Хищник (СИ)
Как бы не опозориться перед ним с этой готовкой. Я не настолько классно готовлю, как он, наверное, решил. Когда я предлагала, я просто хотела быть ему хоть немного полезной.
И я не понимаю, что надеть... Раскидав на кровати одежду, которую Сергей оплатил, понимаю, что у меня нет ничего такого, что подошло бы для подобного ужина. Я ведь не заказывала ни коктейльных, ни вечерних платьев, а моё чёрное в стиле Коко Шанель вообще не подходит.
Запускаю пальцы в волосы. Они чуть влажные.
Так, спокойно. Он в джинсах. Тогда и я буду в джинсах. Вот эти обтягивающие с низкой талией - нравятся мне больше всего. Блин, а не слишком ли откровенно? Может лучше "бананы" или вообще юбку? Нет, юбку точно нет. А "бананы" эти - они скорее для прогулки. А сверху что? Эту белую блузку? Слишком нарядно, наверное... Да и готовить в ней как-то стрёмно... Она дорогая очень, обидно будет, если масло попадёт или ещё что. А может эту? А что, нормальный вариант. Простая белая блузка. Не, она хоть и подешевле, но тоже для готовки еды не подходит никак. Пожалуй лучше вот эту серую водолазку. Да, оптимальный вариант. Тем более, что я босиком, а не в туфлях. Надену носки серые и всё.
Наверное, нужны ещё украшения, но... Почти всё осталось в доме... В прежнем... В моём...
Накатывает щемящая тоска. Гоню её прочь изо всех сил.
Разволновалась уже так, что если вытянуть вперёд руку, пальцы мелко-мелко дрожат, как у алкоголички какой-то.
Духи. Немножко, чтобы он не подумал чего. Так, чуть за мочки, чуть на запястья. Как японки, безымянным пальцем.
И всё, хватит тянуть. Сколько он меня уже прождал там внизу? Двадцать минут? Сорок?
Смотрю на настенные часы. Мама дорогая... Полночь без пяти...
Ничего себе я прокопалась. Сергей, наверное, злится уже.
Сажусь на кровать. Сложив пальцы в замок, прикладываю его к губам. Мне надо успокоиться. Я просто слишком уж сильно волнуюсь. А как тут не волноваться? Тем более, что он едва не застал меня за...
Вспыхиваю, представив на секунду, что было бы, если бы он не постучал, а вошёл. Это глупость, конечно, он так себя не ведёт, но... снова начинают пылать уши.
Так, всё, вперёд. Иди. Он адекватный, он не будет насмехаться, если что-то не так... Правда ведь?
Набрав воздуха, встаю и медленно выдыхаю. Аккуратно закатываю рукава. Бросаю взгляд на себя в зеркало. Нет, распущенные волосы - это слишком. Достав из косметички резинку, быстро делаю конский хвост. Волосы ещё немного влажные.
Всё, тянуть больше никак нельзя. Иду к двери. Решительность моя тает с каждым шагом. По лестнице спускаюсь так, будто внизу меня ждёт жёсткий нагоняй. Как минимум за то, что я столько прокопалась.
Робко, заламывая пальцы, вхожу в гостиную.
Сергей сидит в массивном кожаном кресле у раскрытого окна. Закинув ногу на ногу, он расслабленно курит сигару и чешет за ухом трущегося об его руку кота.
Его привычно жёсткий, холодный взгляд чуть теплеет, когда мы встречаемся глазами.
- Извините, что так долго... - потупившись, говорю я.
- Ничего, - он кладёт сигару в углубление на краю белой пепельницы, и встаёт.
Том тут же спрыгивает с бортика кресла на пол. Задрав голову, трётся о ногу хозяина. Обвивает её хвостом. До меня ему сейчас дела нет.
Сергей направляется ко мне, и чувство такое, будто душа моя то взмывает вверх, то в пятки уходит. Кот бежит за ним, будто собачка.
Энергетика у этого мужчины какая-то невероятная. У меня снова чувство такое, будто я в вольер к тигру зашла.
Высокий, плечистый атлет с умным, внимательным взглядом делового человека, привыкшего жёстко руководить. Одет вроде просто, но выглядит потрясающе. Впрочем, с такой фигурой, наверное, ему много что идёт.
Замечаю его скользнувший по моей фигуре взгляд. Заливаюсь краской. Наверное, водолазка была не самой лучшей затеей. Она слишком обтягивающа. И хоть грудь под ней скрыта бюстгальтером, я всё равно на пару мгновений чувствую себя будто топлес.
