Соколов. Дилогия (СИ)

Главное — не реагировать на провокации. Скрывать происхождение смысла не было — эти ребята быстро прознают, что мой прадед обрек наш род на медленную гибель, и спокойной жизни точно не дадут.
— Это ты — графчонок Соколов?
Я медленно обернулся. Светловолосый щеголь в костюме с иголочки надменно улыбался, поигрывая цепью карманных часов. На лацкане красовался золоченый герб графов Денисовых.
— С кем имею честь? — осклабился я, хотя прекрасно понимал, кто ко мне прицепился. Имена и фотографии старших братьев этого Денисова то и дело мелькали в светской хронике. Богатые безмозглые олухи. Любимцы желтушных писак.
Полезная все-таки привычка таскать у Матильды газеты и читать за завтраком.
— Константин Юрьевич Денисов, — холодно поприветствовал щеголь. — Что вы здесь забыли, ваше сиятельство?
— Полагаю, то же, что и вы, ваше сиятельство.
Я отпустил шутовской поклон, пытаясь унять гнев. Он, конечно, первый начал, да и падать до его уровня мне было нельзя. И все же руки зачесались. Но раз руками нельзя, будем чесать языком.
Денисов прыснул.
— Если мне не изменяет память, в Аудиториум берут с восьмого ранга и выше. А Соколовы с каждым поколением ранг только теряют.
— Какая поразительная осведомленность о делах моей семьи, — широко улыбнулся я.
Так, Миха, держи себя в руках. Я с трудом подавил накатившую было волну силы — едва не зажглась «Берегиня». На мероприятии любые проявления Благодати кроме стен кабинетов приемной комиссии были запрещены. Ее не хватало, чтобы меня вышвырнули отсюда до самой церемонии.
— О, в свое время ваша фамилия звучала очень громко, — продолжал издеваться Денисов. — Во всех скандалах.
— Полагаю, это не давало покоя вашей семье, и братья вашего сиятельства решили отнять у нас пальму первенства. Ну, судя по вчерашним статьям в газетах.
Только сейчас я заметил, что нас окружили зеваки. И последняя моя реплика, кажется, здорово их позабавила. За моей спиной раздались смешки и шепотки.
Денисов явно закипал — аж уши порозовели. Что, сучонок, не ожидал? У меня было время отработать приемы вежливого хамства в перепалках с Ирэн.
— Слабокровкам здесь не место, — угрожающе прошипел Денисов и двинулся на меня, раскручивая в воздухе цепь с часами.
Я не шелохнулся.
— Как недостойно со стороны вашего сиятельства, — невозмутимо ответил я. — Очевидно, вы столь усердно готовились к вступительным испытаниям, что совершенно позабыли о приличиях.
— Неприлично — заявляться туда, где вас не ждут.
Он надвигался. Я нацепил самую опасную из улыбок.
— Боюсь, вы ошиблись. Я все же есть в списках. А уж как я там оказался, боюсь, не вашего ума дело.
— Сейчас ты пожалеешь…
И в этот момент оглушительно взвыли трубы.
— Господа абитуриенты! Прошу внимания! Приветственное слово ректора Аудиториума Магико при Петропольском университете Его Императорского Величества!
— Началось! — взвизгнула какая-то девица за моей спиной.
— Бегом!
Зеваки встрепенулись и бросились к балкону, оттеснив от меня Денисова. Напоследок, когда оба поняли, что разборка не состоится, мы обменялись холодными взглядами. Денисов покрутил цепью от часов, я ответил широкой улыбкой. Ничего, еще встретимся. Даст бог, на испытаниях. Мне отчего-то просто не терпелось проверить, насколько точно теперь били мои «Косы».
Ирэн с трудом протиснулась сквозь толпу ко мне.
— Мне показалось или ты успел повздорить с Денисовым?
— Просто обменялись парой любезностей.
— Будь с ним осторожен. У него пятый ранг. И очень влиятельный отец.
У меня тоже пятый. Если высплюсь. Тем интереснее будет побороться.
— Его высокопревосходительство Владимир Андреевич Долгоруков, ректор Аудиториума Магико! — объявили с галереи.
На балкон вышел импозантный старик, вызвавший у меня ассоциацию с Зигмундом Фрейдом. В костюме-тройке, с аккуратно подстриженной седой бородкой и пронзительным взглядом.
— Дорогие господа абитуриенты! — начал он. — Рад приветствовать вас на церемонии поступления в Аудиториум. Здесь, на этом чудесном острове, тем, кому посчастливится пройти испытания…
 
