Когда желание ведьмы сбывается (СИ)

Его растерянный, но полный решимости взгляд убедил её в правильности своего решения.
Даже если капризная судьба через несколько дней навсегда разбросает их на тысячи километров друг от друга, она будет помнить… Голос. Взгляд. Запах. Всегда! С улыбкой перебирая воспоминания, как красивые ракушки и камушки, подаренные ей в детстве океанской волной.
В доме стояла звенящая тишина. За окнами тихо падал снег, искрясь и переливаясь в жёлтом свете садовых фонарей.
Она протянула руку и погладила его по щеке. Гладкая горячая кожа, не намёка на щетину.
Тяжёлый и в то же время тёплый взгляд. Гордый римский нос. Упрямые, чётко очерченные губы. Не полные, не тонкие. Твёрдые, вкусные.
Ксения, слегка прикасаясь, провела пальцами по мужской переносице и, привстав на цыпочки потянулась к его губам.
Валафар приподнял её за талию, что – бы ей было удобнее его изучать.
Она крепко обхватила его за торс ногами и поцеловала.
Поцелуй был осторожный, изучающий, со вкусом мятной зубной пасты, кофе и карамели.
Его рука пробралась под водолазку. Пальцы ласково пересчитывали позвонки. Их языки встретились.
Ксения обняла его за шею и застонала. Поцелуй стал жарким, требовательным!
Мужчина держался из последних сил. Она целовала его с таким желанием, с такой страстью!
Валафар глухо зарычал, когда она разорвала поцелуй и начала изучать его лицо губами. Переносица, глаза, скулы, подбородок.
Желание ворваться в горячее лоно своей женщины, чуть не вскипятило ему кровь. Валафар услышал треск и ощутил волну удивления, приправленную страхом. Он напугал свою девочку!
Это заставило его с большим трудом взять себя под полный контроль.
Перила у подножия лестниц украшали кованные фонари. Один из них, Валафар, держал сейчас в руках. Фонарь был вырван из основания вместе с проводкой. Свет в холле первого этажа мигнул и погас.
— Я всё починю, — услышала она голос мужчины в темноте и расхохоталась.
— Алекс, мне начинает казаться, что ты сказал правду в ресторане. Таких как ты, на этой планете точно больше нет, — отсмеявшись, сказала Ксения и спрыгнула с мужчины.
Глаза привыкли к темноте. Свет от уличных фонарей обрисовал силуэты мебели и арку двери, ведущую на территорию кухни.
— Ты будешь не против, если я похозяйничаю? — улыбнулась Ксюша.
— Я буду этому рад, — серьёзно ответил мужчина.
— Нам нужно на кухню.
— Я провожу, — протянул ей руку Валафар.
Мужчина привычно подхватил её на руки. Посадил на бедро, как ребёнка и уверенно двинулся в сторону кухню.
***
Ксения переставила с подоконника на стол тяжёлый бронзовый подсвечник на красивой подставке с ручкой и зажгла свечи каминными спичками, лежавшими рядом.
От трепещущих огоньков разбежались блики, осветив лицо стоящего в дверях мужчины. Он смотрел на неё и улыбался. Несколько длинных прядей выбились из завязанного на затылке необычного тяжёлого узла из густых тёмных волос.
— Будем будить наших помощников? — любуясь мужчиной задала наводящий вопрос Ксения.
Он заулыбался ещё шире.
— Алекс! Ну что с тобой? — улыбнулась в ответ Ксения.
— Тебе очень идёт роль хозяйки, — ответил Валафар.
Ксения взяла в руки лежащий на столе блокнот с телефоном Надежды Степановны: — Вот, Надежда Степановна написала свой телефон, продиктовать?
Валафар сделал вид, что у него нет нужного номера, послушно набрал продиктованные цифры и нажал кнопку вызова.
Через двадцать минут и кусочек торта, свет в доме был восстановлен. Фонарь унесён в мастерскую, кофе допит.
— Алекс, мне нужно уехать и наконец поставить точку в затянувшемся по моей вине спектакле. Отпусти меня, пожалуйста. Это важно для меня. Очень важно. Я должна это сделать, понимаешь?
Валафар отошёл к окну и встал к ней спиной.
Он боролся с собой и это был самый сложный бой в его жизни. Он был Сильнейшим в Ближнем Круге Императора.
В подконтрольных ему вассальных мирах наместники дрожали и склонялись до земли, как сорная трава, примятая ураганным ветром. Ровненько, мордой в пол.
 
