Печать тьмы (СИ)

— Так сделай это. Ты уже вторгся в мою жизнь и отнял у меня истинную. Вырви и сердце. Наверное, Адалин порадуется, когда узнает? Ты всем вечно мешаешь! Адалин просила тебя о бессмертии? Она просила делать её такой же, как и ты? Впускать в неё проклятую тьму, от которой нет совершенно никакой пользы? А теперь она может пострадать из-за тебя! Из-за того, что ты выбрал её своей пешкой, заставил вернуть тебе дело и посодействовать в разрушении портала.
Хоть и пытаюсь контролировать себя, а всё-таки срываюсь с места, хватаю дракона за грудки и ударяю спиной о стену. Прижимаю его к камню, зло глядя прямо в глаза.
— Она могла умереть! — цежу я сквозь зубы. — Думаешь, мне хотелось наделять её тьмой? Адалин могла умереть с падением портала, потому что была связана с ним проклятием древнего рода, магию которого унаследовала. Мне стоило позволить ей сделать это? Возможно, со стороны это и выглядит, как попытка сделать себе бессмертную партнёршу, но это не так. И не смей осуждать мои действия, жалкий таракашка! Сам-то что сделал, чтобы Адалин была рядом с тобой? Ты только отталкивал её от себя, обманывал и всячески отказывался от связи истинных. Я лишь сделал то, что не смог ты — помог Адалин избавиться от бремени. Инфантильный дракон, не знающий, чего хочет добиться в этой жизни. Пока ты жалел себя, ныл, как ненавидишь связь истинных и презираешь, она страдала. Адалин всё это время пребывала в неведении, а ты водил её за нос, ни слова не объяснил о связи, всё пытался скрыть её, зная, что это приносит ведьме мучения. Я же в свою очередь…
Замолкаю. До меня доходит, что отчасти я тоже жалел себя, думал о своих обидах и мести и не говорил Адалин правду точно так же, как и он. Мы оба хороши. Оба обманывали ведьмулю, а она доверяла нам. Сердце сжимается, я отпускаю Байрона и выхожу из норы Ллойда, желая охладиться и обдумать всё.
Чем я лучше дракона?
Да ничем по факту.
Говоря ему все те слова, я будто бы указывал на собственные недостатки. Считал его инфантильным, а далеко ли ушёл сам? До сих пор мечусь и не делаю таких важных шагов сейчас. А ведь все мы знаем, что жертвы на поле боя будут неизбежными, и у нас остаётся слишком мало времени.
Потеряв Энергию, я был разрушен, но если потеряю Адалин… Это окончательно уничтожит меня. Может быть, сбежать вместе с ней? Подальше от всех этих разборок и проблем? И пусть хоть весь мир горит дотла… Нет! Я снова руководствуюсь своими эгоистичными желаниями. Адалин никогда не бросит своих друзей и будет бороться за безопасность своей матери. Она нужна Люциторуму, потому что только ей подвластно возглавить армию исхитов. И она не откажется от этой затеи.
— Подожди! — останавливает меня голосом Байрон, и я медленно оборачиваюсь. — Нам нельзя собачиться, пока мы на одной стороне. Лучше давай подумаем, как обезопасить себя и Адалин, если демон не выполнит твоё требование.
— Он выполнит, — отчеканиваю я.
— Уверен? Достаточно ли умён твой брат для того, чтобы не рассказывать каждому о своих планах? Все ли ходы и выходы известны Ллойду? Или он был всего лишь расходным материалом? Пешкой на шахматной доске Света?
В словах дракона есть что-то правильное. Я не могу быть уверенным, что Ллойд закроет все проходы.
— И что ты предлагаешь?
— Составить карту нижнего мира. Хотя бы территории академии и её округи, чтобы понимать, где армия Света может выйти, а потом вернуться и убедиться, что все лазейки закрыты?
Он прав. Под лежачий камень вода не течёт, и нам следует сделать это, чтобы убедиться, что не получим волну света себе в спину.
— Есть мысли с чего начать? Территория здесь немаленькая, а картограф из меня никакой.
— Да. Мы будем отмечать только выходы и входы, существующие в округе. Норы не потребуется, так как к ним ход перекроет Рэйриан. Важно обратить внимание на другие ходы, как портал на кладбище, например.
— Ладно. В таком случае давай исследуем тюрьму. Ну или то место, которое на территории академии сейчас является тюрьмой. Что-то мне подсказывает, что она хранит больше сюрпризов, чем нам может показаться.
 
