Соколов. Дилогия (СИ)

Ну ё моё.
– Мы не закончили, – я направился к двери и обернулся. – Я докопаюсь.
Только осталось дождаться повода, который развяжет мне руки перед Корфом.
***
Черный немецкий монстр медленно катился по загруженному Вознесенскому. Нас с Матильдой угораздило въехать в город в самый час пик, поэтому мы добрых полтора часа толкались по городу. Леня недовольно урчал, жрал бензин в исполинских масштабах, а я все прокручивал в голове предостережения бабушки.
Все, кроме Радаманта, настойчиво намекали на то, что мне не стоило ворошить прошлое. Из всех одаренных и посвященных в связь нападений лишь человек с кривым лицом подначивал меня влезть в это дело еще глубже. Вербовал, зараза.
А я лавировал где‑то посередине, не желая примыкать ни к тем, ни к другим. Но любопытство брало верх. И что‑то подсказывало мне, что когда я наконец‑то докопаюсь до истины, и если докопаюсь, то одну из сторон мне все же придется занять.
Выбор все равно придется сделать. Но прямо сейчас я предпочитал играть за себя, не вредя при этом другим. Интересно, долго ли у меня получится так выплясывать?
– Аллилуйя! – Матильда припарковалась на именном месте во дворе особняка. – Не выношу пробок.
– Согласен. Бессмысленная трата времени, – рассеянно ответил я.
– Михаил, ты чего?
Я поднял на нее глаза.
– В смысле?
– Чего раскис?
– Все нормально, ваше благородие. Просто задумался.
– Ты мне главное скажи – с силой стало понятнее?
Я пожал плечами.
– Не рискнул пробовать что‑то мощное в Ириновке, а то опять людей Корфа сорвем с места. Как вернемся в ваше Лебяжье, там на Полигоне и проверим. Но, думаю, все встало на свои места.
– Расскажешь, что там было?
Я покачал головой.
– Прошу прощения, но не могу. Семейная тайна.
Матильда отнеслась к этому с уважением.
– Понимаю. Но хотелось спросить. Я мало что знаю о родовой магии, углубленный курс не брала.
– Думаю, и не стоит, – мрачно отозвался я.
Но если поступлю в Аудиториум, то займусь этой специализацией вплотную. А то после встречи с этим духом Мишей почти что мальчики кровавые в глазах…
Мы выбрались и зашли в особняк с дворового хода. Слуги, переполошившиеся от нашего внезапного появления, торопливо поклонились. Невозмутимый Василий подобающе поприветствовал нас, а затем наклонился к уху Матильды и что‑то шепнул.
Наставница насторожилась.
– Он еще здесь?
Василий кивнул.
– Ждет вас в гостиной.
– Хорошо, подайте туда кофе, – баронесса обернулась ко мне. – Идем, Михаил.
В гостиной нас дожидался один из людей Корфа. Я запомнил этого молодого парня – он оформлял мои документы, когда меня замели вместе с Андрюшиным. Только его фамилия напрочь вылетела у меня из головы. А вот Матильда его, как выяснилось, знала.
– Здравствуй, Кеша.
“Ищейка” поднялся в знак приветствия.
– Матильда Карловна. Михаил Николаевич…
– Что стряслось? – Сразу перешла к делу наставница. – Я всегда рада видеть бывших сослуживцев, но, прости за откровенность, что‑то вы зачастили.
– У меня есть вести от его превосходительства. Вальтер Макарович сказал, что это может вас коснуться. Не напрямую, так косвенно. Поэтому решил передать лично – все равно мне по дороге. – Иннокентий неловко улыбнулся. – Да и от вашего пуэрториканского кофе грех отказываться…
– Что за новости, Иннокентий…
– Гурьевич.
В гостиную внесли дымящиеся чашки, и наставница дождалась, пока слуги уйдут.
– Кеша, не томи, – поторопила она.
– Сегодня снова был инцидент, – понизив голос, сказал “ищейка”. – Нападение.
Матильда нахмурилась.
– Кто на этот раз?
– Берут все выше. Шуваловы.
– О господи. Что с их сиятельствами? Есть жертвы?
Иннокентий кивнул.
– На этот раз наш таинственный друг изменил тактику. Мертвы все.
  
