Отбор драконов для серой мышки (СИ)

— Ну почему так однозначно? — усмехнулся Гриша. — Может быть и по-другому. Этот кто-то узнал легенду, и искренне пытается тебя убить, чтобы не допустить появления в мире всецветного дракона. Ведь они явно были склонны к гордыне и тирании больше нынешних драконов. Этакий благородный Робин-Гуд - убивец невинных дев. Хотя, согласен, это куда менее вероятно. В общем, нам нужно хотя бы примерно понять, кто это может быть.
И тут мы с Гришей переглянулись.
— Эргон! — воскликнули мы одновременно.
— Да нет же! — тут же чуть не заплакала я. — Я не верю и не поверю в это!
— И тем не менее вся метрика сходится, — остро глядя на меня, сказал Гриша. — Если юным наследникам до сих пор показывают этот свиток, то Эргон знал легенду. Он привел тебя сюда, затеял отбор... То есть в сущности-то непонятно, зачем ему понадобилось делать тебя принцессой. Как-то слишком для благодарности спасенного Правителя. А так все понятно! В отличие от Граценира он решил все сделать непринужденно и красиво. На отборе разноцветные женихи по очереди получают приказ атаковать тебя. Эргон тебя откачивает. Ты обретаешь силу разных цветов. Потом выходишь замуж - в сущности, плевать за кого. Становишься драконицей. И тут-то. папочка убивает тебя. Тоже как-нибудь красиво это обставив - например, обосновав государственными интересами.
— И не стыдно тебе!? А я еще сделал его главным придворным аналитиком! — рявкнул знакомый голос.
Эргон быстрым шагом подошел к столу, метнув на Гришу злой взгляд, и взял в руки свиток.
Мне стало и смешно, и грустно, и страшно. При виде папочкиных нахмуренных бровей и выражения лица, в котором праведный гнев сочетался с обидой, я совсем перестала верить, что это может быть он.
Гриша же вскочил на ноги прямо перед Эргоном.
— Прошу прощения, Ваше Величество! — отрапортовал он. — Вы велели анализировать. Я и анализировал. Вы самый логичный кандидат с учетом этой древней истории. Я не виноват. Просто логика.
— Отставить иномировые «Величества»! В своем мире будешь «выкать» и «величать»! — рявкнул Эргон.
Гриша машинально вытянулся по струнке. Я вздрогнула от громоподобного баса папочки.
— Есть отставить «Величества» и «выкать», Ваше Величество! — козырнул Гриша. Видимо автоматически.
— Хм. — добрее поглядел на него Эргон. — Неисправим. Но еще раз «величество» - и я тебя. в пыль, в порошок. В лягушку - или чего ты там еще боялся, аналитик?
— Прошу прощения, Ваш. Правитель. Виноват, дурак, исправлюсь.
Я не выдержала, приложила руку к переносице и захихикала. Комизм ситуации уже зашкаливал. Но смех получался нервный, потому что, похоже, мы всерьез обидели Эргона.
Правитель же снова хмыкнул, глядя на меня, потом с самым серьезным видом уткнулся носом в фолиант. Пока он читал, его невозмутимое лицо постепенно вытягивалось от удивления.
— Предыстория? — деловито спросил он.
— В других книгах, — я кивнула на стол, где были разложены уже изученные нами труды древних сказителей.
— Ну, пока и так ясно, — Эргон двумя пальцами приподнял бумагу, повертел сначала у Гриши перед носом, потом у меня.
«Сейчас спросит, чем пахнет...» — пронеслось у меня в голове.
Но Эргон сказал совершенно другое, с укором глядя на меня.
— Вот мне интересно.. .Ну хорошо, ты, Григорий, читал все больше о природе нашей магии. Вряд ли уделил время изучению семейной истории Золотых драконов и истории вообще.
— Я читал! — возмущенно перебил его Гриша. — Должен же я был понять, куда попал.
Эргон словно бы не услышал его, продолжая буравить меня осуждающим взглядом. А мне стало стыдно. Да и мышь покраснела до самых ушей в своей норе. Вернее, уши тоже покраснели.
Как я вообще хоть мгновение могла подозревать папочку! Мозаика сложилась. И от этого я испытывала страшное облегчение, смешанное с ужасным стыдом.
— .Но тебе-то, Алиса, дочь моя любимая, я сам рассказывал историю государства Эреаморского и своего детства! Я как сейчас это помню! Сидели вот там, в креслах. — Эргон снова потряс перед нами фолиантом. — Неужели непонятно, что я не мог видеть в юности этот свиток, потому что рос сиротой вдали от столицы! Рядом не было отца, который должен был показать мне этот текст и посвятить в тайную историю! До сегодняшнего дня я имел такое же представление о «всецветных» драконах, какое и вы.
 
