Лось 1-1 (СИ)

Никакой офигенно крутой магии не заметил — файерболы не залетали, молнии не засверкали. Даже светошашек, как в ДДГ не замелькало. Но что-то такое, опасное, от чего все волосы норовили подняться дыбом, в воздухе возникло. И стало страшновато. Парадокс: до сих пор я не боялся, а тут завибрировал.
Наваждение с меня стряхнул Чума — его, казалось, судьба товарищей не интересовала. Опять началась интересная игра в догонялки, в которой я явно стал проигрывать — прыжковые батареи окончательно сдохли, да и обычные ходовые были близки к финалу. Несколько раз выводил тварь на защитниц, но девки даже не шевельнулись, а Чума, как приклеенный, следовал за одним мной, игнорируя всадниц. Закончилось ожидаемо: я устал, не заметил под ногами препятствия и ничком рухнул в снег, сразу же откатываясь в сторону. Почти ушел от удара, но… только почти. Перебитый ножной привод похоронил все надежды убежать. Пошла рукопашка.
Сильный длиннорукий противник — кошмар всех бойцов. Я катался по снегу, мечтая увидеть хотя бы одну-единственную брешь в обороне, малюсенькую ошибочку! Ни фига! Все, что успевал, это хотя бы скользом подставлять под удары стальные полосы экзоскелета. Буквально через минуту от творения профессора ничего не осталось, пришлось экстренно сбрасывать сковывающие движения железки. А всадницы все так же не спешили на помощь. Освободившиеся от подпитки экза искры пустил на «бодрячок». И еще один, только мало помогло. Уже попрощавшись с жизнью, в очередном падении, нащупал рукой трубу. Да!!! Пулемет — это не только стрелялка, это еще и просто тяжелая штука, которой очень неприятно получать по тварной! кошмарной! головешке!!!
Впав в священную кровавую ярость, я снова и снова наносил удары по ненавистной морде, по клешням, по торсу. И вот уже монстр валится во взбитый дракой снег, а я, оседлав его, продолжаю молотить погнутыми стволами, круша и разбивая на осколки лицевые пластины Чумы. Занавес.
Бывали времена: и руки-ноги ломал, и отделывали меня в уличных драках, но сейчас складывалось впечатление, что тягучая боль заполнила весь организм — ломало и корежило, как если бы целиком состоял из обнаженных воспаленных нервов. Последствия ушибов вкупе с двойным «бодрячком» сказывались полным набором.
Окно схлопнулось. Для этих целей хватило бы и двух моих побед, но клановые тоже не подкачали, завалив своих монстров. Четыре-ноль, всухую.
«Дряни, если бы я их не ранил, хрен бы вы малой кровью отделались!» Ненависть к так и простоявшим в сторонке всадницам зашкаливала и ничуть не собиралась утихать.
— Девочки все правильно сделали, — словно в ответ на мои мысли произнесла оказавшая первую помощь пожилая женщина, — У тебя на лице все написано! — тихо рассмеялась она на мой недоумевающий взгляд, — Чума и Война, они как близнецы или супруги со стажем — две половинки одного целого. Стоит убить одного, как второй, независимо от обстановки, переключается на убийцу. Пока ты отвлекал его на себя, всадницам с его стороны ничего не грозило, и они точно могли завалить хотя бы одну тварь, гарантированно остановив вторжение.
— То есть цель оправдывает средства?
— Замечательные слова! — я поперхнулся протянутым сладким напитком, — Кто бы их ни сказал, он понимал толк в жизни!
— Нда… Простите, как вас зовут?
Женщина приподняла бровь в намеке на несусветную глупость вопроса. Будь я фанатом кланов, может и устыдился бы собственной необразованности, но, во-первых, мне было не до этого, а, во-вторых, сейчас я плевать хотел на ее звания и должности.
— Для тебя — Ирина Николаевна. Ирина Николаевна Шелехова, если полностью.
— Ага…
По-новому взглянул на представившуюся женщину. Мало похожа на официальные снимки, не назовись — так и не узнал бы. Единственная всадница, чьей биографией и подвигами я удосужился поинтересоваться. Затмившая даже рекорд собственной дочери, а та отбила ровно сто окон. Эта — сто двадцать семь. Выше нее в своеобразном рейтинге ровно четыре человека и то, только на одну ступень. Но все они мертвы, а эта — жива. То есть знает, когда нужно остановиться. Завершила карьеру всадницы семнадцать лет назад, являясь теперь наставницей клана. Одной из наиболее уважаемых, попасть к ней мечтает каждая вторая, если ни первая. Из открытых источников много ни почерпнуть, но получается, что сейчас передо мной сидит самая сильная, опытная и опасная магиня современности.
