Эпоха Возрождения (СИ)

— Идут! Идут! — с деревьев, растущих у самого забора, сообщили мелкие «дозорные».
Дейдара подобрался, с неудовольствием отмечая, как дети рвутся вперёд встречать их соклановцев с гостями. Всё же сначала стоило на них посмотреть, оценить степень опасности. Он притормозил Ёши и её сестрицу Иму.
— Давайте-ка рядом постойте, — пробурчал Дейдара, положив руку на плечо своей мелкой невесты. — Сейчас они уже войдут, всё увидите.
Он заметил, что и Итачи-сан одним взглядом успокоил детей и те выстроились кучкой возле них.
Впрочем, когда в клановый квартал вошёл Наруто и с сияющей улыбкой посмотрел на детей, остановить их было невозможно. Мелкие буквально облепили парня, и внезапно тот скрестил пальцы и размножился, хватая в руки каждого ребёнка.
— Это теневое копирование, — пояснила Ёши.
— Да я уж понял, — выдавил Дейдара, который как раз прикидывал, каким должен быть резерв у этого Наруто, чтобы сделать такое ради развлечения, просто чтобы одновременно потискать детей.
Под прикрытием этой толпы клонов к Итачи подошёл второй парень, черноволосый, темноглазый. Серьёзное хмурое лицо на миг тоже озарила улыбка. Саске пожал руку брату, тепло посмотрел на Темари-сан, быстро взглянул на Дейдару, остановив на нём взгляд на долю секунды, а потом ответил на объятия бросившихся к нему Имы и Ёши. Ну и всех остальных, кто его заметил.
Образовалась лёгкая неразбериха, потому что пришли ещё два молодых парня лет пятнадцати и светловолосый мужчина, которого назвали Какаши. Дейдара с удивлением понял, что слышал о нём, и даже получил подтверждение, что его прозвищем было «Копирующий ниндзя Шаринган Какаши». В клане Учиха, как оказалось, и кроме Орочимару были известные шиноби. О «Призраке Шисуи» Дейдара тоже слышал, и этим человеком оказался отец Ёши.
* * *
Гостями оказались молодой парень и его четырёхлетний брат возраста малышни клана, они были очень похожи между собой. Шисуи-сан завёл их чуть позже, когда улеглись страсти от встречи соклановцев.
— Это Хаку-сан и Кано-кун, — представил гостей Шисуи-сан. — Их отправили в Коноху, чтобы Хаку-сан перенял программу обучения в Академии шиноби для своей деревни. Они погостят в нашем клане некоторое время.
— Хаку-сан, это Дейдара, он покажет, где вам расположиться и оставить вещи. А также сопроводит в наш онсэн, — сказал Итачи-сан. — Ужин будет через пару часов, так что вы сможете освежиться с дороги. За Кано-куном мы присмотрим. Кури, Микото, покажите мальчику наш дом.
— О, онсэн, как я по нему скучал! — воскликнул Наруто, широко улыбаясь.
— Идём, — позвал Дейдара гостя и пошёл в сторону нового дома, в который с утра его заселили. Шиноби из Кири отправился за ним, тревожно оглядываясь на своего мелкого, которого обступили дети. — Не волнуйся, твоего брата никто здесь не обидит.
— Я просто не думал, что у вас столько детей… — пробормотал Хаку. — Наруто говорил, что они есть, но… у Кано в Оде было мало сверстников. И ещё меньше сверстников будущих шиноби.
— Ну, значит, ему не будет скучно, пока ты будешь на миссии, — хмыкнул Дейдара, отчего-то испытывая странную гордость.
В клане было много детей, и все они были сильными, умелыми и очень умными. Они с удовольствием помогали ему с глиной и любили его поделки, так что за прошедший месяц Дейдара начал их отличать и запомнил по именам. Кроме Бутая и Кемоно, которые владели техниками стихии огня и любили побаловаться на полигоне с дымовыми шашками и учебными взрывными печатями, была ещё их сестра Ноно. Красноволосая Кури, дочь Итачи-сана, обожала кукол и позволила разобрать свою любимицу, чтобы посмотреть, как та сделана. Её сестра Микото приносила Дейдаре что-нибудь перекусить, когда он не мог отойти от печи, контролируя нагрев. А у сестрицы Ёши — маленькой Соно — получались самые аккуратные кирпичи. Мальчишки тоже поражали своими умениями и количеством чакры в таком-то мелком возрасте. При этом было видно, что это не просто генетика: с детьми много занимались, придумывали интересные задания и тренировки, как с теми же кирпичами или глиняными кунаями, воспитывая контроль чакры, точность исполнения, внимание к деталям, а также показывая их вклад в общее дело клана.
 
