Мир Сестёр. Дилогия (СИ)
Удар... Один удар... Я нанёс его! Не с мыслью уничтожить, а с желанием дать жизнь! И он прошёл, разрушая Серого Всадника, развеивая его сущность! Получай, сволочь!
Тело Бейллы забилось в конвульсиях, с её губ раздался громкий стон, но это меня не пугало- серый столб исчез, а в ауре вслед за фиолетовым цветом боли появился зелёный! Получилось! Вот теперь точно всё- мы победили!
Голова закружилась… Стены Птичьей башни вдруг резко потеряли свои очертания... под ногами пустота… и нет самих ног… тошнота… резкая боль и небо упало сверху, пробив потолок… Меня не стало. Я растворился в тёмном пространстве космоса, ощущая каждую его пылинку и сливаясь с протуберанцами звёзд…
*****
Очнулся, по ощущениям, через вечность. Облокотился на мягкие спинки кресла и посмотрел на упавший бокал, содержимое которого растеклось по ковру бледной лужей. Недопитая бутылка хереса стояла на стеклянном журнальном столике и бубнил не выключенный мною телевизор в соседней комнате.
Уф… Я дома! И приснится же такое! Пора завязывать с вечерним бухлом, а то так и до "дурки" недалеко!
ПРИСНИЛОСЬ?!!!!
Я вскочил, бешеным взглядом окидывая привычную, но такую чужую квартиру. Нет! Не может быть! Слишком ярко и слишком реально всё было!
В панике я метался по дому пытаясь понять, что со мной- то ли "белочку" схватил, то ли действительно меня выкинуло обратно на Землю!
В какой-то момент, поднеся руки к лицу увидел на пальце перстень явно кустарного производства. Но это… Метнувшись в ванную комнату и рывком стянув с себя футболку, посмотрел на плечо. Звезда, а ниже её два круга перечеркнутые линией краснели ещё не зажившим ожогом…
Значит… БЫЛО!
-Суки!!!!- заорал я, впечатывая кулак в зеркало.- Сукииииииии!!! Верните!!! Там мой дом!!!!! Селла!!!
Нет ответа... Горечь навалилась чугунной плитой. В изнеможении сев на кафельный пол, я завыл, обхватив голову руками. Потеряно… Все потеряно…
-ИНТЕГРИРОВАНИЕ БАЗ ДАННЫХ ЗАВЕРШЕНО НА СТО ПРОЦЕНТОВ. ДОСТУП ИЗМЕНЁН С ГОСТЯ ДО ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ НИЗШЕГО РАНГА.- раздался внутри моей черепной коробки безэмоциональный, знакомый голос Ту'мор…
Конец первой книги.Два варианта неба
1. Прыжок
Я так и не вернулся…
Через пару дней, полностью осознав происходящее, связался со своим партнёром по бизнесу и не торгуясь, продал свою долю. Что мне эти деньги, конвертируемые в мёртвые доллары? Теперь для меня была одна реальная валюта – "ловены" ценою в жизнь.
Вначале, после переноса домой, я сильно запил, пытаясь похмельем заместить мысли и эмоции. Не получалось. Каждый раз, сквозь пьяную муть рвался обратно в Кнара, чтобы успокоить Селлу, чтобы обнять ее.
После жёсткого запоя ударился в ЗОЖ и стал готовиться к неизбежному, как мне казалось, перемещению. Тренажерный зал, исторические сайты по ремеслу и военному делу средневековья полностью захватили меня. Сошёлся с реконструкторами, вроде владеющими тактикой и стратегией феодального искусства войны. Но опять не то! Пустота… Ребята оказались неплохие и очень симпатичные, только до настоящей жизни им было далеко – игра и ещё раз игра. Не было "момента истины", а лишь красивые позы.
Потом шатание из угла в угол, в ожидании когда снова призовут – не зря же сказал Ту'мор про повышение какого‑то там рейтинга. Значит, я "в теме", хотя и близко не представляю в какой. Ожидание затягивалось…
Я всё больше и больше отчаивался, а жизнь в Кнара казалось всё менее и менее реальной. Может действительно привиделось? Может опухоль с грецкий орех сидит в моей башке, заставляя верить в галлюцинации? Ведомый подобными фобиями, потратил "туеву хучу" денег на обследование, но оно ничего не выявило – здоров аки бык!
