Уничтожитель (СИ)
Демид запнулся, вероятно, как и Стеша, увидел в трансляции, что к столу, во главе которого опять расположился Сигизмунд, андроиды под руки вели кого-то, невероятно похожего на Корнея.
— Не может быть! — прошептала Стеша.
Идти мужчине было трудно, его ноги то и дело подгибались, шаркали, поднимая облачка гравийной пыли, и андроиды подхватывали его, не позволяя упасть.
— Как будто Корней, — не веря собственным глазам, сказал Демид.
Мохова усадили рядом с главным Ястребовым на тот же стул, что Корней занимал утром, один из андроидов встал за спинкой, чтобы, придерживая Мохова за плечи, помогать тому сидеть прямо.
Между Корнеем и Сигизмундом началась беседа, слова которой были почти не слышны из-за большого расстояния между столом и местом, где гиноид ожидала очередной команды. Туда долетали лишь отдельные, наиболее громкие выкрики собеседников.
«Какое эти люди имеют отношения к прошлым заслугам семьи Ястребовых?! Они даже не знают, где у них правая нога, где левая», — вопрошал Корней, стуча кулаком по столу.
«Хамам нельзя доверить и простейшего механизма, через неделю они сведут все станции с орбит!» — кричал Сигизмунд.
«Справедливый порядок основан на служении интересам общества!» — провозглашал Мохов.
«Ваша справедливость меняется по сто раз на дню! — кричали ему из-за стола — А Вы просто таракан, неспособный осознать масштаб…»
«Всё ваше движение состоит в потреблении всё более извращённых удовольствий!» — возмущался революционер.
«Вся ваша революция хочет только отнять и поделить!» — отвечали ему.
Стеша и Демид наблюдали, не шевелясь, забыв про лес вокруг, опасаясь пропустить что-то важное из-за случайного шороха или неверного дыхания.
Наконец, в противоположном конце стола поднялся один из Ястребовых, высокий полный мужчина, и громовым голосом заявил:
«Вы, господин Мохов, — программная ошибка!»
Остальные закивали, завопили на тысячи непослушных от долгого молчания голосов:
«Ошибка, ошибка! Программа-учитель просто заглючила! Но я поправлю, я так поправлю, что от ваших партий и следа не останется!»
Корней резко встал, сбросив с себя руки андроида, и гаркнул Сигизмунду на самое ухо, перекрыв остальной шум:
— Вы же ими всеми управляете!
Гомон сразу стих, и Мохов принялся что-то объяснять Ястребову, время от времени обводя стол широким жестом. Сигизмунд кивал, Стеше почудилось, с удовлетворённым видом. Когда Корней закончил и снова сел, хозяин «Ястребиного замка» поклонился собеседнику, снял цилиндр и щёлкнул пальцами.
Красный фонтанчик брызнул из левого виска Корнея, и тот медленно повалился на землю рядом со стулом, к ногам Сигизмунда. Девушка, не осознав до конца, как это произошло, поняла — Корней умер.
Стеша закрыла рот рукой, чтобы удержать моментально родившийся вопль, вторую железной хваткой сжал Демид, наговаривая девушке в уши:
— Тише, не выдавай себя, тише, ему уже не помочь.
Животный ужас, как в космосе во время драки с роботом, затопил душу девушки, хотелось дать ему выход в крике или каком-то резком движении, но рука Демида, до боли стиснув запястье Стеши, будто обездвижила её.
Он развернул девушку к себе и уткнул лицом в плечо. Стеша зарыдала. Рыдания продолжались долго, пока истощённый эмоциями организм не запросил передышки, оставив океан скорби в душе. В наступившей безэмоциональной тишине, отчëтливо услышав собственные мысли, Стеша отстранилась от Демида, посмотрела на него совершенно ясным, пусть и из-под пелены слëз, взглядом, и спокойным голосом предложила:
— Давай выбираться отсюда, как только найдëм списки.
«Согласен — прилетел ей письменный ответ, — надо только разместить «червей», чтобы товарищи смогли удалëнно подключиться и продолжить работу».
Стеша кивнула.
На обратном пути к коттеджам лес вовсе перестал интересовать девушку, видение Корнея и кровяных брызг, вылетающих у него из левого виска, опять вернулось и застлало взор. Интерфейс программ-шпионов проглядывал сквозь него смутно, работа шла тяжело.
