Анна-флорентийка (СИ)

Руками много не нашьешь. Но я помню, как она устроена, та, старенькая, советская. Я шила на ней с детства, еще бабушка меня всему научила. Потом, после ее смерти она много раз ломалась, но я умудрялась ее сама чинить, даже менять мелкие детальки. Все это устройство я знала вдоль и поперек. А если нарисовать их, эти детали, смогут ли их здесь сделать? Для этого нужен хороший мастер и время.
— Пауло, ты не знаешь, живут ли в городе специалисты по металлу?
Он только успевал удивляться моим вопросам:
— Оружейники?
— Не совсем так… Я видела раньше одну вещь, очень полезную в жизни. В ней было много деталей, очень сложная конструкция. Но с тех пор никто не создавал ничего подобного.
— Я сам учился у оружейника, но мои работы были достаточно просты.
— Если нарисую тебе части этого предмета, можешь ли ты попробовать их сделать? Я совсем не тороплю тебя, это не требует быстрого выполнения.
— Могу попробовать, но не гарантирую, что получится…
Вот и чудесно. Значит, надежда остается.
От предстоящей работы у меня пошла кругом голова, но это было приятное чувство. Легкая радость, которая всегда налетала, стоило мне заняться творчеством, сейчас тоже дала мне силы.
— Тогда пойду и опрошу плотников?
Я отпустила Пауло и решила немедленно заняться подготовкой. Если швеи придут завтра, основа для платья уже должна быть готова.
Я прекрасно помнила, какой покрой у здешних нарядов и отступать от этого сильно тоже нельзя. Но что, если все облегчить? Убрать лишние складки и соединить бархат и шелк иначе. Однотонный белый шелк, который мне в избытке подкинул Сержио, тут использовался для нижних платьев и рубашек. Я решила немного видоизменить одежду и попробовать выдвинуть его на первый план, соединив местами с бархатом.
Но, чтобы одежда не выглядела уныло однообразной и одновременно не напоминала ночную рубашку, мне нужен был рисунок.
Все для создания рисунков у меня было, только времени для первой модели оставалось слишком мало. И я понимала, что сейчас мне помочь в этом никто не может.
Смахнув с большого дубового стола ненужные предметы, я расстелила там тонкий белый шелк.
Я хорошо знала свои мерки, поэтому, фактически на глаз, грифелем наметила детали платья, которые потом аккуратно вырезала. Жаль, что в такую жару нельзя носить современные наряды, этого они точно не поймут. Но бархата нужно явно поменьше.
В итоге, бархатные части, украшенные шелковыми воланами были мной спланированы для юбки. Тут так не носили, действительно, это будет что-то новенькое. Обычно применяются съемные рукава. Их можно украсить рисунком, а также шелковую юбку, теперь верхнюю юбку. Эта деталь из нижней и незаметной станет главным украшением одежды.
Под моей рукой вырастали тонкие изящные цветы, огромные розы и лотосы переплетались, а на них уже летели райские птицы. Рисунок универсальный, он должен понравиться всем. И я принялась за роспись, с каждой минутой вспоминая прекрасный акрил современности, которого тут очень не хватало. Цвета получались яркими, для закрепления тут чаще всего использовались квасцы и прочие растворы. Главное, чтобы основная часть цвета сохранилась. Если я хотела выделить какое-то место на рисунке и оставить его пустым, я использовала парафин.
Цветы обрели реальность и красивые переливы. Конечно, им было далеко до фабричной современной расцветки, но я была довольна результатом. Из бледного и невзрачного материала я сделала многоцветное нечто, которое привлечет всеобщее внимание. Осталось только все это высушить и закрепить.
Рано утром в дверь уже стучали.
— Пауло, открой, я скоро спущусь!
Это, наверное, швеи пришли. Быстро надев на себя платье, я спустилась вниз по лестнице.
Внизу стоял Пауло с недовольным лицом, а в проеме двери, заслоняя собой свет, находился один из приближенных Валентино. Их одежду ни с чем нельзя спутать. Как он меня тут нашел? Хотя, чему это я удивляюсь… Валентино из-под земли мертвого достанет.
— Пауло, я сама поговорю…
 
— Я буду рядом и никуда не уйду, — мрачно заметил он.
