Прививка совести (СИ)
Витька продолжает спорить. И ещё не сходится! С чего вы взяли, что у них между городами «только самолетом можно долететь»? Разве трудно весь автомобиль сделать в одном месте? Вы же сами говорили! Передразнивает — «… в одиночку, без инструментов, собирают за один рабочий день». Именно! Собирают, но не изготавливают. Обрати внимание — какой контраст. Все высокотехнологичные узлы (аккумуляторы, гидравлические и электрические моторы, трубки, фары, приборы) сделаны исключительно качественно, из дорогих материалов. Но, при этом, как на подбор — маленькие и легкие. Зато любые крупные узлы (сиденья, корпус, руль) хотя и тоже качественные, на 100 % самодельные. Первые — привозят издалека. Скорее всего — самолетами. Их цена уже значения не имеет. Остальное добро — делают руками. Или, заказывают местным мастерам… А возят издалека по той же причине — экономия трудовых ресурсов. Бедные месторождения им ковырять не выгодно. Проще — найти богатое и рядом выпускать конечный продукт. Как в бронзовом веке. Потому и конструкция простая. Потому и «крутых наворотов» нет… ни электрических стеклоподьемников, ни магнитолы, ни колонок. Трезвый расчет. За одну такую монету, достаю из кармана сувенир с утконосом, в XVIII веке, тебе сводный цыганский хор будет петь и плясать сутками напролет. Без всякой аппаратуры…
А про управление самолетами, откуда знаете? Обращается за поддержкой к авторитету — Вика, ты что, умеешь пилотировать самолет? Сто двадцать часов налета на «Утенке». Тридцать — на «Дятле». Это, она для меня поясняет, штурмовик такой. Семьдесят пять — на «Рояле». Улыбается, так наши дальний транспортник называют. У него проволока внутри. Как струны натянутые звенит. Нет, я верю (ага, самого аж перекосило, но фасон, фасон!), но откуда это известно? Из электромобиля? Из оставленного дамой личного имущества! Вы позволите? Поднимаю и показываю задире навигационный расчетчик. Близкое подобие старого НРК-2 Калашникова. Надо думать, он и не знает, что это. Переворачиваю. Ой! Видел? Прошу любить и жаловать — логарифмический карманный вычислитель с кольцевыми шкалами. В общем корпусе с расчетчиком. Без него пилоту — как без рук. По крайней мере, так было тридцать лет назад, когда я сам в аэроклуб ходил.
Можно? Тянет загребущие ручонки. Это что, вместо компьютера? А как пользоваться, где нажимать? Дядя Гриша, где вы такие раньше видели? Это они так от нас отстали? С мстительным удовольствием (чтоб осознал) наслаждаюсь римейком басни «Мартышка и очки». Ассортимент ужимок и прыжков повторен с переизбытком, на хвост не нанизал только за его отсутствием. Зато понюхал… Он же вообще не работает! Ни кнопок, ни дисплея! Вам и логарифмическую линейку в школе показывали? Не-а! Это же давно полный отстой! Что дельного на ней можно посчитать? Ну, если вспомнить, в 50-х годах на самых обыкновенных логарифмических линейках считали всё — хоть космический корабль. Но надо уметь. Прибор-то гибридный. Работает только в комплекте с головой и руками. Ну-ка… М-м-м-да. Вот до чего доводит отсутствие под рукой микропроцессоров. Привычный вычислительный прибор свернули в пакет кольцевых шкал, с ручкой плавного вращения и увеличительной линзой. До третьего знака — грубо. До четвертого — точно. Забиты все тригонометрические функции. Вполне себе инженерный калькулятор, разве без опции программирования. Почти как у друга деда, что привез подобный трофей после войны из оккупированной Австрии. Вот и опять держу в руках это чудо технической мысли. С подсветкой шкал, однако. Прогресс! Ага, если так нажать, то освобождается визирка. Она тот одна. Углы сноса, путевая скорость, пересчеты высот и скорости и времени полета… Насколько я помню, в оригинале — 23 основных шкалы. Тут больше. Вот эта — совсем незнакомая. Крутая техника! На крышке гравировка. Универсальный авиационный калькулятор НРК-2М-1636. Длинный серийный номер. Знак — серп и молот. Ниже. Пилоту-универсалу второго класса Виктории Ахинеевой. За отличие в учебе. Высшая женская авиационная школа имени Валентины Гризодубовой, г. Владиангарск, СССР. 7237 год от С. М. Офигеть! Ещё ниже, в изящной виньетке, стилизованным готическим шрифтом: «Изготовлено часовым мастером Иоганном Гессе. Женева. 1725 год от Рождества Христова». Протягиваю прибор Виктору надписью вверх. Видел? Читал? Будешь ещё спорить со старшими?
