Огонь между нами (СИ)
- Что?
- Ты делал это все с искренней любовью к происходящему, и поэтому твой номер запомнился и понравился зрителям.
- Не понимаю, к чему ты это говоришь? – нахмурился Санька.
- Ты не умеешь обманывать, друг мой, - улыбнулся Питер. – На том видео с виллы Озарова был ты. Верно?
Александр напрягся, готовый в любой миг сорваться с места. Неужели, Марина была права, когда заподозрила неладное?
- Да, брось! Расслабься! Мы же – фаерщики. Мы своих не сдаем. Веришь?
- Верю.
Питер ухмыльнулся.
- И когда ты только успел подцепить Озарову?
Щеки Саньки погладил румянец. Погладил мягко, нежно, но крайне не вовремя! Не мог же Огненный Маг сознаться, что влюбился в незнакомку в городском парке?!
- На корпоративе у нее выступал, - соврал Санька.
- Понятно. Не хочешь не говори.
Питер улыбнулся, подмигнул и поспешил на сцену, где его ребята как раз закончили выступление.
- Дорогие друзья, надеемся, вам понравилось! Огненное шоу на набережной Севастополя! Оставайтесь с нами: самое интересное еще впереди!
Артисты поклонились довольным зрителям и отошли к краю сцены. До Питера и его ребят теперь было достаточно далеко, так что Санька позволил себе немного расслабиться и с меньшим беспокойством оглядеться по сторонам. Вот только легче от этого ему не стало.
Марина стояла во втором ряду, всего в паре метров от своего «спасателя» и, конечно, видела все и слышала каждое слово случившегося разговора. Девушка была бледна, напряженная складка отчетливо виднелась между бровей.
Санька медленно моргнул, надеясь, что Марина разгадает и примет такое заверение в безопасности произошедшего. Питер не был и не мог быть им врагом. Да и ребята, которые, хоть и смотрели косо на конкурента, делали это исключительно из зависти. Для артистов такое поведение было нормальным, так же как само собой разумеющимся считалось горой встать за «своих» перед угрозой от «чужих».
Марина с укором покачала головой, но все же кивнула. Действительно ли она разгадала мысли Саньки или просто знала специфику театралов – было неважно. Главное, он не лишился ее доверия по собственной глупости и неосторожности. Он не лишился возможности помогать ей. Он не лишился возможности быть с ней рядом…
Санька закрыл глаза и решительно тряхнул головой. Не о том сейчас надо было думать.
***
От набережной Санька с Мариной шли вместе. Держались за руки, но на этот раз не как влюбленные, а как добрые друзья, которым была нужна поддержка друг друга. Разговоров не вели, потому что они были излишни - достаточно было простого прикосновения теплых ласковых пальцев к родной ладони. Достаточно было чувствовать близость другого, небезразличного к твоей беде человека. Достаточно было улыбки, пусть вымученной и натянутой. Простое проявление человеческого тепла позволяло сохранить надежду на лучшее и не поддаться отчаянию.
Падать духом, а тем более показывать это другому было нельзя. Ведь прошел всего один вечер! Глупо было рассчитывать, что Владимир Маркович позволит няне отвести Кирилла на набережную в первый же день. Нужно было беречь силы и эмоции. Нужно было поддерживать веру в успех затеи.
Даже вместо пожелания спокойной ночи Санька прошептал:
- Завтра все будет иначе.
- Конечно, - отозвалась Марина.
Утро следующего дня прошло в напряженном молчании. Марину угнетало ожидание и невозможность сделать хоть что-то, чтобы приблизить долгожданную встречу.
От завтрака девушка отказалась. Включила телевизор и пару часов к ряду смотрела Крымский новостной канал. Про Озаровых за это время ничего не сказали, и Марина телевизор выключила. Нашла оставленную прежними квартирантами книгу. Села читать, но вскоре отложила ее, со вздохом пояснив, что не может сосредоточиться на истории.
- Надо пообедать, - напомнил Санька.
Марина согласилась, и через час они уже сидели за столом на душной кухне. В распахнутое окно врывался горячий воздух с улицы. Доносился шум проезжавших мимо дома машин, крики детворы, рискнувшей выбраться на разбитую площадку во дворе. Санька предложил закрыть окно, чтобы поберечь нервы девушки. Он отчетливо видел, как ежилась Марина каждый раз, когда ребята во дворе заливались звонким смехом. Марина отказалась.