Дракон одобрительно кивает. Объединиться с бывшим истинным своей возлюбленной — это что-то с чем-то. Не думал, что дойду до такого.
  
Глава 37. Адалин
 
Тори приводит меня на площадь, где, по её словам, встреча с исхитами пройдёт наиболее безопасно. И всё равно меня не отпускает волнение. Я ничего не знаю об этих существах. Один-единственный раз, когда столкнулась с ними, закончился благополучно, но что, если они просто отпустили меня? Я даже не рассмотрела толком, как они выглядят, а всё, что знаю об исхитах — они питаются магической энергией. Чужой, разумеется. И неокрепшие существа, в которых только пробудился дар — лакомый кусочек для исхитов. Потому что не смогут дать достойный отпор.
— Нужна какая-то помощь в подготовке?
— А?
Я оборачиваюсь и смотрю на Тори. Она предполагает, что это будет похоже на ритуал? Проблема в том, что я понятия не имею, как мне призвать исхитов. Они прибыли впервые, почувствовав мой страх. Я должна испугаться? Но чего? А если это не поможет? Мне не хотелось бы подвергать свою жизнь опасности только для того, чтобы попытаться.
— Только не говори, что не успела спросить у бабушки, как призывать их.
— Если ты просишь не говорить, то я промолчу тогда, наверное?
Тори закатывает глаза и щёлкает языком, выражая своё недовольство. Да, я прекрасно понимаю, как всё это выглядит со стороны. Я шла к бабушке, чтобы поговорить об исхитах, а в итоге у нас вышел душевный разговор, и я помогла её душе освободиться. Единственное, что успела сказать бабуля — исхиты выбрали меня своей королевой. Так ли это на самом деле? Следует проверить.
Прикрываю глаза и пытаюсь воззвать к исхитам, но ничего толком не выходит. Мне ведь не бегать здесь с криками: «Исхиты, я здесь, явитесь!»?..Ага!.. Ещё взять в руки бубен и обмотать пояс какими-нибудь листьями. Вот забавно будет выглядеть. Нет, этот вариант точно не подойдёт, поэтому придётся выбирать что-то куда более приземлённое.
— Слушай, мне кажется, мы зря тратим время. Если ты не знаешь, как призвать их, следует поискать информацию в библиотеке. В нижнем мире она обширная, можно найти много интересного.
— Погоди!..
Я чувствую стороннее присутствие, хоть и описать этого не могу. Прислушиваюсь и ощущаю, как воздух тяжелеет с каждой секундой, а свет вокруг нас — только сейчас понимаю, что он исходит от камней, так как солнца в нижнем мире нет, — тускнеет.
— Это они? — спрашивает Тори.
Демонесса выглядит напряжённой. Она озирается по сторонам, но увидеть исхитов не сможет, пока они сами не захотят показаться нам. Если в верхнем мире укрыться им сложнее, то здесь они легко сольются с тенью, мутным воздухом, но я точно знаю, что они рядом.
— Исхиты! — обращаюсь я, покашливаю, чтобы звучание голоса стало чище, и продолжаю: — Я пришла к вам не с приказом, как королева, которой вы сами меня избрали. Уж не знаю, почему вы продолжили подчиняться моему роду, наверное, у вас были на то причины, но сейчас я не собираюсь указывать вам, как и что сделать. Я хочу попросить о помощи.
Ответа нет.
Не знаю, на самом ли деле исхиты явились и слушают меня, или это плод моего разыгравшегося воображения, но я решаю продолжить. Я ничего не теряю ведь.
Тори стоит рядышком и негромко посмеивается. Наверное, с её стороны мои потуги выглядят забавно, но что поделаешь?
— Мне нужна ваша помощь в войне против Света. Наверняка вам известно куда больше, чем остальным существам. Вы пребываете в тени, видите и знаете куда больше остальных. Свет не должен господствовать над всеми. Светлые такие же одарённые существа, как и тёмные. Все должны жить в гармонии, не доминируя друг над другом. Я хочу принести равноправие в этот мир, поэтому прошу вас поддержать Люциторума в схватке со Светом, божеством, решившим, что мир принадлежит ему.
Голос глохнет. От хрипоты горло дерёт, и мне хочется сделать несколько жадных глотков воды, да только где её добудешь сейчас? Я даже не заметила, как перешла на крик, поняла это только по сухости во рту и заткнутым ушам Тори.