Печать тьмы (СИ)

Да уж…
Звучит не очень.
Как вспомню, что внутри меня находилась душа принца Тьмы, так вообще пробирает до мурашек. Джеймс был во мне в буквальном смысле этого слова. Использовал меня, как сосуд, и видел изнутри, если такое вообще возможно. В тот момент мы с ним будто бы сблизились ещё сильнее.
От мыслей о Джеймсе мне хочется ненадолго вернуться в нижний мир, в то мгновение, когда мы почти признались друг другу в любви. Мы едва не перешагнули последний барьер. Вот только помогла бы близость тел сейчас?
— Мне пора. Скоро сюда придут гости.
Энергия просто растворяется в воздухе, я вижу её едва различимый облик в стекле окна, но и он впоследствии исчезает, не оставив после себя и следа её присутствия.
Она не только зеркалами пользуется?
Вот это да…
Оставшись в одиночестве, стараюсь не думать о потерях, о мадам Юми и разговоре со Светом, переключаюсь на создание артефактов и успеваю сделать достаточно много. Раньше у меня не было столько сил, но после снятия печати Люциторумом я будто бы получила нескончаемую энергию.
— Я даже не сомневался, что ты не станешь слушать меня. Адалин, тебе нужно было отдохнуть. Путешествие в нижний мир всегда достаточно…
Джеймс чуть щурится, делает шаг в мою сторону и застывает на расстоянии от меня.
— Печать тьмы… я больше не ощущаю её. Это значит?..
— Люциторум снял её, ведь я выполнила свою часть сделки.
Решаю умолчать о вторжении Света в мою голову. Не следует мне сейчас говорить Джеймсу об этом. Надеюсь, вещичка Элли действительно поможет. Мне бы ещё поговорить с ведьмой, да только отважится ли она высунуться из подземных тоннелей до схватки?
— Ты ведь понимаешь, что всё это значит?
Джеймс приближается, обнимает меня, смотрит такими счастливыми глазами, что я ёжусь от неловкости. Мне жаль расстраивать его.
— Джеймс, мы не станем никуда сбегать. Мы не можем бросить своих друзей и позволить твоему брату одержать победу.
— Ты читаешь мои мысли, ведьмуля. Именно побег я и планировал предложить тебе. Знаешь, это ведь не такая уж и плохая идея — оставить не наши разборки.
«Ты даже не представляешь, насколько они «наши»», — хочется сказать, но я не делаю этого.
— Понял тебя. Я бы мог, конечно, воспользоваться внушением, нашей связью на магическом уровне, ведь теперь в тебе есть часть моей силы, но не стану этого делать. Я не лишу тебя выбора, не позволю себе такого. Если хочешь поучаствовать в схватке с моим братом, так и быть. Только обещай мне, что если почувствуешь неладное, если весь мир будет рушиться, а вокруг повеет безысходностью — беги, ведьмуля. Не озирайся по сторонам и оставляй всех. Я хочу быть уверен, что ты оставишь и меня, если потребуется.
Джеймс слишком близко.
Его дыхание обжигает.
Волнение захлёстывает меня.
Желание оказаться в объятиях этого парня сильнее всего на свете.
— А ты оставишь меня?
Джеймс просто стискивает зубы, шикает себе под нос и обнимает меня, ничего не ответив на этот вопрос.
Утопаю в его руках, закрываю глаза, наслаждаясь таким приятным, успевшим стать родным, запахом, исходящим от принца Тьмы.
Что там говорят?
Хорошие девочки тянутся к плохим мальчикам?
Да вот только всё совсем не так, ведь света и добра в Джеймсе куда больше, чем в его «хвалёном» братце, которого по сей день магически одарённые существа считают своим божеством. Ему поклоняются, даже не представляя, насколько сильно заблуждаются в своих убеждениях.
— Что будет с заключёнными? Они могут занять сторону Света, когда он явится сюда.
— Не волнуйся. Тюрьму запечатают. Они не смогут выбраться, а если и получится, у них останется слишком мало сил, ведь они истощены.
— Подпитывают демонов, — с грустью заключаю я.
— Как бы жестоко это ни звучало, но таков симбиоз. Демоны не убивают их, но истощают. Где-то им нужно набираться сил перед предстоящей заварушкой, правда? Пойдём отдыхать, ведьмуля? Время сейчас слишком насыщенное, а крепкий здоровый сон нужен каждому, особенно теперь, когда в любой момент могут нагрянуть неприятности.
 