После обеда, убрав со стола, девушка вернулась в комнату. Легла на диван и как будто уснула, совсем утомившись от тревоги и южного зноя.
Санька заскучал. Просидел некоторое время на подоконнике, наблюдая за детворой во дворе. Потом включил телефон и набрал номер Алины. О своих бедах он рассказывать не собирался: был уверен, что Рыжая Лиса сама догадалась по его молчанию. А вот узнать, как поживала Алька и как шли дела у театра в его отсутствие, было совсем не лишним.
- А, это ты… - позевывая, протянула подруга.
- Ты не рада меня услышать?
- Рада, конечно! – заверила Рыжая Лиса, слишком громко для того, чтобы это было правдой.
Саньке показалось, что своим криком Алька пыталась заглушить какой-то звук, раздавшийся в этот момент на заднем плане.
- Я перезвоню, если не вовремя, - вздохнул Александр.
- Вовремя ты не умеешь, так что можешь говорить сейчас, - рассмеялась подруга.
Александр тоже улыбнулся.
- Как твои дела? Все в порядке?
- Да. Зрителей стало поменьше, но все безобидные - людей Озарова среди низ не замечала.
- Хорошо…
- Что хорошего? Никому мы без тебя тут не нужны! - наигранно всплакнула Алька.
- Я скоро вернусь! Еще пару дней.
- Ой, ладно! Можешь там хоть до конца августа зависнуть, - зевнула Рыжая Лиса. – Только придумай, как Льва усмирить. Если бы не он, вообще бы проблем не было!
- Он опять что-нибудь заподозрил?
- Нет пока. Но вчера целых полчаса пытался выяснить, почему ты вне зоны доступа.
Санька насторожился. Дела итак шли не очень гладко. Не хотелось бы получить проблемы еще и из-за Григория Львовича.
- Что ты ему сказала?
- Сказала, что ты забыл зарядить телефон, и видимо остался без связи.
- И он поверил?
- Не знаю. После того, как он переспросил третий раз, я отключилась.
- Понятно, - вздохнул Санька, и вновь ему почудилось, что кто-то говорит на заднем плане у Алины. Второй раз делать вид, что ничего не произошло, молодой человек не стал и спросил прямо: - Ты не одна?
- Что за вопрос, Санька?
- Я слышал голос. Аль, у тебя точно все хорошо?
- Лучше не бывает, товарищ Огненный Маг! – теперь уже совершенно отчетливо прозвучал в трубке незнакомый мужской голос. Спустя мгновение его обладатель добавил чуть тише, обращаясь явно не к собеседнику по телефону: - Вы ведь с ним точно расстались?
Послышался шорох, потом звонкий шлепок, смех. Наконец Алина соблаговолила пояснить:
- Это тот пойстер, который согласился вместо тебя поработать. В общем… мы сработались. И не надо меня упрекать! Я свободная взрослая женщина!
Санька не выдержал и расхохотался.
- Ладно. Работайте дальше. С удовольствием понянчу ваших карапузов! – ответил он в тон подруге.
- Очень мило с твоей стороны. Я запомню это предложение!
Они посмеялись еще немного, потом поболтали о всякой чепухе.
- Береги себя, - пожелала на прощание Алина.
- Ты тоже!
Санька разорвал соединение. Аппарат ему больше был не нужен, поэтому молодой человек коснулся пальцем клавиши выключения. Нажал, и тут же отпустил, когда телефон завибрировал в руке.
«Рыжая. Фото», - высветилось на экране уведомление от мессенджера. Внутри у Саньки все замерло. Перед глазами возникла весьма реалистичное картина кровавой расправы: Алина лежала на кровати, обнаженная…
Дрожащим пальцем Санька дважды кликнул на надпись. Вместо заставки на экране появилось мутное изображение с индикатором загрузки по центру.
- Ну, давай же уже! – нервно поторопил Санька.
Наконец фотография проявилась. Алина сидела на кровати в объятьях симпатичного незнакомца. Как и предполагал Александр, девушка была сфотографирована не совсем одетой, но никаких рек крови вокруг нее заметно не было. Да и незнакомец, нежно обнимавший Рыжую Лису за талию, на жестокого маньяка мало был похож.