Охота на Крысолова (СИ)
Похитить ценные сведения из комендатуры. Миссия завершена. +22 очков опыта.
«Так, а почему 22 балла? Что я сделал? Ну допустим 2 балла дали за нейтрализованного фрица». Меня распирало, как говорится, масть пошла, и я поспешил открыть задание сдледующей миссии.
Миссия 3: передать ценные сведения в штаб командования Красной армии. Награда — 30 очков опыта
«Едрен батон», — тихо выругался я, припоминая, что ближайший штаб командования находился в более чем ста километрах и даже если потратить балы на скорость и выносливость, то следующая миссия обещала затянуться. «Но может оно и к лучшему, я достаточно развился и нужно уже выполнять главную задачу — найти и спасти детей».
Глава 2
Я внимательно рассматривал свою стату. Было над чем серьезно подумать. Мои показатели слишком отличались друг от друга, некоторое были равны единице, а некоторые уже перевалили за 50. Стоит ли развивать что-то конкретное или нужно поддерживать некий баланс?
Сила 12
Ловкость 4
Выносливость 4
Харизма 52
Меткость 1
Удача 3
Скорость 6
Обучение 22
Здоровье — 100 %
Куда же пристроить 22 балла? С этим можно было конечно подождать. Если основные показатели давали четкую картину потенциальных возможностей, то пока абсолютно не понятно было Обучение. Возможно оно помогало развивать другие навыки или давало какие-то преимущества. В принципе Василий Теркин был уже довольно развитым бойцом, но видимо косоруким. Из всех показателей только меткость составляла у меня впечатляющую единицу. Ведь бросая дубину я больше полагался на удачу, да и дубиной с расстояния 3 метра трудно было промахнуться даже криворукому, но в дальнейшем мне же придётся стрелять. Вот у Фрица, которого я огрел была Меткость 5, значит такой же показатель у меня, например, будет на уровне, как никак немец был среднестатистическим представителем вермахта. Немного поколебавшись, я все-таки добавил 5 баллов Меткости, доведя этот показатель до 6. Но все равно сейчас получалось, что я сильный и харизматичный интеллектуал, в общем пока решил не распределять оставшиеся 17 баллов, а выспаться и подумать на свежую голову. Меня начинало мучить чувство голода, только понимание иллюзорности этого мира как-то позволяло с этим чувством пока бороться. Но видимо, чувство голода влияло на другие показатели. Глаза просто закрывались от желания спать. Поэтому даже не выйдя из села, я заполз в какой-то сарай на окраине, зарылся в сено и уснул.
Разбудил меня громкий лай собак. На улице уже рассвело. «Вот же, Балбес», — подумал я, конечно же фрицы пустят по следу своих овчарок, видимо сейчас группам преследования дают последние наставления, и совершенно не думают, что диверсант спит практически в соседней избе. Я быстро поднялся и выглянул в щель сарая. Высокий немец в моем направлении за волосы тащил женщину, аккурат в мой сарай. Я кинулся в самый дальний угол и накрылся сеном. Видимо фриц решил поразвлечься, он вышел, бросил на пол свою жертву и дав пинка собаке, закрыл за собой дверь. После этого фриц стал медленно раздеваться, аккуратно складывая вещи на пол. «А миссии видимо с пометкой 18+», — подумал я.
— Ком, ком, — сказал немец, обращаясь к женщине, оставшись в одних штанах, он взялся за пояс, затем передумав, подошел к женщине. Молодая на вид крестьянка стояла, прижавшись к стене сеновала и дрожала всем телом. Немец повалил ее на пол, разрывая рубаху на женской груди. Я стал нащупывать в сене хоть какой-то дрын и удача снова мне улыбнулась, это оказались вилы. Я прибавил ещё на всякий случай 5 баллов к Меткости и 5 к Силе, после этого неторопливо вылез из своего укрытия.
— Эй, Фриц! — небрежно крикнул я, поднимая вилы как копье.
Немец порывисто оглянулся и хищно улыбнулся. Автомат был всего в метре от него, а у русского была всего лишь крестьянская палка. Он встал и даже не стал нагибаться за автоматом. Стат его Силы показывал 12 баллов. Фриц, улыбаясь вытащил из ножен финку, правильно рассудив, что поднимать шум не стоит, нужно лишь прикончить этого русского и продолжить начатое дело с крестьянкой. Через секунду вилы просвистели в воздухе, вонзились оккупанту в горло и со страшной силой припечатали его к стене, немец издал последний хрип и обмяк, выронив нож. За стеной псина начала скрести дверь и жалобно скулить. Я соображал слишком медленно. Для начала нужно было как-то успокоить девушку.