Его власть и приказы были неоспоримы!
Женщины трепетали и боролись за его внимание и постель.
«Почему? — думал Валафар, устремив невидящий взгляд в тёмное зимнее утро, — почему просто не попросить? Рассказать о всех своих проблемах, прикусить пухлую губку и сказать: «Алекс, помоги мне…» и спокойно лечь спать, доверчиво уткнувшись носом в мою грудь. Сколько она спала? Часа два? Два часа тринадцать минут, Валафар. Нормально не позавтракала. О, Вселенная! Взять под полный контроль эту планету проще и быстрей, чем понять эту женщину! Спокойно, Валафар! Это будет сложно, и ты об этом знал…»
Молчание затягивалось.
— Алекс, давай мы встретимся с тобой сегодня вечером…
Он тяжело вздохнул и спросил: — Я могу чем – то помочь?
Ксюша молчала. Он обернулся. Нахмуренное, уставшее личико и задумчивый взгляд.
— Ксюша, мне можно доверять. Просто поверь!
— Мы далеко от Москвы? — посмотрела на него Ксения.
— Тридцать четыре километра. Киевское шоссе.
— Тебя обманули. Это не самое популярное направление, — устало улыбнулась Ксюша.
— Поверь, скоро это направление станет очень популярным, — усмехнулся Валафар. — Дворцы на Рублёво – Успенском меня не впечатлили.
— Дом действительно замечательный, Алекс и очень тебе подходит. Отвези меня к моей клинике. Я забегу на работу, потом заберу машину и займусь делами. Посплю, пока мы будем ехать. Я не могу спать в такси, когда еду одна.
— Допевай свой кофе, Ксюш, одевайся и выходи на улицу. Я сам отвезу тебя. Машина уже ждёт.
Она с вопросом посмотрела на Валафара.
— Купил вместе с домом.
— И почему меня это не удивляет? — покачала головой Ксения.
  
Глава 4 Слушай! Да вы просто созданы друг для друга! или У каждой умной женщины должен быть план Б и чемоданчик с наличкой
 
Мечта отличается от плана хаотичностью конструкции
Чёрный внедорожник трёхлетка довольно урчал прогретым мотором. На капоте обижено таяли крупные снежинки.
Ксения запахнула полы шубки и глубоко вдохнула морозный утренний воздух. Это место нравилось ей с каждой минутой всё больше и больше. Или в этом виноват новый хозяин дома, так органично вписавшийся в пейзаж?
Алекс стоял у машины, задумчиво глядя на ближайшую к дому ель. Светлые джинсы, высокие ботинки, белая приталенная рубашка, серое полупальто с воротником стоечкой.
«Алекс! Ну нельзя же быть таким шикарным и свежим в шесть утра!» — удивлённо подумала Ксения, — «Ведь не спал, толком не позавтракал. Так, Ксения Марковна! Это что ещё за неуместные и не свойственные вам мысли? Ай –яй - яй, соберитесь! Вам предстоит не простой день!»
В машине было тепло. Пахло кожаным салоном и Алексом. Ноты его парфюма разлетались по салону и никак не хотели складываться у Ксении в музыку. Она посмотрела на уверенно выруливающего к воротам мужчину. Лежащие на руле, сильные уверенные руки успокаивали.
Зашумел океан…
Валафар нажал на приборной панели серебристую кнопку. Переднее кресло медленно превратилось в удобное спальное место. Уснувшая Ксюша, что – то прошептала и повернулась на бок. Он погладил её по щеке и повернул в сторону шоссе.
В лежащую на заднем сиденье дамскую сумку нырнула маленькая чёрная клякса. Теперь он будет знать, где и с кем его девочка. Оставить её без присмотра он не мог. Прямое воздействие, привязка на призрачного помощника и ещё как минимум сто вариаций контроля он отмёл сразу. Его девочка была слишком хрупкой. Слишком земной. Еле заметный след её спящей силы тревожил его, но пока он не разобрался в ситуации...
Он выбрал самый дальний маршрут и крейсерскую скорость.
Аккуратно потянулся к своим помощникам, оставленными им по всему миру, и удовлетворённо усмехнулся. Вторая стадия легализации проходила как показательный бой для увеселения женщин, почти бескровно и предсказуемо.