Память моего сердца (СИ)

Нэн вскочила на ноги и начала собирать тарелки. Было заметно, что она колеблется, продолжать ли разговор или свернуть его под благовидным предлогом. Сложив тарелки в мойку, девушка повернулась и посмотрела на Алекс.
– Знаешь, ходили слухи, что Клер – ведьма. Ты только не удивляйся, но у нас в Литл-Пойнт-Рок в такое верят. Может быть, Стелла Хартли хотела проверить не ведьма ли ты, раз уж вы – родные сестры?
Алекс почувствовала, как у нее округляются глаза.
– Ты это серьезно?!
– Серьезно, – по лицу Нэн стало ясно, что она не шутит, – я точно знаю одну ведьму, которая может за деньги наложить любое заклятие. На любовь, например. Ты разве с такими не сталкивалась?
– Ну, я видела такие объявления в газетах, – Алекс словно со стороны услышала свой натянутый неестественный смешок, – но это же обман!
– И никакой это не обман, – почему-то обиделась собеседница. Она отвернулась и включила воду, чтобы мыть посуду.
– Не надо, я сама! – Алекс подскочила, протянув руку с растопыренными пальцами над мойкой и, встретившись со взглядом Нэн, уже спокойнее пояснила: – Не хочу нагружать тебя лишними обязанностями.
Та пожала плечами, закрыла кран и отошла, присев за стол. Алекс постояла, закусив губу и обдумывая услышанное.
– А ты – ведьма? – спросила она у Нэн.
– Что?! Я? Не-ет, – девушка затрясла головой, словно открещиваясь от одной этой мысли, – а ты?
– Я тоже… нет.
Говоря это, Алекс вспомнила свои ощущения на кладбище, когда кто-то пытался проникнуть в ее сознание. Откуда в ней взялась такая уверенность, что это именно Сила? Откуда пришло понимание? Уж не от ведьминских ли кровей, связывающих ее с Клер? Но раньше Алекс никогда не испытывала ничего подобного, уж она бы запомнила. Никаких магических способностей за ней не водилось. И если Клер – ведьма, то как это случилось? Наследственное ли это? Их мать никогда не упоминала о подобном. Впрочем, могла и не знать. Не потому ли старшая сестра Алекс всегда казалась не от мира сего?
Внезапно в памяти Алекс всплыло лицо мужчины. Тот незнакомец, наблюдавший за ней… Холодный взгляд. Теперь девушка была точно уверена, что он наблюдал именно за ней, а не за Кевином или кем-то другим, как она пыталась себя убедить.
– Нэн… а ты случайно никогда не видела Клер с мужчиной? Высокий, темноволосый, с бледным лицом.
Девушка нахмурила брови.
– Трудно сказать… Клер работала в баре, я иногда заходила туда с подругой и видела, что она общается с разными мужчинами. Но я не сомневалась, что исключительно по работе, ты не думай. Никакого флирта я не замечала. Многие были темноволосыми и высокими.
– Вот как…
Алекс поджала губы. Пробежав взглядом по кухонным полкам, она увидела небольшой блокнот и лежавший сверху карандаш. Это оказалась книга рецептов. Алекс яростно пролистала исписанные неровным почерком Клер страницы, пока не нашла в самом конце пару чистых. Усевшись за стол рядом с Нэн, она принялась быстрыми грубыми штрихами набрасывать портрет незнакомца.
– Ух ты, как ловко! – восхитилась та, заглядывая Алекс через плечо. – Умеешь рисовать?
– Я – художник-декоратор по образованию, – пробормотала девушка, не желая отрываться от работы ни на секунду.
Через несколько минут она не без гордости продемонстрировала Нэн портрет. Та почти благоговейно взяла блокнот в руки, разглядывая страницу.
– Талантище! Почти как живой! Как у тебя это получилось?!
– Ты его знаешь? – Прервала Алекс похвалы в свой адрес.
– Думаю, да. Он играет в баре.
– Как играет?
Нэн посмотрела на Алекс, словно та не могла понять очевидных вещей.
– В музыкальной группе. Они выступают каждый вечер, кроме понедельника.
Алекс еле удержалась, чтобы не потереть руки. Она чувствовала себя, по меньшей мере, Шерлоком, удачно напавшим на след.
– А в каком баре он играет?
– Как в каком? – фыркнула Нэн. – «Литл-Пойнт». Остальные и барами-то не назовешь.
Алекс кивнула. Она снова засомневалась, кем приходился Клер этот мужчина. Они могли встречаться в баре. Может он все же пришел на кладбище, чтобы по-дружески почтить ее память? Алекс почувствовала, как от мыслей буквально пухнет голова. Захотелось поскорее остаться одной и все еще раз обдумать.
 
