Соколов. Дилогия (СИ)

Потому что отныне я должен был быть лучше. Во всем. Только так мы выкарабкаемся.
Куропаткин прочитал краткую речь. Рассказал о подвиге, любви к родине, зачем-то упомянул про орден — как будто это теперь могло нас утешить. Почетный караул дал несколько залпов. Гроб, обернутый во флаг с двуглавым черно-красным орлом опустили в землю, и рабочие взялись за лопаты.
Оля не выдержала и разревелась у меня на груди, и я долго гладил ее по спине, давая возможность прорыдаться. Я встретился взглядами с отцом, и он коротко мне кивнул. Матильда положила букет лилий к венкам и лампадкам.
— Все почти закончилось, — шепнул я сестре. — Ты молодец. Хорошо держалась.
— Да какая разница… — всхлипнула она.
— Согласен. Но лицо надо держать. Потому что мы — Соколовы. И мы выдержим все.
Оля достала из кармана платок и вытерла слезы.
— Не могу… Не могу поверить. Никак не получается.
— Нам еще долго жить с этой потерей, мелкая. Но у тебя есть я.
Траурная процессия разбилась на мелкие группки и медленно потекла по аллее к выходу. Первыми уехали военные, остальных отец пригласил в усадьбу на поминки. Я взглянул на часы — еще час у меня оставался, но кусок не лез в горло. Хотелось сбежать отсюда. Побыть одному. Почему-то от присутствия людей сейчас становилось особенно тошно. Зато отец наконец-то заговорил с дядей — я видел, как они медленно прогуливались между рядов крестов.
— Интересно, кого еще сегодня хоронят? — Оля вытерла слезы и уставилась на несколько подъехавших автомобилей. Две легковушки и один черный фургон. — Когда мы договаривались с батюшкой, то просили, чтобы в первой половине дня никого, кроме нас, не было…
Я ускорил шаг, чтобы догнать отца. Сила вскипятила кровь тревогой, по позвоночнику пробежали искры холодка. Что-то не то. Что-то не так. Снова. Слишком знакомое ощущение.
— Пап! — крикнул я, игнорируя приличия, и перешел на бег.
— Что, Михаил?
Я указал на припаркованные у ограды автомобили.
— Мы еще кого-то ждем?
— Нет. Здесь и так больше, чем мы приглашали…
Все произошло слишком быстро — только подогретые Благодатью рефлексы позволили мне успеть. Почти успеть…
Дверь фургона отъехала в сторону, и я увидел вспышки. Несколько шедших перед нами сельских рухнули как подкошенные.
— Ложись! — заорала Матильда и потянула меня вниз.
  
Глава 17
 
Я едва успел припасть к земле и спрятался за могильным камнем — пронесшиеся над головой пули вспороли дерн на клумбе за нашими спинами. Одна очередь. Вторая. Да сколько же их там было?
Где-то рядом звенели металлические кресты, от которых рикошетили пули. Крошка от испорченных каменных надгробий запорошила глаза.
Селяне с криками метались по аллее, безуспешно пытаясь найти укрытие. Сильнее всего не повезло тем, что почти подошел к воротам — там не было ничего, кроме каморки сторожа и газона. Невинные люди умирали на моих глазах, а я не мог им помочь — слишком далеко, чтобы попробовать выставить для них «Покров».
«Берегиня» вспыхнула вокруг меня насыщенным янтарным светом. Когда закончилась автоматная очередь, я осторожно высунулся из укрытия.
— Пап! — позвал я. — Жив?
— Да…
Я повернул голову на звук его голоса и тут же снова спрятался — новая очередь прошла совсем рядом. Отец был недалеко — всего в пяти-семи шагах от меня, тоже успел спрятаться за массивной скульптурой, но добраться до него я не мог. Чтобы пробежать, требовалось пересечь просеку — то есть выйти на открытое место. Я не был так уверен в своей защите.
Отец склонился над дядей Андреем, выставил хиленький барьер — и зря. Сияние Благодати лишь сделало их мишенью. В барьер тут же полилась новая очередь. Достигнув «Покрова», пули словно увязывали в плотной энергетической субстанции, теряли скорость и проходили сквозь силу как через очень плотное желе. Я не знал, сколько его барьер мог выдержать. У отца был восьмой ранг — возможности далеки от безграничных. Зато «Покров» хотя бы давал возможность успеть пригнуться.
Значит, от осколков стекла тогда отец смог нас защитить, а от пуль уже не особо. Выходит, барьер реагировал на скорость и силу пущенных снарядов?
 