— Не волнуйся, сроки договора не вышли, не знаю, что им надо. Может, уже объяснитесь?
— Мой господин просил вам передать, что хотел бы пригласить вас на маскарад, который будет через неделю.
У меня вытянулось лицо… Это еще что за новости?
— С какого перепуга? У меня с вашим господином не настолько милые отношения, чтобы я соглашалась.
— Он переживал, что не смог позвать вас на турнир и захотел сразу пригласить на маскарад, пока его не опередили.
А, на фоне Лоренцо он почувствовал обиду и решил действовать активнее.
— Передайте вашему господину, что я отказываюсь.
Посыльный не ожидал такого ответа:
— Но вы его обидите, неужели…
— Пауло, проводи синьора, я жду гостей.
Посыльный помрачнел и с ненавистью зыркнул на юношу. Но Пауло даже не думал церемониться, он буквально вытолкал слугу Валентино за дверь.
Почти одновременно в дом вошли две удивленные женщины. Сначала я подумала, что у меня двоится в глазах, но потом поняла, они — близняшки.
— Доброе утро, извините, мы кажется, не вовремя…
Я улыбнулась:
— Не надо церемоний, хорошо, что вы пришли раньше, у меня будет больше возможности заняться делом.
— Ваш слуга говорил, про то, что вам требуются работники на постоянной основе?
— Да, вы хорошо шьёте, быстро?
Одна из женщин улыбнулась:
— Да, мы работали на синьора Аррана, долгое время шили одежду для их семьи.
— Так в чём же дело? Почему вас уволили?
— У них сейчас новые мастера. Пришлось уйти… Старшая дочь сеньора Аррана привезла мастериц из Венеции, она хочет внедрить новую вышивку, поэтому мы просто оказались лишними.
Другая сестра вмешалась:
— Вы не подумайте, мы ни в чем не провинились, в конце концов, можете навести справки…
Я попыталась их успокоить:
— Конечно, я вам верю, в любом случае, тут все друг друга знают, и правда вылезла бы наружу. Но у меня к вам не совсем обычное предложение.
Женщины переглянулись:
— Мы слушаем вас.
Сестры выглядели исполнительными и очень серьёзными, но насколько легко они отнесутся к таким переменам?
— Не знаю, рассказывали вам или нет, когда-то моя семья торговала тканями. К сожалению, мой отец разорился, а сейчас я пытаюсь восстановить семейное дело. Только вот, в современных реалиях это сложно. Но у меня есть некоторые предложения, которое я бы хотела внедрить… Только вы не должны никому о них рассказывать.
— Нет, конечно же, нет, вы можете нам верить. Да, кстати, мы не представились, меня зовут Сесилия, а мою сестру — Джулия.
— Как меня зовут, вы уже знаете, а сейчас, пройдемте сюда. Пауло, ты тоже проходи.
Все зашли в комнату, где на большом столе сушились выкройки. В лучах утреннего солнца белый шёлк, украшенный роскошными цветами, казался живым и особенно воздушным. То, чего я боялась, не произошло, ткань нисколько не сморщилась и не потеряла красок, наоборот, они легли достаточно легко и мягко.
— Какая красота? Откуда эта ткань? — удивлённо всплеснула руками Сесилия.
Пауло подошёл к столу и аккуратно взял в руки невесомый лоскут шёлка.
— Это ты сделала?
— Да…
— Если это то самое, о чём ты говорила, такое чудо не останется незамеченным!
Я видела, как глаза Пауло светились от восторга. Даже он, достаточно далёкий от таких тонкостей, как вышивка и прочее, был потрясён.
Его мнение было очень важным для меня. Оно показывало то, что может подумать о моей работе обычный человек.
— Неужели нравится?
— Да, чёрт возьми, это необыкновенно.
Все брали в руки лоскутки и аккуратно передавали друг другу. Сестры о чем-то переговаривались и нежно проводили руками по гладкой поверхности шелка, восхищенно ахая.
— Да, это моя работа. Вчерашний вечер я посвятила росписи, но это только малая часть того, что нужно сделать. Видите, сколько здесь однотонной материи? А ведь практически каждый отрез этого материала должен преобразиться. К сожалению, я пока не могу доверить эту работу никому, кроме себя. Поэтому, в последующие дни буду очень занята.