«Как его убили?» — спросила Стеша Демида через мессенджер.
«Вероятно, одна из искусственных мух, что летают вокруг и шпионят за нами, пробила ему череп, — ответил Морозов, — или у Ястребова есть специальные дроны-убийцы для такого дела. Скорее второе, у них должна быть особая конструкция, раз они могут пробить черепную коробку насквозь».
«Такие же дроны-убийцы могут летать и вокруг нас?»
«Сейчас за нами наблюдают четыре мухи-шпиона. Они не опасны».
«Тогда нам лучше разделить работу. Я продолжу ломать его системы через андроидов, а ты контролируй обстановку вокруг».
«Согласен».
Девушка решила действовать через сервильных андроидов, раз одного она уже взломала, и получила доступ к программному модулю трансляции приказов. Через него Стеша принялась заражать остальных синтетических слуг. Процесс был рутинным: выбираешь один или несколько сетевых адресов в реестре и высылаешь на него простенький приказ вроде самодиагностики с прицеплëнным «червëм». Однообразная последовательность действий не перетягивала на себя достаточно концетрации, чтобы не думать о Корнее, чтобы не вспоминать Володю, и чтобы не бояться за Демида. Страх за Морозова вошëл в душу девушки неожиданно и сразу вцепился в окружавшие его чувства и мысли мëртвой хваткой. Девушка почти на физическом уровне ощутила, как важно для неë было благополучное убытие Демида из «Ястребиного Замка». «Я не Корней, — поняла она про себя, — я не могу оправдывать гибель близких высшей необходимостью. Демид должен выжить. Вопреки всему».
Занятая подобными мыслями, Стеша не заметила, как лес раздался в стороны, уступив место поляне с тремя коттеджами. Не сразу среагировала она и на резкую остановку шедшего по левую руку Демида, и сделала ещë четыре шага, прежде чем встала сама и обернулась в сторону спутника.
Морозов без лишних слов кивнул на лавочки в центре поляны. Погасив интерфейс программ-шпионов, Стеша медленно повернула голову в указанном направлении.
Безумно мягкая, даже без деликатных лесных шорохов тишина висела над землëй в окружении мрачных деревьев. На фоне их чëрных рядов лавочки светились выморочной, отравленной ночью белизной. Стеше понадобилось секунд десять, чтобы в продолговатом пятне мрака, разрезавшем надвое светлое тело одной из них, опознать человеческий силуэт. Налитый тьмой, он таил в себе угрозу, к которой не тянуло приближаться.
Стеше вдруг захотелось, уповая на спасительницу-ночь, прокрасться мимо недоброго пятна к своему коттеджу, где, как уверял Елисей, защитный газ усыпит любого чужака, и она даже собралась написать об этом Морозову, но силуэт пришëл в движение, вытянулся в длину и принялся медленно расти в размере, точно загробная тень, привлечëнная живым дыханием. Спустя три секунды девушка разобрала звук шагов.
«К нам тоже послали андроида-убийцу?» — мелькнула у девушки мысль, когда подошедший достаточно близко объект, всë ещë надëжно скрываемый тьмой от опознания, спросил голосом Корнея:
— Чудесная у них здесь ночь, всë-таки. Я прямо представляю, как из этого места сделают санаторий с отдельными домиками, вдоль некоторых дорожек расставят фонари, чтобы там прогуливались отдыхающие постарше, а другие уголки оставят в темноте, чтобы их занимали люди помоложе.
Суеверный ужас тысячелетнего возраста заполнил сознание девушки, парализовав тело, оставив только возможность с трудом, через боль дышать. Борьба за воздух отнимала все силы, и даже способность мыслить пропала. Зато девушка почувствовала, как зашевелились, вставая дыбом, волосы на тыльной стороне шеи.
Голос Демида, пугливо-ехидный и поэтому непривычно трескучий, заколотил в барабанные перепонки:
— Давным-давно я пережил страшную трагедию, — рассказывал Демид, шагая по траве к чëрному силуэту, — стал свидетелем ужасных смертей и сам убил товарища. Это сняло у меня моральный запрет на насилие, и теперь я могу применять его там, где другие боятся. Прости меня, Корней, если что.