В тени Рюджина (СИ)
— Приказ не делает исключений.
— Потому что его составляли ублюдочные придурки! — огрызнулась куноичи. — Коты служат Орочимару, но у него и обычные люди есть среди шиноби. Может, мы и всех крестьян и их детей теперь вырежем?
— А это хорошая идея, — мрачно осклабившись, ответил Момочи, медленно приближаясь к часовенке.
— Лучше бы тебе держаться подальше, — неодобрительно и с угрозой посоветовала Теруми. — Таких ублюдков, как ты, боги не любят. Не хочу, чтобы их гнев мог задеть случайно и меня.
— Ты не выполняешь приказ. И мешаешь мне его выполнить, — мрачно произнес в ответ Забуза, но, увидев снова появившийся в руках Теруми кунай, остановился. — Тебе стоит бояться гнева джонинов, а не ками.
Мей не могла встать во весь рост под крышей хокора, но она подобралась, готовая к резкой атаке. Забуза в нескольких метрах от нее, казалось, не обратил на это внимание, но стекающие по его насквозь промокшим волосам и одежде струи воды начали оживать, подчиняясь чакре шиноби. Они готовы были броситься друг на друга. И, наверное, сделали бы это, если бы не холодный порыв ветра, заставивший их невольно задрожать.
— Стойте, — прорвался сквозь шелест дождя еще один голос. — Вы, два идиота, еще поубивайте друг друга.
— Скажи это своей подружке, Юки, — недовольно посоветовал Забуза, из уст которого со словами начали вырываться облачка пара. — Ей жизнь какого-то кошака слишком дорога.
— Шиноби не должны убивать беззащитных, — строго произнес появившийся из-за спины Забузы Кёда Юки. — Этот приказ с убийством кошек скоро и в самом деле перерастет в приказ зачищать деревни.
— Еще один неженка! — хищно оскалился Момочи.
— Молчи уж, Киджин, — не обидевшись на слова Забузы, ответил Кёда, бросив Момочи утепленный и пропитанный каучуком плащ. — Ты весь дрожишь от дождя. Кто из нас тут неженка?
— Если бы кто-то не использовал свои мерзкие техники, то мне бы не было так треклятски холодно! — раздраженно огрызнулся Момочи, не забыв при этом быстро накинуть на себя плащ.
— Не оправдывайся, Киджин, — хмыкнув, сказал Кёда, подходя к Мей и передавая ей еще один плащ. — С таким имечком ты должен терпеливо сносить все тяготы жизни.
— Иди в жопу! — от души посоветовал Юки Забуза.
— Спасибо, — тем временем поблагодарила Мей, закутываясь в плащ.
Благодарила она скорее не за одежду, а за остановленную вовремя драку. В последнее время все были напряжены. Проблемы с продуктами, поражения в боях, потери, странные приказы командования. Одно накладывалось на другое. Наверное, они бы и в самом деле готовы были наброситься друг на друга из-за котенка.
Теруми снова передернулась, вспомнив о прошлогоднем приказе от штаба. Он казался безобидным, простое убийство кошек. Этим заниматься приходилось и ранее, с санитарными целями. Животные были переносчиками заразы, бешенства. Но сейчас оказалось, что на службе Орочимару есть ниннеко. И кошки могли быть его шпионами. Теруми и сама не поняла, как внезапно животные стали их врагами. И вместе с этим, они перестали ощущаться простыми зверьми. Они могли быть разумны. Они могли быть ниндзя. Но они умирали от рук Мей с невиданной ранее легкостью. Это чувство могущества, чувство, когда чужая жизнь полностью в твоих руках, начало пьянить. И это начало пугать Мей. То чувство — легкость, с которой можно отнять чужое будущее — было опасно.
— Я смотрю, ты на стороне своей девки? — насмешливо произнес Забуза, заметив, что Кёда также не торопится прибить котенка.
— Успокойся, Момочи, — отмахнулся Кёда. — И хватит ревновать Теруми ко мне.
— Я не ревную, — огрызнулся Забуза, удивленный, что такое вообще могло кому-то прийти в голову.
— Это же ребенок, Киджин, — не обратил внимания на недовольство Забузы Кёда, подойдя к Мей и погладив котенка у ее ног. — На наших руках и так достаточно крови детей.
— Это всего лишь животное! — зло бросил Момочи, которого внезапно уязвили слова Юки о забранных Забузой жизнях.