Дейдара слышал, как дети хвастались пришедшим в гости ребятам постарше тем, что сами сделали кирпичи для нового тротуара и ограждения на полигоне. Он и сам стал мыслить какими-то иными категориями.
— Тут уютно… — сказал шиноби из Кири, когда они вошли в дом, и Дейдара спрятал довольную улыбку. Ёши и Има помогли ему с обустройством нового жилья, буквально за несколько часов они придали голому строению домашний уют и приятную атмосферу.
— Мы будем жить здесь вдвоём. Бросай вещи возле той кровати, покажу тебе наш онсэн, — сдержанно кивнул Дейдара.
— А Кано?..
— Там есть и закуток для мелких. Кого-нибудь с ним отправят, чтобы помочь, — пояснил Дейдара, не сомневаясь, что так и будет.
— Эй, Хаку, Дейдара, вы где там застряли? — на пороге появился весело скалящийся Наруто. — Давайте шустрей, я весь чешусь. Уже и Кимимаро пришёл, а вы всё ещё копаетесь.
— Да… идём, — засуетился Дейдара, сбросив с себя лёгкую оторопь. В груди разлилось странное тёплое чувство: его приняли и признали абсолютно все в клане Учиха.
  
Часть 2. Глава 20. Обмен знаниями
 
Полтора месяца в жаркой Конохе пролетели быстро. Хаку посещал занятия местной Академии шиноби, несколько раз был скрытым наблюдателем на миссиях генинов. В Листе он удивлялся чёткости планов в обучении. Были общие наставники команд, но генинов обучали и специальные дзёнины, имеющие узкую направленность. Хаку многое почерпнул даже для себя на общих занятиях для генинов первого и второго года обучения и с удивлением узнал о небольших соревнованиях с рейтингами как всей команды, так и каждого отдельного генина.
— А вдруг ваши генины заиграются в эти соревнования? — спросил Хаку, когда Наруто наконец-то показал не единожды упомянутые рейтинги, расписанные в одном из кабинетов наставников в Резиденции Хокаге. — Может быть такое, что из-за соревнования и личного рейтинга они пожертвуют чем-то другим?
— Если ты о том, что не помогут товарищу или что-то такое, то нет, так не выйдет, — хмыкнул Наруто. — У нас идёт рейтинг по диаграммам способностей. Ну знаешь, «нин-тай-ген-рики-соку-кен-сэй-ин»?
— То есть уровень ниндзюцу, тайдзюцу, гендзюцу, силы, скорости, интеллекта, объёма резерва, техник и печатей? — уточнил Дейдара, с которым Хаку чаще всего наблюдал за занятиями в Академии и работой наставников. К тому же они жили с Дейдарой в одном доме в клане Учиха. Хаку не спрашивал, но ему казалось, что Дейдара с Наруто — родственники. Возможно, кузены.
Хаку разглядывал фотографии генинов и большую таблицу с рядом цифр. Планки таблицы были съёмными, так что передвигались, и сразу было видно, кто на каких местах. Он не ходил в Академию шиноби, но пришлось кое-чему обучаться самостоятельно, чтобы более последовательно и правильно подойти к тренировкам с Кано. Впрочем, про диаграмму способностей он всё равно слышал впервые.
— Ага, — кивнул Наруто. — Во-первых, наблюдая за развитием этих показателей у других, генины сами стараются подтянуть свои слабости. Или хотя бы выровнять эти показатели по команде. Дополнительный стимул и мотивация. Во-вторых, даже если с ними нет наставника, они более активны в личном развитии, тренируются самостоятельно или командой, подтягивая средний уровень команды, примерно представляя, в чём слабы по отношению к другим. В-третьих, контролируемые замеры позволяют и наставникам отслеживать прогресс команды. Плюс раньше было, что после выпуска из Академии в госпиталь не затащишь. Кому охота терять часть выходного на подобное? Но мы устраиваем небольшое групповое соревнование с подсчётами по очереди, и все довольны.
 
— То есть так команды соблюдают дисциплину и не забывают о дне контроля показателей и медицинских обследованиях? — спросил Хаку.
— Верно, — согласился Наруто. — У нас в клане много медиков, они в один голос твердят, что проще устроить профилактику, чем потом что-то у кого-то лечить. Да и по прогрессу и динамике роста диаграммы можно уделить какому-то ученику больше внимания, чтобы его в чём-то подтянуть.