Огонь между нами (СИ)

Не имело.
Все время разговора Александр просто сидел в углу душной кухни и слушал. Сначала доклад Олега Захаровича о мерах, принятых для задержания Владимира Озарова. Потом рассуждения Олега Захаровича о том, что лучше было бы не выносить сор из избы. Наконец заговорила Марина и потребовала, чтобы весь сор был донесен до полиции, а Владимир Маркович ответил по всей строгости закона. Начальник службы безопасности не посмел ничего ей возразить.
Обсудив все детали, Марина и Олег Захарович договорились вновь встретиться через час, после чего Олег Захарович ушел.
- Я тоже считаю, что Озаров должен ответить за свои деяния, - сказал Санька.
Однако даже согласие с Мариной не изменило его положения. Девушка дала понять, что услышала «спасателя», достала телефон и набрала номер.
- Да, это я. Вот потихоньку разбираюсь…
Санька не стал мешать. Вышел, постоял немного в коридоре, раздумывая над тем, что делать дальше. Заглянул в комнату. Раиса Андреевна занималась с Кирюшей: читала мальчику книгу, которую по заказу Марины привез Олег Захарович.
Санька не стал им мешать. Притворив дверь, он привалился спиной к стене и уставился в потолок. Тьма овладевала сердцем и разумом Огненного Мага. Александр попытался развеять ее - убедить себя в том, что напрасно беспокоится. Ведь люди не меняются так быстро и так сильно, а значит, Марина скоро вернется. Его Марина скоро вернется…
Сморгнув влагу с глаз, Санька обнаружил, что стоит в коридоре не один. В проеме кухонной двери замерла Марина. Настороженный взгляд блуждал по Санькиной фигуре, пока не остановился на лице. Санька этот взгляд перехватил, улыбнулся, чувствуя, как пустота на сердце и в душе наполняется благостным огнем.
- Олег Захарович сейчас вернется. Мне надо поехать с ним, - сказала Марина.
В ее словах не было ни капли грусти, ни капли жалости, и в тот же миг всемогущее пламя потухло, и Огненный Маг угодил прямо в цепкие когти коварного мрака.
- Если хочешь, я посижу с Кириллом, - все же предложил Санька.
- Не нужно. Они с Раисой Андреевной в отель сейчас уедут. Олег Захарович снял номер. Первая линия, вид на море.
Слова Марины было сложно истолковать иначе, как уведомление о том, что в услугах Саньки она больше не нуждается.
«Для настоящей любви она тебе не подходит, Санька. Она – птица совсем иного полета, чем мы».
- Да. Я понимаю, - ответил молодой человек своим мыслям.
Проводив Марину и дождавшись, пока за Кириллом и няней придет охрана, Александр собрал вещи, повесил на спину рюкзак и вышел из дома. Он последним покидал квартиру, поэтому ключ, согласно договоренности с хозяйкой, Санька бросил в почтовый ящик. У подъезда все еще дежурила охрана Олега Захаровича, но на Саньку никто из них даже не взглянул.
До автовокзала Александр решил дойти пешком. Двадцать минут интенсивной прогулки, как рассчитывал молодой человек, должны были немного притупить сердечную боль и приглушить чувство собственной никчемности.
«Все было ясно с самого начала, - думал Санька, прячась в тени акаций. – Среди богатых, среди владельцев компаний нет и не может быть слабых и беззащитных. Такие, как Марина Озарова, какой она казалась мне, просто не смогут выжить в жестоком мире постоянных интриг…»
Санька рассуждал вполне уверенно. Однако стоило вспомнить о нежной и ласковой Марине, как перед глазами появился ясный образ девушки, сотканный из воспоминаний об их самой первой встрече. Когда Санька впервые увидел девушку по ту сторону огня, на лице у нее царила очаровательная улыбка и чудный румянец играл на щеках то ли от жары, то ли от зародившихся в глубине души чувств.
- Но ведь тогда она не могла лгать! Не за чем было…
Не стоило задумываться об этом. Понимание подлинной причины близости, допущенной Мариной, казалось, выбило из Саньки дух. Марина Озарова никого не обманывала. Вся ее нежность во время пребывания в Евпатории была направлена на ее родного сына. До фаерщика девушке не было никакого дела! Она бы и не вспомнила о несчастном артисте, если бы рыцарь не отправился спасать несчастную принцессу. А потом… Потом принцессе не оставалось ничего другого, как только использовать несчастного рыцаря, чтобы, в конце концов, выбросить за ненадобностью, как всякую бесполезную вещь.
 