— Если это животное, то его жизнь нам ни к чему, — осмелев с появлением поддержки, решительно заявила Мей. — А если это ниннеко, то он еще ребенок.
— Если бы ты сдавала экзамен со мной, то была бы уже мертва с такими идеалами, — насмешливо произнес Забуза.
— Если бы ты проходил наш отбор, то сейчас бы давно уже кормил рыб, — не осталась в долгу Теруми.
— Заткнитесь оба, — устало сказал Кёда. — Вы как отражение друг друга. Вы боитесь посмотреть на себя, увидеть свою суть, вот и грызетесь без остановки. Прекращайте, иначе все мы отправимся на корм рыбам.
— Отражение? — рассмеялся Момочи. — Да ты бредишь, Юки! Поди уже подхватил бешенство. Как и твоя подружка. От таких лучше держаться подальше. Смотрите, когда будете истекать слюной и мочиться в штаны при виде моря, я вас утоплю, как котят. Цените мою доброту, я не позволю вам мучиться, как этому вашему зверенышу.
Заявив это, Момочи самодовольно рассмеялся и развернулся, постепенно скрывшись за пеленой дождя.
— Мы и в самом деле похожи, Кёда? — недовольно спросила Теруми, постепенно расслабляясь, но все еще настороженно поглядывая в ту сторону, куда ушел Забуза.
— Больше, чем тебе кажется.
— Это отвратительно! Я могу и обидеться.
— Увидеть себя настоящего боятся многие, — философски изрек Юки.
— Ты безнадежен, — надулась Мей и сменила тему: — Зачем вы меня искали?
— Пора собираться. У нас новое задание.
— Что на этот раз?
— Рыбалка.
— Проклятье! — зло процедила Мей. — Мы чуть не сдохли в прошлый раз!
— Сейчас море должно быть спокойнее, тогда нам просто не повезло попасть в шквал.
— Море спокойнее, и теперь в нем встречаются корабли Ото!
— У нас все равно нет выбора. Либо рыбалка, либо Хошигаки начнет жрать людей.
Мей попыталась было улыбнуться этой шутке, но быстро поняла, что Кисаме и в самом деле способен при необходимости и людей жрать. А если все продолжится в том же духе, то и у самой Мей может не остаться выбора. Все прошлое лето были проблемы с поставками из-за моря. Потом начались шторма, потом появились корабли Ото, в итоге поставки так и не наладились. А шиноби нужно снабжение, нужно оружие, лекарства, да та же одежда. И еда. Им нужно было что-то есть, чтобы не сдохнуть в первом же сражении!
Крестьяне бежали от войны, местная знать начала грызню друг с другом после гибели дайме, многие посевы пропали, были сожжены, сгнили на корню, просто не были собраны из-за нехватки рабочих рук. Осенью пополнить запасы толком не удалось при всем старании и жестокости фуражиров. Пайки давно уже урезаны, и Мей подозревала, что приказ с убийством кошек, ворон и прочего полудикого зверья был нужен как раз для пополнения продовольствия, а не для борьбы со шпионами.
— Наверное, нам придется оставить побережье, — устало произнесла Теруми.
— Нападать на Рюджина-сама было глупо. От этого все проблемы, — спокойно заметил Юки.
— Ото казалась просто еще одной малой и слабой страной.
— Страна Звука — это Страна Рюджина-сама. Я сразу сказал, что ее нельзя недооценивать.
— Ты просто веришь в этого своего Рюджина-сама, — расстроенно проворчала Мей. — Он просто шиноби… Ну ладно, он один из Трех Легендарных шиноби. Но он просто Орочимару.
— Верю я или нет — это не имеет значения, Мей. Главное, что его голос слышат и прислушиваются к нему слишком многие. И не только в Стране Звука. Мизукаге это не учел, из-за чего теперь на восточном континенте у нас война. И в Стране Воды некоторые острова бунтуют и отказываются платить налоги, а их защитой занимаются куноичи Надешико. Дайме недоволен, — ласково поглаживая жмущегося к нему котенка, пересказал Кёда и без того известные Теруми слухи, добравшиеся до них с архипелага. — Да даже если бы он был просто шиноби. Ты слышала, Мей, ему достаточно одной техники, чтобы уничтожить полтысячи ниндзя. Сила одного из Саннинов слишком велика.
— Ох, ладно. Что сделано, то сделано. Тем более не от нас те решения зависели. Мы вообще ничего не решаем, — пробормотала Теруми, выбираясь из-под крыши часовенки под дождь.