Джеймс не давит на меня, не пытается продолжить начатое в нижнем мире. Он заботится обо мне. Это приятно. Не уверена, что прямо сейчас у нас получилось бы что-то…
Переплетя пальцы наших рук, мы с Джеймсом идём в крыло отчуждения. Место, успевшее стать для меня домом. Оказавшись там впервые, я просто мечтала избавиться от своего дара, забыть о магическом мире и вернуться в такую привычную жизнь. Кто бы тогда подумал, что я окажусь такой значимой в предстоящей схватке света и тьмы? В их извечном противодействии. И оно точно не закончится. Притаится на время, а потом может вспыхнуть с новой силой, но у нас будет время, возможности придумать что-то для противодействия.
Джеймс доводит меня до комнаты и хочет уйти, но я цепляюсь за него, не отпускаю и с мольбой смотрю ему в глаза.
— Останься со мной. Я не хочу спать одна. Боюсь открывать глаза, когда тебя нет рядом, и я не знаю, что с тобой происходит.
Улыбнувшись, парень притягивает меня к себе и целует в лоб.
— В таком случае, ведьмуля, мы будем спать в моей комнате. Там, как минимум, кровать больше.
Без разницы, где… Главное с ним.
— Ты устала… Давай-ка, я помогу тебе добраться до постели, укутаю в одеялко и расскажу тебе сладкую-сладкую сказку на ночь?
Я ничего не успеваю ответить, а Джеймс подхватывает меня на руки, и я обвиваю его шею руками.
Знаю, что это небольшое затишье перед бурей, и как же бесценны вот такие тёплые мгновения. Особенно сейчас, когда каждый шаг пугает и несёт в себе так много «если».
  
Глава 42. Байрон
 
Узнать, что твоя истинная разорвала вашу связь — не беда.
И без связи можно быть вместе, если очень захотеть этого.
Убедиться, что у вас больше нет шансов — …
Что?
Если честно, то я будто бы уже давно уверился в этом, да только не хотел признавать для самого себя. Я не ощутил боли, увидев Адалин в объятиях другого. Просто вбил себе в голову окончательно, что у меня нет шансов. Она вела себя со мной совсем не так, как с ним… И я с ней — тоже. С самого начала я избегал нашей связи, как чего-то ужасного, пытался заставить себя держаться подальше от ведьмочки, предназначенной мне самой судьбой, а по итогу… Я даже не заметил, как симпатия проросла в сердце, пустила в него прочные корни, которые пришлось вырвать из себя в одночасье.
Смогу ли я заменить её кем-то другим?
Ответ однозначный — да.
Не бывает незаменимых людей.
Бывают установки в нашей голове, привычка…
Или я не любил по-настоящему?
С этими мыслями, терзающими сознание, я засыпаю и просыпаюсь. Весь следующий день пролетает как в бреду. Хоть и надобности следить за мной больше нет, потому что Ллойд мёртв, а Тори всё равно ходит по пятам. Она прилипала — это факт. Но мне нравится её близость. Она отчего-то успокаивает, даже несмотря на то, что я не забыл попытку демонессы избавиться от меня.
Вскоре наступает вечер. После усиленной тренировки чувствую себя измотанным. Хоть мне и говорили отложить её на потом, но я просто не мог позволить себе бездельничать, пока остальные активно занимаются. Приятно помогать в чём-то и видеть результаты, выдаваемые другими благодаря твоим советам. Если бы магистр Стормис сразу начал наше активное обучение… а что бы вышло тогда? Мы полегли бы из-за схватки с демонами, которые не желали нам плохого. Если посудить, то они сами оказались заложниками ситуации. Окажись мы в нижнем мире, тоже пытались бы вырваться наружу. Разве жизнь это? Вечность существовать в непонятной дыре?
— Ты как? Отдохнул немного? Понимаешь, что с меня три шкуры спустят, если ты окочуришься во время проведения ритуала? — ворчит Тори, встретив меня в стенах академии, когда возвращаюсь с тренировочной площадки.
— Зато ты будешь свободна от обещания защищать меня любой ценой, демонесса. Неужели тебя не радует эта мысль?