Сороки (СИ)

— Хорошо, хорошо.
Крыса была бурая, длиной дюймов восемь, не считая хвоста. Хвост привел Кирсти в ужас. При мысли о том, что он может ее коснуться или вообще оказаться рядом, Кирсти бросало в дрожь. Хотя у этой конкретной крысы уже не было шансов кого-то задеть. Она давно сдохла. Глаза у нее были закрыты, а пасть открыта в последнем писке. Длинные желтые зубы торчали наружу. На груди темнело кровавое пятно.
— Бедняжка, — сказал Джейми.
— Она огромная… — Кирсти дрожала. Сильнее крыс она ненавидела разве что пауков. — Выкинь ее поскорее.
Джейми нашел в кухне пакет и вернулся в холл. Опустился на колени рядом с дохлой крысой, сунул руку в пакет, схватил через полиэтилен бездыханное тельце и вывернул пакет наружу. Завязал его узлом и отнес в мусорный бак. Крыса оказалась удивительно тяжелой и твердой. Он бы предпочел ее похоронить, но садика у них не было. Джейми стало грустно. В юности у него жил ручной крыс по имени Роланд. В начале знакомства он рассказал об этом Кирсти, расхвалил достоинства крыс в качестве домашних животных и намекнул, что хотел бы завести еще одну крысу, а она объяснила, что если он принесет к ней крысу, она больше никогда с ним не заговорит.
Кирсти сидела на диване, спрятав лицо в ладони.
— Все уже?
— Я ее выкинул в помойку, — он поморщился. — И откуда она взялась?
— Она наверняка хотела забраться к нам! Почувствовала запах еды!
— Не сходи с ума. Крысы не умеют открывать двери.
— А у тебя есть другое объяснение? Надеюсь только, что она была одна. А если у них тут гнездо? Надо позвонить, чтобы их потравили.
— Кирсти, не нервничай. Наверняка она забралась в дом, не нашла выхода и умерла от страха или голода. Хотя голодной она мне не показалась. Жирная такая.
— Хватит. Не хочу об этом говорить. После того что мне еще и ночью приснилось, я хочу подумать о чем-нибудь приятном. О шопинге, например. Мы едем в город сегодня?
— Если хочешь. Только я сначала схожу за молоком. Тебе купить что-нибудь?
По соседству был небольшой магазинчик, где Джейми купил газету и пинту молока. Поднимаясь в гору, он слегка запыхался. Нужно наконец купить тот тренажер, который он давно присмотрел, и привести себя в форму. В конце концов, ему скоро будет тридцать, а у него уже появилось небольшое брюшко. В двадцать один год он твердо решил, что, если у него когда-нибудь начнет расти живот, он будет голодать, пока живот не пропадет. Бросит пить пиво и станет делать по двести приседаний в день. Да что угодно будет делать, лишь бы не растолстеть. Но теперь метаболизм у него замедлился, и силы воли явно стало меньше. Если он не предпримет что-нибудь в ближайшее время, то скоро начнет выглядеть, как сорока-пятидесятилетние коллеги в его офисе, у которых животы нависают над ремнем, а галстуки не падают вертикально вниз, а изгибаются поверх живота вопросительным знаком. Жуткая картина. Куда хуже мертвой крысы.
Он уже шел по дорожке, когда из двери дома вышел Брайан.
— Доброе утро, Джейми.
— Доброе утро.
Брайан остановился.
— Я надеялся вас встретить. Я купил компьютер, как и собирался, и у меня с ним кое-какие проблемы. Никак не получается выйти в Интернет.
— Правда? Я могу зайти посмотреть, если хотите.
Брайан радостно кивнул:
— Прекрасно! Я только на секундочку выскочил. Постучусь к вам по пути назад, ладно?
— Хорошо.
Пока Джейми был в магазине, приходил почтальон, но ничего не принес, кроме пары рекламных листовок. Кирсти вытащила из газеты лист с разделом о культуре и стала читать.
— Как-то я не очень себя чувствую, — сказала она. — Тошнит.
— Похмелье, что ли? Но ты вроде вчера немного выпила.
— Нет, не похмелье. Может быть, подхватила тот жуткий вирус, который бродит по городу. Или это крыса на меня так повлияла.
Джейми забеспокоился. Кирсти болела очень редко. В больнице ее постоянно окружали микробы и вирусы, так что ее иммунная система отрастила шестифутовую пуленепробиваемую броню. Он потрогал ее лоб ладонью.
— Ты горячая. Может, останешься дома?