Глава 7
 
Если я ничего не путал, то Шуваловы были именитым и влиятельным графским родом. Родовое имение старшей ветви обширного семейства располагалась к северу от города, в сторону Выборга. Я еще по прошлому миру помнил живописный парк с прудами и тихой речкой. Только в моей прошлой жизни все это дышало ветхостью и запущенностью.
 
И теперь все, кто находится в Шуваловской усадьбе в этот злополучный день, погибли. Радамант действительно стал метить выше. И окончательно пересек черту.
Но почему он тогда оставил в живых остальных?
Матильда прерывисто вздохнула и опустилась в кресло. Дрожащими пальцами потянулась за курительными принадлежностями.
Иннокентий скорбно склонил голову.
– Знаю, вы были близки с некоторыми членами графской фамилии. Примите мои соболезнования, Матильда Карловна.
Наставница рассеянно кивнула.
– А что же Аркадий Павлович? – сдавленно спросила она. – И Екатерина Константиновна? Они тоже…
– К сожалению, да. Род Шуваловых обезглавлен.
Матильда достала длинную коричневую сигариллу и подчеркнуто аккуратно, словно выполняла важнейшее дело в жизни, вставила ее в мундштук, а затем прикурила от малюсенькой “Жар‑птицы”. Получилось не с первого раза.
Все краски спали с ее лица в один миг. Никогда не видел ее такой… даже не расстроенной – потерянной. Видимо, Шуваловы и правда были ей близкими друзьями. Судя по расположению имений, они вполне могли часто видеться со Штоффами – у обеих семей родовые владения находились на севере. Могли дружить семьями и даже вести совместные дела.
– А что дети? – выдохнув тонкую струйку дыма, наконец спросила Матильда. – У них же три девочки…
Иннокентий отвел глаза.
– В живых не осталось никого. Простите, что принес столь ужасные вести.
Матильда тихо всхлипнула, но быстро вытерла навернувшиеся слезы тыльной стороной ладони и дерзко вскинула подбородок.
– Как это произошло? Как их убили?
– Я не уполномочен рассказывать подробности…
– Кеша!
“Ищейка” тяжело вздохнул.
– Ладно. Но, прошу, ни одно слово не должно выйти за пределы этой комнаты. Иначе меня ожидают большие неприятности.
– Слово дворянина, – мгновенно отозвался я. – Мы вас не подставим, Иннокентий Гурьевич. Молю, расскажите хоть что‑нибудь.
Молодой человек прихлебнул немного кофе и тоже достал сигарету. Да блин, их что, Минздрав не предупреждал? Я поспешил открыть окно.
– Господский дом сгорел до основания. Красивая была усадьба. Старинная… Тела еще на экспертизе, но я слышал от специалистов, что ранения имеют и огнестрельный характер, и магический.
Я кивнул. У нас могло быть так же. И вроде так же было с остальными. И правда похоже на почерк Радаманта.
– Но почему у Шуваловых устроили смертную бойню, а нас и других пощадили? – спросил я. – Ну, относительно. Жертвы были, но скорее случайные.
Иннокентий пожал плечами.
– Этого мы еще не выяснили. Но непременно поймем, обещаю.
– Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, – тихо отозвалась Матильда. – Никогда не давай, Кеша.
– Вести дошли до императора, – ответил “ищейка”. – Случай вопиющий, и все Отделение уже взгрели. Так что тут не отвертимся. Виновного найдут и уничтожат.
– Но это будет непросто, – отозвался я. – Раз до сих пор даже не смогли предотвратить новые случаи после нас. И ставки террористы все время повышают.
– Справимся, ваше сиятельство.
Наставница молча покачала головой.
– Хуже всего то, что в свете началась паника, – продолжил Иннокентий. – Когда напали на Соколовых, инцидент удалось замять. Статья Андрюшина прошла почти незамеченной. Ну и мы со своей стороны постарались, чтобы никто не распускал слухи. С Лисницкими было сложнее – это всплыло наружу, однако Корф поднял все связи, чтобы успокоить панику. Но после случившегося с Шуваловыми…
 
– Потому что это катастрофа! – на грани истерики воскликнула Матильда. – Конечно, что свет паникует. Вместо того, чтобы защищать людей вы все только заминали!