— Миш! — рядом, всего метрах в двух от меня, за склепом пряталась Матильда. Наставница сгребла в охапку Олю. — Цел?
Я кивнул.
— Уведите сестру и бабушку. Я попробую вытащить мужчин.
— Погоди.
Матильда резким жестом стащила с головы шляпку и выбросила, а сама аккуратно обошла укрытие. Руки она держала наготове, чтобы в любой момент активировать «Покров».
— Ждут, сволочи.
Это я уже тоже понял. Сельские — те, кого не зацепило — бросились врассыпную. С визгом, криками. Кто-то не смог идти и лежал, крича от боли. Другие рухнули без движения. Тихое кладбище наполнилось стонами и воем. По сельским огня больше не открывали, и это означало одно — пришли за нами. За моей семьей.
Матильда вернулась к Оле.
— Мобильником пользоваться можешь?
— Д-да… Я же… д-десятка…
— Отлично. Отойди от меня на несколько метров и звони. Номер продиктую, — Матильда оттолкнула сестру подальше к зарослям и прочь с линии огня. — Пять-восемь-восемь-сорок-пятнадцать. Запомнила?
Оля кивнула.
— Это номер ассистента Корфа. Скажи, что звонишь по моему поручению. Передай, что на нас напали, и укажи место. Пусть приезжают немедленно. А потом спрячься. — Матильда сильнее толкнула Олю в кусты, и мне показалось, что растерявшаяся сестра даже упала, но быстро поднялась. — Все, пошла! Бегом!
Я поискал взглядом бабушку. Как сквозь землю провалилась. Ладно, не бегает по кладбищу в панике — уже хорошо. Может успела убежать вместе с сельскими? Хорошо, если так.
Со стороны камня, за которым прятались отец и дядя Андрей, послышался короткий стон и ругань.
— Ранены?
— Андрея зацепило, — отозвался отец. — Не сильно.
Мы с Матильдой переглянулись. Жаль, что я не успел освоить ментальные переговоры.
Я перераспределил больше силы в уплотнение «Берегини» и попробовал вылезти из укрытия. В этот момент со стороны ворот раздались выстрелы. Короткие, одиночные. В ответ — снова очередь.
Пора!
Я бросился через просеку к отцу. Рядом просвистело несколько пуль, но «Берегиня» отреагировала мощно — все отскочили от меня, отпружинили и срикошетили. Практически кувырком я перелетел через низкую изгородь аллеи и тут же спрятался за соседним надгробием.
— Фууух…
Дядя Андрей сидел, прислонившись спиной к отполированному камню. Щегольская рубашка была залита кровью.
— Пап, подлатаешь его? Я не умею.
— Попробую, но ты тогда держи «Покров». Мне не хватит сил на то и другое.
— Понял.
Я поднял янтарную полусферу и вложил побольше энергии в прочность. Да, теперь мы стали еще более заметной мишенью, но я надеялся, что пули не пройдут — все же у меня ранг был повыше.
Тем временем несколько бойцов, вроде четверо, вошли в ворота и направились к нам. Сквозь стену барьера было сложно из разглядеть — энергия пульсировала и размывала очертания врагов. Я рассмотрел лишь, что они были в черных костюмах и шлемах. У каждого в руке по автомату, похожему на АКС, но все же это были не «ксюхи». Что-то другое, но не менее смертоносное.
«Это они зря высунулись», — раздался в моей голове голос Матильды. — «Защищай своих, я займу этих красавцев».
Я быстро обернулся к ней и кивнул. Хорошо, что Матильда не успела толком проявить себя, вряд ли они будут ожидать нападения. Ведь баронессы не было среди приглашенных. Впрочем, и меня не должно быть…
Она выпустила четыре косы разом. Сейчас я уже знал, насколько это тяжелая задача — контролировать каждую отдельно. Две попали в цель — полоснули двух нападавших точнехонько по горлу.
 
Оставшиеся не растерялись — мгновенно открыли огонь по баронессе. Укрывшись под куполом «Покрова», она добралась до укрытия. Пока Матильда переводила дух, я метнул пару колобков в нападавших.