— Надеюсь, поможет. Только сделай мне чаю. От него точно станет лучше.
 
Он приготовил чай, и тут в дверь постучали.
— Это, наверное, Брайан. Я обещал посмотреть его компьютер.
— Хорошо. Я пока полежу и почитаю газету.
Джейми поцеловал ее во влажный лоб и открыл дверь. Там стоял Крис с ярко-зеленым конвертом в руках.
— Ой. Я ждал Брайана.
— Ну извини, если тебя разочаровал.
— Я не это имел в виду.
Крис всем своим видом дал понять, что ему плевать, что Джейми имел в виду, и протянул ему конверт.
— Это от нас с Люси. Благодарность.
Джейми стало неудобно.
— Не стоило беспокоиться… Нам самим было очень приятно.
— Ну мы считаем, что нужно быть вежливыми. Кстати, я все-таки посмотрю вашу дверь? Она все еще скрипит.
— Да, конечно. Если тебе не трудно.
— Ерунда.
Крис вышел в коридор и уставился на дверь. Джейми ничего не понимал. Крис не выглядел особо счастливым. Честно говоря, он казался несчастным и измученным. Сначала Джейми даже подумал, что сам сделал что-то не то. Как-то обидел или задел Криса за ужином. Или Крис подхватил тот же вирус, что и Кирсти. Если так, то, значит, он вообще не очень здоровый. Он болел, когда они сюда переехали, — по крайней мере, так сказала Люси. Но это не походило на правду. На вид Крис был здоров как бык. В конце концов Джейми решил, что у него просто плохое настроение.
Вернулся Брайан, поздоровался с Крисом и улыбнулся Джейми:
— Не стоило ждать меня в коридоре.
— Я и не ждал. — Джейми вдруг понял, что до сих пор держит в руках конверт, подсунул его под свою дверь и пошел с Брайаном наверх.
Когда они миновали первый пролет, в окно кто-то стукнул и за матовым стеклом промелькнула темная тень. Джейми чуть не подпрыгнул. Сердце у него забилось быстрее. Но это оказался Леннон, кот Мэри. Он сунул голову в приоткрытое окно, громко мяукнул, потом пролез в дом, спрыгнул на пол и побежал к своей двери.
— Как он туда залез? — не понял Джейми.
— Там справа от окна пожарная лестница. Он лезет по ней из сада, а потом перепрыгивает на подоконник. Жуткий прыжок, честно говоря. Я видел пару раз — кошмарное зрелище. Каждый раз кажется, что он промахнется мимо подоконника и разобьется насмерть.
Джейми посмотрел на кота, который немедленно потерся о его ногу. Джейми тут же пришла в голову одна мысль, но он ничего не сказал.
Они поднялись еще на этаж, к квартире Брайана, который открыл дверь и пригласил Джейми внутрь. Сильно пахло свежемолотым кофе — это был один из любимых запахов Джейми. Увидев, как дрогнули ноздри гостя, Брайан предложил ему кофе.
— С удовольствием.
— Компьютер стоит тут.
— Хорошо. Линды нет?
— Нет, она работает по субботам.
— В «Бутсе»?
— Так точно.
Джейми пошел в комнату, указанную Брайаном. Эта квартира была чуть больше его собственной. Просторную вторую спальню Брайан превратил в кабинет. Переступив порог, Джейми чуть не задохнулся.
— Черт!
Больше всего комната походила на вампирский склеп или спальню девочки-гота. Стены были выкрашены в черный, плотные черные шторы закрывали окно, не пропуская ни капли света. С потолка свисали рыболовные сети, тоже крашенные в черный. На шкафах из темного дерева теснились статуэтки горгулий. Среди книг лежали колоды таро, из странных подсвечников с наплывами воска торчали толстые свечи. На стенах висели плакаты с привидениями, ведьмами и демонами. Джейми сообразил, что это обложки книг Брайана. На одной ведьма с зеленым лицом держала над котлом младенца. На другой вампир склонился над спящей девушкой.
— Бу! — сказал Брайан, входя в комнату.
Джейми подпрыгнул, второй раз за последние пять минут.
— Я… восхищался интерьером, — нервно сказал он, пытаясь успокоиться.
— Атмосферно вышло? — засмеялся Брайан. — Обеспечиваю себе настроение во время работы.
На столе стопкой были сложены книги. Он вытащил одну из них. Она называлась «Тварь в колыбели», на ее обложке красовалась собственно колыбель, из которой сверкали алые глаза и тянулась к читателю когтистая лапа.