— Меня зовут Вася, но можешь звать меня Лёня, — зачем-то сказал я и улыбнулся. Девушка, придерживая порванную рубаху, смотрела на меня изумленными глазами. Я подошёл к вилам и одним рывком вырвал их из стены, труп медленно сполз на землю. Нужно было что-то решать с собакой.
— Сейчас ты встанешь и откроешь дверь, хорошо? Нужно как-то утихомирить эту псину, — сказал я девушке и отломив от черенка верхушку, взял ее поудобнее в правую руку.
Я решил поиграть в Расомаху и представил, как собака бросается и отлетает от меня с распоротым брюхом. Девушка дрожащей рукой открыла дверь сарая. С грозным ревом собака ворвалась внутрь и замерла, уставившись на меня, видимо перед прыжком, норовя впиться в горло. Однако вскоре овчарка повела себя странно, она внезапно села, снова встала и принюхалась, а потом осторожно завиляла хвостом.
— Ах ты, Лохматик, — сказал я и погладил псину левой рукой, овчарка стала на задние лапы потом лизнула меня и направилась к своему бывшему хозяину, понюхала его, лизнула кровь, а потом зарычала на девушку.
— Фу, Джим, свои! — крикнул я, — Сидеть!
Собака непонимающе уставилась на меня и снова повиляла хвостом. Это как же понимать, может быть моя Харизма запредельного уровня на неё так действует? Интересно, какая Харизма у Сталина? Вот у девушки 2 всего, и при этом девушка выглядела так ничего себе. Ладно, нужно как-то выбираться отсюда, я осторожно выглянул на улицу, никакой активности не наблюдалось. Недолго думая, я решил переодеться в немецкую форму. Благодаря немецкой аккуратности верхняя одежда убитого не имела следов крови, я проверил его карманы. В кармане оказались документы на имя Генриха Шлозе. Ну что же, Генрих так Генрих. Я взял документы ещё раз, присмотрелся и открыл панель навыков. Тут же замигала надпись: провести изучение немецкого языка? «А что так можно было?» — удивился я. «Конечно да», — мысленно ответил и вдруг документы словно стали написаны по-русски. Обнаруженное письмо тоже оказалось написано, как на родном языке, Генрих писал, что скоро добьёт русских и вернётся к Рождеству домой. Интересно, осталось проверить мои языковые навыки, но я понимал, что видимо при желании смогу разговаривать как настоящий немец.
— А есть здесь партизаны? — спросил я, полностью одев новую форму и запихивая свою старую в походный ранец предусмотрительного немца.
— Я не знаю, проходило через село много наших, раненные были, кого-то оставили. Но Серго всех выдал, — сказала девушка и заплакала.
— Ну хватит, успокойся, — приобнял я девушку, — Так как тебя зовут?
— Оксана, — ответила девушка и подняла на меня заплаканные глаза. «Да она еще совсем девушка. Ей нет и двадцати», — мелькнула у меня мысль.
— Вот засранец, предатель хренов, покажешь сейчас где он живет?
У меня созрел неплохой план. Я решил, что в немецкой форме и знанием языка можно спокойно перемещаться по деревне, а взяв Серго в оборот заставить его по-тихому вывести меня подальше. Также чесались руки расстрелять этого предателя. Я вспомнил, что у меня ещё 7 не распределённых балов и посмотрел на собаку. У Джима Скорость составляла 14. Я прибавил балы к Скорости и довёл ее до 13. Чем я хуже собаки? Ну, посмотрим, что мы имеем?
Сила 17
Ловкость 4
Выносливость 4
Харизма 52
Меткость 11
Удача 3
Скорость 13
Обучение 22
Здоровье — 100 %
Насколько я понимал, балы способностей у основного населения этой увлекательной симуляции находились в диапазоне от 1 до 10. Если были выше, то это уже были уникальные возможности, но максимумов или ограничений пока не было, значит сотня баллов это уже было что-то запредельное, а их вполне можно было здесь получить после выполнения пары-тройки миссий. Мы вышли на залитую утренним солнцем улицу и пошли к дому Серго, Джим бежал чуть впереди, затем шла Оксана и потом я, играя на губной гармошке, со стороны наша троица смотрелась конечно странно, но нам встретился только местный старик, который молча отойдя к забору пропустил нас. Вскоре мы пришли к неказистой хате, и Оксана остановилась здесь.