
Я удивленно уставился на Корфа, но он явно не шутил.
— Быстрее.
— Но послезавтра похороны. Как же я…
— Брату ты уже не поможешь. А у тебя сейчас каждая минута на счету, Михаил. Я серьезно. Надевай мешок — и поедем.
  
Глава 5
 
Дышать в темном мешке было трудно, и я приноровился не сразу. Мы ехали молча — Корф и шофер на переднем сидении, я и еще один боец — на заднем.
Мой сосед был явно наделен Благодатью — я чувствовал присутствие чужеродной силы, и моя собственная отреагировала враждебно. Едва успокоил.
— Куда мы едем?
— Увидите, ваше сиятельство. Беспокоиться не стоит.
Сперва автомобиль шуршал по грунтовке аллеи, затем выехал на асфальтированную трассу — в сторону города, судя по тому, как меня мотнуло влево. Но после нескольких поворотов я перестал ориентироваться и направления определить уже не смог.
Автомобиль, кстати, оказался интересным. Еще возле дома я успел отметить плавные линии кузова, но никакой серьезной электроники в нем явно не было. Марка оказалась незнакомой, но я увидел на капоте изящный значок в виде крылатой девушки.
— Вальтер Макарович? — глухо позвал я из-под мешка. — Разрешите вопрос.
 
— Конечно, Михаил.
— Вы сказали, что теперь я не смогу пользоваться электроникой. Совсем?
— Увы, да.
— Хмм… И как тогда жить?
Пистолет Пистолетыч выдержал паузу, подбирая слова.
— Привыкнешь, но не сразу, — признался он. — Ни мобильников, ни компьютеров, ни навороченных автомобилей с навигаторами у тебя не будет. Вернее, рядом с тобой они просто станут на время выходить из строя. А если переборщишь с силой, то и вовсе поджаришь. И сразу предупрежу: тебе придется хуже остальных, поскольку ты уже познал прелести мгновенной коммуникации. Отныне для тебя все будет иначе.
— Значит, люди с высоким рангом Благодати живут как в девятнадцатом веке?
— Ну, кое-какие блага прогресса у нас все же имеются. Электричество работает. Старые телефоны — тоже. Но с интернетом придется попрощаться. Впрочем, наделенные Благодатью могут освоить навыки ментальной работы и переговариваться друг с другом на расстоянии при помощи собственной силы.
Ого!
— Даже так…
— Если поступишь в Аудиториум Магико, впоследствии обзаведешься собственным секретарем, — добавил Корф. — Будет выполнять за тебя работу, которую ты сам делать не сможешь. Хотя в Аудиториуме принято… Скажем так, довольно старомодное обучение.
— Бумажные книги и конспекты?
— Да. И не только.
— Розгами, надеюсь, пороть не будут? — усмехнулся я.
— Там предусмотрены наказания похуже. А свод правил довольно строг.
— Ясно. Значит, поэтому у вас такой странный автомобиль?
— Верно.
Видимо, в этом мире под нужды наделенных Благодатью велись особые разработки. Может даже целые бренды создавали. Впрочем, судя по всему, большинство аристократов могли позволить себе большие траты.
Пока мы ехали, я размышлял, каково вообще живется одаренным в мире, где им невозможно пользоваться ни мобильниками, ни компьютерами, ни интернетом. Когда за могуществом приходится расплачиваться не просто комфортом, а откатываться в быт прошлого.
Что ж, скоро узнаю все нюансы на своей шкуре. Куда интереснее было бы понять, насколько велико расслоение между «благодатной» аристократией и обычными людьми.
— Еще вопрос.
— Вы очень любопытны, ваше сиятельство, — по голосу тайного советника я понял, что он улыбнулся. Прозвучало неожиданно тепло. — Но в твоем положении это понятно.
— Вы же проломили не все мои ментальные блоки. Как тогда выяснили, какой ритуал проводил отец?
— Это моя работа, Михаил. У таких, как я, есть способы выяснить не только ранг примененной Благодати, но и понять, на что была потрачена сила.
— Если бы я не согласился, вы бы действительно упрятали отца за решетку?
— Боюсь, что да.
— Даже зная, что в этом ритуале не было дурного умысла? — удивился я.
Корф устало вздохнул.
— Закон един для всех, Михаил. И особенно строг он к наделенной Благодатью аристократии. Если не держать в узде могущественных колдунов, мир впадет в хаос. Именно поэтому император особенно тщательно следит за одаренными. И уж тем более он не допустит, чтобы Благодать применяли во вред подданным. Чем выше положение в обществе, тем больше ответственности.
— Но мой отец никому не причинил вреда… Просто вызвал мой дух. Я и так умер в своем мире.
По движению воздуха я понял, что Пистолет Пистолетыч наклонился в мою сторону.
— Михаил, когда я ломал твои ментальные барьеры, ты шарахнул меня Благодатью не ниже четвертого ранга. Чертвертого! — громким шепотом повторил он. — Так быть не должно. У нормального человека ранг не скачет.
— Четвертого… Но как это возможно?
 
— Это нам еще предстоит выяснить. Одно я знаю точно: оставлять тебя среди гражданских, которые не смогут контролировать то, что с тобой происходит, небезопасно. Поэтому я забрал тебя с собой.
Я откинулся на мягкую спинку заднего сидения, все еще не веря своим ушам.