 
— Предвосхищая твои метания: своего единственного внука не узнать я не могла, пусть и видела до сих пор только на фотографиях. Здравствуй, Миша!
— Мистика какая-то!
— Никакой мистики, обычное совпадение! Сегодня наше дежурство по северу Москвы, графики согласованы и утверждены за полгода. Случись окно завтра, сюда бы прибыли Агдаш.
— Как-то не очень быстро вы прибыли! — обвиняюще ткнул пальцем в сторону бабули.
— Ровно пятнадцать минут с момента сообщения, секунда в секунду. Почему не сработала система ПОО, еще будут разбираться эксперты. А следствие вдобавок начнет задавать вопросы, почему вместо эвакуации вы тут застряли, так что готовься, нервы помотают.
— То есть мы еще и виноваты⁈
— Любое учреждение отвечает за двухсотметровую зону вокруг здания, вы не исключение. А то, что нападений на Москву не было уже сорок лет, не оправдание отсутствию наблюдателей.
— Об этом пусть голова у руководства болит! — по штату обязанности наблюдателя ложились на особиста, и если он их не исполнял, это не мои проблемы.
— Не стану спорить, тем более, что в мою компетенцию это не входит. Ну что, будем знакомиться?
Сквозь пульсирующую боль размышлять получалось не очень-то продуктивно, но давайте прямо: бабуля — вот она. Знающая, кто я, и вроде бы благожелательно настроенная. Сильная магиня, старейшина клана, которой не очень-то принято отказывать. К тому же опытная наставница, способная помочь мне в развитии. Я что, дурак отбиваться от такого знакомства?
— Будем!
Твари — дети малые по сравнению с женщинами в белых халатах. Не хочешь ехать — уговорим, не уговариваешься — заставим, будешь бузить — на тебе укольчик! Не слушая возражений, натравленная кем-то «скорая» увезла в больницу. Может и к лучшему — отметелили меня всадники знатно, а истощение, вызванное экстренной зарядкой экза и усиленное сдвоенным «бодрячком», мешало даже обычному восстановлению, не говоря уж об ускоренной регенерации. Тем эта техника и была коварна, что «съедала» неприкосновенный запас организма, «воруя» энергию у следующих дней.
Отрубился еще в дороге, и очнувшись, даже не знал, куда попал. То есть ясно, что в больницу, но в какую — ведомственную, клановую, частную или обычную для населения — ни малейшего понятия. Я бы не парился, но в отрыве от состоятельного бати — актуальный вопрос, потому что кто и чем будет оплачивать ВИП-обслуживание? Мой медпаспорт, сделанный при устройстве на работу, роскоши не предусматривал.
Дежавю — отдельная палата, опять словом перекинуться не с кем, хотя пока еще и сил нет. Но только на этот раз никакого хоровода из хлопочущих мамашек и лояльно настроенного доктора — персонал как в рот воды набрал и изводил молчанием. Тоска зеленая.
Мало помалу, но копилась обида: я же герой⁈ Двух тварей завалить, это не фунт изюма понюхать, не каждая четверка клановых справляется! С Войной мои заслуги не велики — без экза с пулеметом не побегаешь и навскидку не постреляешь, и без прожекториста, на секунду выхватившего тварь из пелены и ослепившего, тоже не факт, что удалось бы. Но уж победу над Чумой иначе, чем божьим помыслом, назвать не получается! Ухайдакать чужака врукопашную выходило у единиц, жизнь не походила на последнюю веселую премьеру, где четыре хрупкие девчульки на протяжении двух часов экранного времени раз за разом, обсуждая попутно планы на вечер, левой пяткой забивали неповоротливых чудовищ — до спецэффектов Голливуда здешним киношникам еще расти и расти! На афише фильм был заявлен как трагедия — героини в конце погибали, а смотреть это безобразие затащила Яна, и очень обиделась, когда я полсеанса проржал. После традиционного африканского ролика «боевка», поставленная потугами съемочной группы, смотрелась особенно нелепо.