[1] последовательность нуклеотидов ДНК, узнаваемая РНК-полимеразой (это такой фермент) как стартовая площадка для начала транскрипции (считывания генов для дальнейшего синтеза тех белков, которые эти гены кодируют). Таким образом, прежде чем начнется экспрессия гена, должен «сработать» его промотор.
  
Глава 28
 
Да, Эргон рос сиротой.
Дело в том, что момент его рождения совпал с разделением единого драконьего государства на два. Дракончик Эргоша еще только успел родиться, когда герцог Эребеарский (прежде это было самое большое герцогство нашей страны) поднял бунт. Вернее, он просто заявил свои права на престол, ссылаясь на то, что в древности драконами правили черные, а страна называлась Эребеар.
Откуда он все это взял, непонятно, но у герцога нашлось немало сторонников. Началась гражданская война, в которой погибли и родители новорожденного Эргона, и родители Сурала, которому на тот момент тоже было не многим больше трех лет. Опасаясь, что сторонники черных, не брезговавшие грязными методами, убьют младенца Эргона, лучшие из партии Золотых драконов спрятали его далеко на юге, где Эргон жил под крылом у старца Мартина. Даже не в замке, а в обычной хижине.
Война продолжалась. Сторонники золотых и черных встречались на бесконечных переговорах, но каждый раз не могли договориться. В итоге и на той, и на другой стороне нашлись разумные драконы.
С нашей стороны это был отец герцога Грейдора Марниос, а со стороны черных - какой-то другой высокопоставленный дракон. Они смогли призвать драконов к порядку, а государство предложили разделить на две части, чтобы дать каждой сестре по серьге или, напротив - «ни нашим, ни вашим»...
Причем, поскольку оба наследника были еще совсем маленькие, править стали наместники
— эти самые разумные драконы. Сурал вырос при дворе Эребеара. А вот Эргона так и прятали лет до восемнадцати. Более того - он понятия не имел, что он наследник, учитель Мартин умудрился скрывать это от него.
Когда наместник Марниос с учителем Эргона сочли, что юноша уже достаточно возмужал, его призвали во дворец. Там Эргон еще несколько лет учился править, а потом занял престол.
Кстати, наверняка разница в воспитании обусловила и разницу позиций Эргона и Сурала. Сурал, выросший во власти и почете, всегда хотел больше власти и почета. В идеале -получить всю возможную власть. А Эргон, выросший в деревне, на свежем воздухе и в хороших нравственных установках, с юности старался быть хорошим Правителем, думал о народе, старался оправдать «оказанное ему доверие».
— Ну прости, папочка! — чуть не плача, я погладила его по руке. — Были ошарашены, не сообразили.
— Прости, Правитель, можешь уволить меня из аналитиков, стереть в пыль, порошок и лягушку, но я вынужден сказать, — вдруг сказал Гриша, на всякий случай отступив за угол столика, подальше от Эргона. — Но тебе мог показать этот свиток кто-нибудь другой. Например, когда ты уже прибыл ко двору, его мог дать тебе прочитать мэтр Дайм или твой наместник.
— А ничего, что этот документ несет отпечаток всех, кто его прочитал? — искоса глядя на него, ехидно спросил Эргон. — Вот смотри, — он поводил рукой над бумагой, и на ней выступили так называемые «отпечатки личности» - небольшие кружочки, похожие на отпечатки пальца, несущие информацию об энергетики прикоснувшегося. — Алиса, ты-то должна была помнить, что все древние бумаги сделаны по этому принципу. И ты можешь посмотреть отпечатки не хуже меня! Что и следовало сделать, прежде, чем читать его! Вот, видите, мой отпечаток - самый свежий, я только что читал текст. Вот твой, Алиса, — мой отпечаток был светло-золотой и почему-то напоминал. мышиное ушко. — А вот бесчисленные отпечатки былых Правителей. Как видите, они обрываются на моем деде. Не только мне, но и моему отцу почему-то не показывали этот свиток. Может, дедушка решил, что эти сведения утратили актуальность. Или просто забыл за государственными делами.