Эпоха Возрождения (СИ)

— Аджисай, — сел на колени перед футоном Наруто. — Аджисай… тебе не обязательно умирать. Живи. Меньше, чем через месяц, я иду в Аме. Говорить с местным Лидером. Если я не вернусь, ты можешь жить в клане. Тебя примут, как родную дочь. Я уже поговорил с Шисуи-саном и Орочимару-саном. Ты можешь жить здесь. Я не вернусь, если ты этого хочешь. И мне незачем будет возвращаться, если умрёшь ты.
Наруто улыбнулся безразличной девушке и тихо покинул её комнату.
  
Часть 1. Глава 12. Бешеные девчонки
 
Таюя не просто злилась, она была в бешенстве. Стоило на неделю отлучиться из клана, как произошла куча неприятных вещей. И вся эта куча касалась её названого брата — Наруто! Человека, которого она смогла принять и полюбить так же, как Мамору, хотя, если бы кто-то сказал о таком Таюе ещё пять лет назад, она бы только посмеялась! Клан, который когда-то принял их c двоюродным братом бесправными слугами, стал родным, любимым, за который хотелось умереть не просто по приказу, а от всего сердца. И теперь пришлая шестнадцатилетняя малявка рвёт всем жилы?! Отвергает чувства Наруто?!
Уникальный геном Цучи, которым владела Таюя, дарил не только абсолютный слух, чтобы играть мелодии, но и очень тонкое восприятие звуков. Так что, почти не прислушиваясь, она различала сразу несколько диапазонов и частот, поэтому могла спокойно болтать с девчонками в гостиной, когда весь клан собирался к ужину, и понять, что там шепчут за углом дома, в очередной раз что-то затевая, неугомонные близнецы Кабуто и Ханы — Бутай и Кемоно.
Голос Наруто, который говорил, что не собирается возвращаться с опасной миссии из-за этой Аджисай, показался Таюе гарнизонным колоколом! А когда Юмико и частая гостья в их клане — Якумо — рассказали подробности… Ух, как Таюя взбесилась и, не обращая внимания на отговаривающих вмешиваться подруг, вошла в комнату Аджисай, закрыв перед девчонками сёдзи и выполнив свою собственную технику звукового запечатывания, чтобы никто не мог подслушать, и сказать малявке-Узумаки из Дождя всё, что у неё вертелось на языке.
— Значит, хочешь умереть? — Таюя с силой дёрнула Аджисай за плечи, заставив сесть на футоне и посмотреть ей в глаза. — Могу помочь. Мне очень хочется прибить тебя на месте! Из-за чего ты ему отказала? Потому что он джинчуурики? Посчитала его чудовищем? Слишком хороша для него? Отвечай!
Аджисай закусила губу, но упрямо смолчала.
— Дура! — Таюя не сдержавшись, влепила малявке пощёчину, отчего голова Аджисай дёрнулась, а скула моментально покраснела. В оливковых глазах куноичи из Дождя блеснул огонёк досады.
— Что? Хочешь подраться? — оскалилась Таюя, толкнув Аджисай обратно на футон. — Я просто горю желанием испортить твоё хорошенькое личико, чтобы Наруто увидел, какая ты дура и ни на что не годная слабачка. И на что ты ему сдалась?
Аджисай попыталась с пола сделать подсечку, но Таюя не зря столько лет практиковалась в тай. В клане обучали всерьёз. Да и её парень — Шин — был хорош в ближнем бою, и они постоянно тренировались вместе. Единственное, Таюя не позволила себе воспользоваться пересаженным шаринганом. У неё пока открывалось всего два томое, Кабуто сказал, что для не истинной Учиха это очень хороший результат. Раскрытие додзюцу до третьего уровня и выше из тех, кому пересадили глаза, получилось только у Орочимару-сама, Какаши-сана и Карин. Даже у Гурэн, Кабуто и Кимимаро открывалось ещё только по два томое. А у Мины, к слову, истинной Учиха, третье томое появилось лишь перед самой беременностью, это ей уже было восемнадцать, тогда как у Саске, по разговорам в клане, три томое открылись чуть ли не в одиннадцать. Всё ещё зависело от объёмов чакры, так что Кабуто говорил, что если Таюя будет стараться и развиваться, то сможет встать в один ряд с сильнейшими Учиха клана.
И всё же малявка сопротивлялась и уходила от ударов окончательно распалившейся Таюи, несколько раз поставила блоки и один раз нехило пнула в плечо, отталкивая от себя. Несмотря на всякие голодовки, чакры у Аджисай было много, всё же, как сказала Карин, девчонка была как минимум наполовину Узумаки. Впрочем, удачный удар лишь сильней разозлил Таюю, и она удвоила натиск, всё же стараясь избегать драться у стен. Пусть они были из толстого дерева и камня, а Наруто и Орочимару-сама укрепили всё своими печатями, но это был её дом, и разрушать или вредить ему Таюе не хотелось.
 