На счастье, Нэн вдруг засобиралась. Проводив ее до дверей, Алекс спохватилась, что нужно заплатить. Она вдруг осознала, что понятия не имеет, где в этом доме лежат деньги. Попросив Нэн подождать, девушка бегом взлетела на второй этаж и постучала в дверь спальни Клер и Кевина. Оттуда не раздалось ни звука. Алекс постучала громче. И снова безуспешно. Войти без разрешения девушка не решилась. Она закусила губу в отчаянии. Угораздило же оказаться в чужом городе, с двумя детьми на руках и мужем сестры, который полностью ушел в себя!
– Да заплатишь в следующий раз! – воскликнула Нэн, увидев, с каким лицом девушка спускается обратно.
– Нет. Не хочу накапливать долги. Да и тебе деньги нужны, я же знаю.
Нэн спорить не стала. Алекс схватила свою сумочку, висевшую на крючке вместе с курткой, вынула кошелек и пересчитала наличность. Пришлось отдать почти все, оставив себе лишь мелочь, но она постаралась не подать и вида, что сама оказалась на мели. Няня честно заработала деньги, а Алекс может завтра попросить у Кевина сумму на расходы. В конце концов, все равно нужно поехать в супермаркет и купить продуктов.
Открывая дверь и прощаясь с Нэн, Алекс заметила, что на крыльце дома напротив стоит девушка. Незнакомка была одета в черную «байкерскую» куртку с заклепками и джинсы, словно вышла на прогулку или только что пришла с нее. Поигрывая ключами, блондинка не сводила глаз с Алекс. Махнув Нэн на прощание, та поспешно захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Еще никогда Алекс не чувствовала себя настолько белой вороной, как сейчас. Почему на нее так пялятся?
- 4 –
Вода в широкой бронзовой ванне уже начала остывать, но Джеральду было лень вставать, идти до постели, что-то говорить Сэм, которая примостила белокурую головку на его плече и гладила под водой его живот острыми ноготками. Он блаженно жмурился и наслаждался молчанием. Даже думать о чем-либо не хотелось.
Как назло, Саманте спокойно не лежалось. Она ерзала, все пытаясь устроиться у него под боком поудобнее, хотя в ванне вполне хватало места для двоих. Несколькими минутами ранее Джеральд из вялого интереса прочел ее мысли, от которых с трудом поборол желание тут же выставить девушку за дверь. Нахалка уже представляла, какое платье наденет на их свадьбу! Джеральд скривился, словно откусил лимон без сахара.
Саманта уже начинала ему надоедать, и он понимал, что скоро придется продумывать варианты безболезненного расставания. Безболезненного для него, Джеральда, естественно. Да, Сэм очень пригодилась ему, пока пыталась доказать, что она – Мисс Незаменимость. Да, в том, что касается фигуры, все было при ней, и в постели он ни в чем не знал отказа. Но Джеральд все чаще ловил себя на мысли, что она его раздражает. Раздражает щенячьей преданностью, излишней, какой-то наигранной самоуверенностью. Даже сейчас Джеральда раздражало ерзанье Саманты и то, что она сегодня снова пустила в ход ногти и зубы, хотя он уже однажды давал ей понять, что так делать не надо.
– Ты искусала мне плечо, засранка, – не открывая глаз, проворчал он, решив выплеснуть немного раздражения на нее.
– Подумаешь! – фыркнула Саманта. – Ты же его можешь залечить в одну секунду!
– Могу, – согласился Джеральд, – но это не значит, что нужно каждый раз грызть меня, как собака – сахарную кость.
 
– Какой ты грубый! – надула губы она, но тут же потянулась, уткнулась носом в его шею и задышала горячо-горячо: – Но ты – классный.
Уголки губ Джеральда дрогнули, растягиваясь в презрительную усмешку.
– Как же мне хочется стать такой, как ты, Джер! – вздохнув, продолжила Саманта и осторожно лизнула его кончиком языка, как бы проверяя, готов ли он повторить подход. – Сильной, прекрасной и бессмертной. А не жалким человечишкой.