Несколько раз пытался реконструировать момент своего перехода в Мир Сестёр. Даже с трудом нашёл партию массандровского хереса, что пил в ту знаменательную ночь, но опять ничего. Только звёзды смотрели в окно и смеялись над тем, как я таращусь на них с глупым выражением лица.
Чёрная меланхолия и безнадёга накатывались день изо дня всё сильнее. Сегодня я с трудом заставил себя встать с кровати и поехать в ближайший гипермаркет за продуктами. Выйдя из него и погрузив купленное в багажник, с неудовольствием отметил, что всё лобовое стекло загажено птицами. Вот "снайперы"! Кругом огромное пустое пространство, так нет – надо именно мою машину уделать! Загнал авто в бокс близлежащей мойки. Радостные уверения хозяина азербайджанца, что через пятнадцать минут всё будет готово, обернулись, как обычно, получасовым ожиданием. На улице стал моросить дождик и прячась от него, я зашел в бокс. Моющий мою "ласточку" здоровенный бугай кого‑то напоминал, но сквозь водную взвесь было тяжело рассмотреть его.
Наконец, мойка закончилась и мужик подошёл ко мне, слегка припадая на левую ногу.
– Юрка! "Земеля"! – воскликнул я, увидев до боли родную физиономию моего бывшего сослуживца.
– Егорыч?! Это ты?! "Берец" чёртов! – радостно завопил он, тоже припомнив мою армейскую кличку и полез обниматься, отчего во мне что‑то жалобно хрустнуло, так как Юрец всегда отличался завидной силой.
– Стой, медведь! Кости переломаешь! – придушено взмолился я. – Ты чего здесь делаешь?
– Работаю… – немного смущаясь, невесело ответил он. – Вот… Мою… Твоя?
– Моя. Да и хрен‑то с ней! Рад тебя видеть, дружище! Ты до скольки? Надо встречу "обмыть!"
– Я… Это…
– Что жена не отпускает? – пошутил я, заметив неуверенность в его голосе. – Али вам, "подкаблучникам", пить запрещено со старыми боевыми друзьями?!
– Не запрещено… Никому запрещать, Егорыч.
– Тогда, давай сегодня у меня! Я тоже один. Вот адрес. Часиков в девять будь "как штык"! Без возражений!
– Ну, раз так! Тогда забирай свою машину и жди вечером!
Мы еще раз крепко обнялись, оба радуясь неожиданной встрече и расстались, предвкушая будущую посиделку с воспоминаниями и разговорами "по‑душам".
Хороший парень Юрка "Земеля"! Точнее, если брать по паспорту, то – Юлиан Земляничкин. Не знаю чем руководствовались его родители, присобачивая к такой фамилии имя Юлиан, но он мучился от этого всю жизнь, терпя насмешки при знакомстве. Лейтенант Юлиан Земляничкин! "Звучит", правда? Поэтому он настоятельно рекомендовал всем называть себя Юрием, а в ответ на сокращенное "Юля" – бил в глаз не раздумывая, что при его кулаке с голову ребёнка было очень весомым аргументом, воспринимаемым всеми со всей серьезностью и с первого раза. В училище, где мы с ним и познакомились, он получил тут же прозвище, переделанное из фамилии – "Земеля". Не то чтобы мы с ним сдружились, но хорошие отношения наладились сразу. После выпуска даже послужили пару лет вместе, пока он в одной из "командировок" не поймал осколок, начисто срезавший его ступню на левой ноге. После этого Юрку комиссовали и наши пути‑дорожки разошлись, хотя по первости и переписывались.
Странно, что встретил его работающим на мойке машин – парень был не из бедной семьи, имеющей свой бизнес по производству обуви.
Ладно! Об этом вечером поспрошаю, а сейчас надо обратно в гипермаркет за коньячком. Под хороший градус и разговор лучше идёт!
Юрка был по‑немецки точен – ровно в девять раздался звонок в дверь и мы, расположившись на кухне, приняли "пару капель" за встречу, потом ещё и ещё, пока лёгкое напряжение, которое часто бывает между людьми долго не видевшимися, не прошло.
– Слушай, Земеля! – задал я интересующий меня вопрос. – Чего ты на мойке делаешь? У тебя, кажись, денег "куры не клюют"?