Комната Аджисай была достаточно просторная, раньше тут жили вдвоём, так что какое-то время они молча дрались. Но сделав серию коротких быстрых ударов, комбинацию которых как-то показал ей Саске, Таюя заставила Аджисай закричать от боли и рухнуть на пол.
— Я знаю, Наруто сделал тебе предложение, — Таюя усилием воли заставила себя успокоиться. — Я смотрю на тебя и вижу знакомый взгляд. Когда-то и у меня был такой. Когда мне было двенадцать, я решила, что вырасту, стану сильной и лишу самого дорогого любого мужика, который на меня только посмотрит не так. Вырву с корнем и заставлю сожрать. Когда пять лет назад меня приняли в клан Учиха, я боялась, что меня заставят спать с кем-то. Я думала, что никогда и ни с кем не смогу после всего, что я пережила… — Таюя еле сдержалась, чтобы не передёрнуться, она достала свою флейту и показала её Аджисай, которая старалась отдышаться после удара в солнечное сплетение. — Это — моё основное оружие. Может, ты и не знала, но в клане Учиха не принято неволить женщин или девушек. У нас у всех стоит своя защита. И никто не может приказать мне с кем-то быть, если я не захочу. Даже Орочимару-сама, Итачи-сан или Шисуи-сан. А я в клане Учиха на правах оружия клана, то есть официально — совсем без прав. Впрочем, когда я доказала свою преданность… Но речь не обо мне, — осеклась Таюя, разглядывая внимательно слушающую её Аджисай. — Если ты не хотела замуж за Наруто, если не любишь его, или он тебе противен, или ты его боишься, или ещё что, Рикудо знает, что там в твоей голове творится, тебе достаточно было сказать «нет», а не корчить из себя невесть что. Саске с самого начала, ещё когда они похитили тебя, наложил гендзюцу, чтобы ты от дурости не попыталась себя убить, когда очнёшься в незнакомом месте. Девчонки сказали, что ты неделю назад пыталась и была очень удивлена, когда оно сработало. Так вот. Я избавлю тебя от него. Моя звуковая иллюзия сильней и разрушительней. Этой флейтой, своим оружием, я избавлю тебя от этого гендзюцу. Делай что хочешь, раз ты такая дура тупая, гордая и принципиальная. Ты не стоишь моего названого брата. Найдёт себе кого-то получше тебя.
Не спуская глаз с Аджисай, Таюя заиграла мелодию, вкладывая почти всю свою чакру. Что бы там она ни говорила, а снять гендзюцу Саске было очень трудно. Ювелирно и последовательно разрушая ниточки связей. Ещё и надо было постараться сделать это так, чтобы мелкая Узумаки совсем не поехала крышей и осталась вменяемой.
Последние аккорды на высокой ноте разрезали нити связывающего намерения гендзюцу, и взмокшая от напряжения Таюя с трудом опустила показавшуюся невероятно тяжёлой флейту.
— Всё, — выдохнула она и, еле перебирая ногами, направилась к выходу из комнаты.
— Таюя-сан, — подала голос Аджисай, когда до двери осталось несколько шагов, — вы сказали, что Наруто… Что он джинчуурики… Кто это?
— Это человек, в котором запечатан хвостатый демон, — не поворачивая головы, ответила Таюя. — Слабаки обычно боятся джинчуурики до усра… до дрожи в коленках и стараются избегать.
Сама она эту новость восприняла нормально, она всегда уважала силу, а то, что Наруто, как и весь клан Учиха, очень сильный, и так было ясно. Таюя узнала о Наруто от Кохару Даичи — своего первого сокомандника. Таюя тогда сильно поколотила Даичи, когда тот посмел негативно высказываться о членах её новой семьи. Клана, который принял бедных сирот из Страны Рисовых Полей, которым некуда было идти. В той команде больше никогда не поднимали эту тему, а Инузука Киба потом сказал, что Даичи злился из-за того, что проиграл Наруто на экзаменах. Точнее, проиграл, потому что боялся его, как джинчуурики. Это в своё время заставило Таюю выделять Наруто из всех в клане, а потом и больше подружиться с искренним и улыбчивым мальчиком, который считал её «ещё одной сестрёнкой» только потому, что у них были общие родственники по крови в далёком прошлом клана Узумаки.