Я слушал его вполуха. Тревога, что начала преследовать меня еще на подъезде к вузу, внезапно резко усилилась. Аж в груди перехватило. Стараясь действовать аккуратно, я потянулся силой и пощупал людей вокруг меня. Нет, все относительно спокойные, хотя и переживали. Значит, не абитуриенты.
Но что тогда?
Я нутром чуял какую-то опасность. Что-то не просто приближалось — оно уже было здесь. Но тщательно скрывалось от меня, и лишь на долю секунды меня снова вскинуло. Может просто нервы? Или интуиция подвела? А может я действительно превратился в параноика после встреч с Радамантом?
Может он все же и в моих мозгах как следует покопался и что-то перемкнул?
— Ты чего? — шепнула Ирэн, украдкой дернув меня за рукав. — Все прослушал!
Я тряхнул головой, стараясь прогнать накатившую дурноту. Снова прислушался к ощущениям — ничего. Странно.
— Для вашего удобства и сокращения времени мы открываем три кабинета приемной комиссии, — продолжал вещать Фрейд. — Сопровождающих просим оставаться на галереях. Абитуриенты будут вызваны по спискам. Желаю удачи, юные кандидаты!
Двор утонул в хлопках аплодисментов. Ректор улыбнулся и удалился. Буквально сразу же начали вызывать кандидатов.
— Ее сиятельство Алексеева Екатерина Павловна! — пухленькая румяная девица подняла руку. — Просим в первую аудиторию.
— Его сиятельство Бегильдеев Константин Константинович! — Долговязый лопоухий парень вышел вперед. — Просим во вторую аудиторию.
— Его благородие Горькушин Юрий Георгиевич! Третья аудитория…
Мы с Ирэн напряженно ждали нашей очереди. Судя по всему, вызывали по алфавиту. Раз так, то я должен был идти перед племянницей Матильды, за мной — Сперанские, и в самом конце — Ирэн.
Каждый кандидат в среднем проводил в аудитории десять минут. Возвращались обычно все довольные. Собственно, сейчас никаких испытаний не предполагалось — только подтверждение ранга. А свой ранг юные аристократы узнавали обычно до шестнадцати лет, дар редко просыпался позже.
Сколько времени прошло, я точно сказать не мог. В какой-то момент стало так душно, что Ирэн едва не хлопнулась в обморок — пришлось подвести ее к фонтанчику: водная прохлада немного привела ее в чувство.
— Его сиятельство Михаил Николаевич Соколов! — раздался голос глашатая. — Пожалуйте в первую аудиторию!
Ирэн обеими ладонями вцепилась в мою руку.
— Удачи, Миша.
Я молча кивнул и начал осторожно пробираться сквозь немного поредевшую толпу.
Тревога накатила снова. И на этот раз опасность ощущалась еще ближе.
  
Глава 25
 
Дорогие читатели! Большое спасибо за вашу поддержку, лайки, награды и комментарии. Авторам очень приятно ваше внимание к истории.
В благодарность от нас — бонусная прода.
Приятного чтения!
Выбравшись из толпы, я быстро зашагал к левой стене импровизированного атриума. Поднял глаза наверх, увидел на одном из балконов Матильду — наставница подняла большой палец вверх и ободряюще улыбнулась. Обернувшись назад, увидел, что к сидевшей на скамье у фонтана Ирэн подошел Денисов.
Сучонок.
Ладно, с ним я разберусь потом. Сначала дело.
На стене красовалась золоченая табличка-указатель на первую аудиторию. Я прошел через анфиладу и оказался перед приоткрытыми массивными дубовыми дверями. Одно радовало — все документы были отправлены помощниками еще несколько дней назад, и я точно ничего не потерял: помощники Матильды все трижды перепроверили.
 
Осталось только все подтвердить.
— Ваше сиятельство, не робейте, — донесся приветливый стариковский голос из аудитории. — Пожалуйте, познакомимся поближе.
Я поправил пиджак и, приняв уверенный вид, вошел в помещение.
Аудитория оказалась под стать всему дворцу. С классическими колоннами, лепниной на потолке, исполинских размеров люстрой и амфитеатром парт.