Вика оборачивается к петушащемуся — Григорий Иванович всё это, за несколько минут, на основании неполного набора данных, логически вычислил. А ты, альбом с фотографиями смотрел… и всё равно ничего не понял. Но я, зато, вас к нему привел! Видела, какие бывают люди? Непробиваемый тип… Или, влюбился? А, понятно… Владимир покончил с водными процедурами и стоит рядом. Тощий, весь перевитый жилами… Как называли на Руси этот тип в старину — длинная мышца. Корми, не корми, жирным не будет никогда… Значит, ревнует. Может неосознанно. Оттого выпендривается. Виктор, а ты мыться будешь? Я? А что, надо? Тэк-с, культура культурой, а гигиена отдельно… В смысле, даже мысли не посещало… Пожимает плечами и удаляется. Сочувствую, бак-то уже пуст. Ждать, пока новую порцию воды нагреет солнце — терпения нет. Вернуться сухим — гордость не позволит. Значит — пустит тоненькую струйку и будет долго крутиться под нею… Что мне и надо. Пора переговорить с гостями с глазу на глаз, начистоту. Кажется, и они так думают.
Владимир начинает первым. Ну и как, убедились? В достаточной степени… Что дальше? Мы просим у вас приюта, на несколько часов. Зарядить аккумулятор. Подготовиться к отходу. Вечером, нас тут не будет. Готовы компенсировать любой материальный и моральный ущерб. Если честно, вам с Виктором лучше от нас держаться подальше. Просто уходите… и всё. Здесь скоро станет опасно. Словно бы в подтвержение, совсем низко над нашими головами проносится серо-зеленая туша давешнего вертолета. Дра-ра-ра-ра… Твою мать! Начавшее было удаляться громыхание снова нарастает. Дра-ра-ра-ра… Вертолет делает круг. Заметили! Чертов канареечный драндулет, на фоне зелени, сверху он наверняка виден просто замечательно.
Ребята смотрят на небо. Переглядываются… Владимир вытягивает из бардачка два пакета. На каждом штамп — «Чистое бельё». Видно — приготовлены заранее. Начинают переодеваться. Быстро, но без спешки. Совершенно меня не стесняясь. Словно именно этого и ожидали. Или, действительно ожидали? В такой ситуации… и принимать душ. А потом переодеваться в чистое… Словно бы к смерти готовятся. Неприятная ассоциация! Объясните, что это значит?! Молчат… Одергивают комбинезоны, затягивают ремни…
А это значит, что довольно скоро, Григорий Иванович, нас с Викой начнут убивать. Прямо тут, у вас на даче… Собственно, потому мы её и выбрали. Место малонаселенное, посторонние не пострадают. А мы должны продержаться, желательно до темноты. А после — попытаться прорваться. Тоже любым возможным способом. Обязаны отвлечь на себя как можно больше внимания. Извините… что так вышло. Это уже Вика, уставилась серыми озерами глаз. Нам и правда, очень жалко. Хотелось бы, и посидеть, и поговорить. Здесь так мало интересных людей… В основном, книги. Три часа мы уже выиграли. Осталось восемь. Нехорошим взглядом обегает мои строения… Пожалуйста, возьмите, больше у нас с собой уже нет. Парочка синхронно тянет из нагрудных карманов пластиковые ленты с монетами. Мы надеемся — вам этого хватит… на ремонт. Машинально принимаю в подставленные ладони блестящие пластиковые гирлянды с деньгами. Какие-то несерьезные, но увесистые. Отказываться глупо. Так не врут. По-дурацки, неловко, запихиваю хрустящие гармошки в карман штанов. Правая сторона обвисает… Почему-то мне стыдно. Вот и кончилась сказка…
Да? А вот ошибка, ничего не кончилось! Что там Виктор на площади кричал? Его взяли в заложники? Значит, и мне можно попробовать… Кто там потом будет проверять? Я так хочу! Кажется, последние слова произнесены вслух. В серых озерах плещется удивление. Витя, это слово она произносит почти нежно, пока ничего не понял. Вы же взрослый человек! Вот именно… А ещё, я тут хозяин. И не спорьте! Накройте свою технику каким-нибудь тентом (есть у вас, нарочно же приманкой на виду поставили?). Идем в дом. Будем сидеть, и говорить, и пить чай. Я вас приглашаю! Чем больше здесь непонятного — тем дольше разборки. Предлагаю тянуть время, а там, будь что будет. Согласны? Владимир молча протягивает мне руку. Спасибо!