Губы Александра обожгло горячим воспоминанием, словно их, в самом деле, поцеловал огонь. Судорожно втянув воздух, молодой человек коснулся рта рукой. Провел сначала медленно от одного уголка до другого, потом решительно растер нежную кожу.
- Дурак!
Заставив себя перестать вспоминать злополучные персики, Санька продолжил путь, злясь на себя и немного на Марину. А впрочем, стоило ли ее в чем-то упрекать? Разве была ее вина в том, что он оказался всего лишь влюбленным простофилей?! Повелся на красивые глазки, на обещания, которые – ему казалось! – она давала. Как мальчишка растаял от близости с девушкой и жарких поцелуев, не допуская мысли, что это всего лишь оплата за опасную работу.
- Нет! Нельзя ее ни в чем винить. Она делала все, чтобы спасти своего ребенка. Да и жалеть ни о чем не стоит. Кирилла мы вырвали из лап Озарова, а значит, все было не напрасно.
С этой светлой мыслью, Санька остановился перед окошком кассы автовокзала и улыбнулся девушке за стеклом.
- Добрый день! – последовала улыбка в ответ. – Хотите купить билет?
- Да, пожалуйста.
- Когда и куда?
- Сегодня, лучше даже прямо сейчас.
- Куда?
- Куда?… – эхом повторил Санька, только теперь сообразив, что все это время так сильно хотел убежать от Марины, что даже не задумался над тем, куда именно этот бег должен его привести.
ГЛАВА 23
Отель «Black Rose» по праву считался лучшим на побережье в районе Севастополя. Идеальное место, чтобы отдохнуть от суеты, от посторонних глаз и от скромных условий, в которых Марине Озаровой пришлось провести последние несколько недель.
С балкона-террасы номера люкс открывался панорамный вид на бухту. Солнечные блики то тут, то там мелькали на мелкой волне. Кричали чайки, пронзая белыми стрелами небесную лазурь. У берега на мелком мягком песке уже ждали гостей шезлонги и зонтики. Прямо под окнами шелестели сухой листвой вездесущие акации.
Воздух с утра еще не успел сгуститься от жары, не стал тяжелым и вязким, и можно было в удовольствие любоваться окружающей красотой. Сидеть в плетеном кресле с чашечкой кофе, как Олег Захарович, или, как Марина, завернувшись в махровый халат, стоять возле перил, подставив лицо ласковому ветерку. Говорить о судьбе Владимира Озарова, как Олег Захарович, или, как Марина, скромно молчать, не имея сил, вымолвить хоть слово без дрожи в голосе.
Когда два дня назад Марине сообщили, что Санька пропал, она не поверила сказанному. После всего, что было между ними, как он мог уйти?! Куда?! Зачем и… почему даже не простившись с ней? Не сказав ни слова…
Марина терзалась догадками, пока вдруг не осознала, что сама виновата в исчезновении Саньки. Она первая промолчала о своих чувствах и планах. Слишком туманно намекнула, что хочет видеть его в отеле, в одном с ней номере, в одной жизни на двоих!
На глаза вновь навернулись слезы. Сухие и колючие, словно не влага выступила в уголках глаз, а два маленьких ежика свернулись в клубки. Перетерпев боль, переждав смех Олега Захаровича, вызванный, конечно, не ее состоянием, Марина обернулась к начальнику службы безопасности.
- Я все поняла про Владимира Марковича, - заверила девушка. – Я рада слышать, что он получит по заслугам и больше не будет угрожать мне и Кириллу.
 
- Именно так!
- Что насчет другого моего поручения? – стараясь выразить как можно меньше обеспокоенности ответом, спросила Марина.
- По поводу того фаерщика? Как его? Александра Манова?
- Да.
- Мои ребята установили, что на записи с виллы Озарова именно он. Как вы понимаете, если это смогли сделать мои ребята, то и полиция сумеет.