Том подходит ко мне и трётся теперь об мою ногу. Чуть склонившись к нему, глажу его. Выпрямляюсь.
Вижу оценивающий взгляд Сергея.
- Идём, - он кивает в сторону столовой.
- А сигара? - посмотрев на пепельницу на столике, над которой тонко струится дымок, смущённо спрашиваю я.
- Она потухнет сама. Это не сигарета.
Пропускает меня вперёд.
Сердце колотится. Он идёт следом и с трудом удерживаюсь, чтобы не обернуться.
Проходим на кухню. Чистую, уютную, оснащённую современной техникой. Сергей включает свет над плитой и здесь становится безумно. И как-то интимно, учитывая то, что кухня находится в отдельной нише, а в столовой свет пока не горит.
Сергей, не мешкая, вынимает из холодильника мясо и пакеты с овощами. Смотрит на меня.
- С меня - бифштексы, с тебя салат и гарнир.
Это не вопрос. Утверждение.
- Хорошо, - робко киваю я, хотя в моём ответе, наверное, нет нужны.
Некоторое время мы готовим ни говоря другу другу ни слова. Сергей предпочитает молчать, а я... А я просто не знаю, ни как с ним говорить, ни о чём. Любая приходящая на ум тема кажется нелепой и глупой.
Жёсткие уверенные удары молотком по будущим бифштексам заставляют меня напрягаться ещё сильнее. Сергей сконцентрирован на приготовлении еды, он делает рядовую, в общем-то вещь, но... учитывая смесь чувств, которые он у меня вызывает, я его всё-таки побаиваюсь.
Пока что это всё очень мало похоже на свидание. Глупая, надумала себе невесть что... А он со мной даже не разговаривает.
Глядя на то, как чуть позже он ловко переворачивает на квадратной ребристой сковороде шкворчащие ароматные отбивные, ещё больше убеждаюсь в том, что готовить для него - привычное дело. Зачем же он тогда позвал меня? В том, что он прекрасно бы справился и с приготовлением салата и с варкой риса, сомнений вообще никаких. Так для чего? Не просто же так?
Стараюсь не смотреть на него слишком уж часто. Хотя его уверенные движения и сосредоточенность, с которой он предаётся процессу готовки - завораживают.
И при этом испытываю ужасную неловкость, потому что несмотря на желание узнать его ближе, я вообще не знаю, как подступиться к этому закрытому и сдержанному мужчине.
Пока я нарезаю пополам помидорки-черри, он оставляет мясо жариться на сковороде, уходит в столовую и включает там бра. Обернувшись, вижу его сидящим на стуле. Снова ловлю его внимательный взгляд. И снова едва не вспыхиваю. Он смотрит на меня как-то иначе, нежели раньше. Чтобы преодолеть смущение, возвращаюсь к нарезке помидоров. Но щёки тихонько пылают, а в груди учащённо колотится сердце.
Пахнет жарящимся мясом, зеленью и овощами, но при этом аромат мужского парфюма всё равно ощущается даже сейчас. Он вроде не сильный, но какой-то очень уж утончённо-яркий.
- Ты очень повзрослела - доносится до меня низкий голос Сергея.
Куснув губу, с помощью ножа ссыпаю половинки помидорок в глубокую прозрачную салатницу и, поворачиваюсь.
Его взгляд таков, что мне мгновенно становится жарко. Оценивающий, проникновенный, внимательный. А ещё складывается впечатление, что внутри Сергея происходит какая-то борьба. Тихая, почти незаметная, но ожесточённая. Волнуясь, заправляю за ухо прядь волос, падающих на лицо.
- Я помнил тебя другой. Совсем подростком. С тех пор ты сильно изменилась.
Кожа на руках покрывается маленькими мурашками.
- В лучшую сторону? - пытаюсь пошутить я.
Как и шутка, улыбка моя, наверное, выглядит натянуто, но я вижу, как губы Сергея трогает ответная. Едва заметная, недолгая, однако очень обаятельная. Я, наверное, впервые вижу, что он улыбается.
- Не знаю.
Поджав губы, тихонько заламываю пальцы. Киваю на салатницу.
- Я почти закончила.
- Вижу, - чуть усмехается он. - Я тоже.
Он подходит к сковороде и быстро переворачивает три жарящихся бифштекса.
- Тебе какой прожарки?
- Как и вам...
- Тогда готово. Накроешь на стол?