Времена грёз (СИ)

— Боги… чтоб я еще раз сунулась в этот район…
Свинцовое небо пролилось холодным дождем на землю, заставляя меня поежиться. Контраст с объятой жаром мастерской был слишком велик, и мне показалось, будто холод разом сковал мое тело, пытаясь задержать в этом месте хотя бы еще на миг. Отдышавшись, я нашла взглядом проход к основной улице и двинулась туда, лихорадочно зажимая пропахшие гарью листы в кармане пальто. Если повезет, то я смогу припрятать эти бумаги, пока караван из Зара не приедет в столицу, и тогда получится передать эти знания тем, кто не раз забирал у меня запретные вещи, спасая жизни других.
Добравшись до архива, расположенного в старой просторной усадьбе Роберта Суидема (местного мецената, ученого и последнего потомка одного из древних целестинских родов), я прошла внутрь через запасной вход и поднялась по леснице под крышу. Там, среди на десятилетия забытых вещей, располагался склад наименее ценных книг, где толком разобраться могла только я. Сам мистер Суидем не любил сюда заходить, оставляя неотапливаемое полное пыли и ветхой мебели помещение под мою ответственность, поэтому я не боялась, что он сможет обнаружить здесь листы. Поблуждав среди стульев с истертой обивкой и коробами нечитаемой макулатуры, я нашла на полу уже знакомую мне ссохшуюся доску. Подцепив ее деревянным пальцем, я сложила под пол все, было в кармане, и лишь в последний момент заметила среди незнакомых письмен страницу с читаемым текстом. Запоздало поняв, что Уайльд перед смертью перевел часть написанного в книге, я сначала отбросила лист, словно обжегшись, но цепкий взгляд успел поймать несколько строк. В них описывался какой-то раствор, с необычным, даже пугающим меня действием, созданным для совершенно непонятных мне целей. Сложно было сказать, какую именно цель преследовал автор сего творения, но мне показалось, что такое знание может быть даже пригодиться.
Нерешительно закусив губу, я сложила все остальные страницы в тайник и, вновь посмотрев на рецепт, всё же взяла его себе, сунув в карман платья.
На улице послышался шум, судя по звукам, к архиву приехал хозяин, и мне стоило бы поторопиться, чтобы его встретить.
Поставив доску на место, я проверила, надежно ли она прилегает к остальным, и поскорее спустилась с чердака. Заглянув в уборную, я быстро привела себя в порядок и убрала все следы пребывания среди пожара, на всякий случай даже сменив одежду на более простое рабочее платье. Мой рабочий день начался как обычно, будто все произошедшее утром было лишь сном, а маленький безумный реставратор — мимолетным кошмаром перед рассветом.
Миновав большой зал на первом этаже с множеством растущих там цветов и фонтаном у стены, я прошла в библиотечное крыло, куда обычно приходили аристократы и наследники уважаемых семей. Коллекция мистера Суидема была довольно обширной и очень долгое время закрытой от публики, но с падением Сомны он захотел поддержать оставшихся в стране аристократов, создав свой архив, библиотеку и отдав под это дело один из своих домов в столице. Сам Роберт жил за городом, не желая сближаться с людьми и проводя время в своем кабинете за теми крохами текстов, что были спасены из Храма.
— Господин Суидем, вы сегодня приехали рано, неужели нас ждет новая поставка книг?
Заглянув в небольшую гостиную, где обычно отдыхали помощники и сам хозяин заведения, я встретила сразу двух мужчин, один из которых мне оказался совершенно не знаком.
— Нет, Гера, мы здесь по другому делу.
Невысокий среднего телосложения мужчина, с аккуратно подстриженными темно-русыми волосами и взглядом истинного аристократа, кивнул мне, приветствуя, и повернулся к второму.
— Господин Давид, хотел бы уточнить наличие редких изданий у нас в архиве. Полагаю, вам не сложно будет проверить некоторые экземпляры.
Второй, высокий и смуглый, с длинными пепельными волосами, будто магнитом притягивал к себе внимание. Легкая полуулыбка истинного сердцееда и пристальный вызывающий взгляд будто манили к себе. Его хотелось рассматривать как картину или любое другое произведение искусства, и я невольно замерла, пораженная столь необычной красотой беллаторца. Правильные черты лица, плавные выверенные движения и какая-то порочная притягательность сквозила во всем его естестве. Приблизившись ко мне, он осторожно взял мою правую руку и, чуть склонившись, коснулся губами кончиков пальцев.
 
— Давид Остад, скромный коллекционер из Беллатора. Вы позволите украсть немного вашего времени мисс…?
— Гемера Блэквуд, можно просто Гера.
Выпрямившись, он вновь улыбнулся, но не отпустил мою руку, все еще придерживая ее в своей ладони и сжав чуть сильнее. Невольно смутившись, я ощутила, как прежний страх чужих прикосновений мурашками пробежал по позвоночнику и с сожалением сделала шаг назад, пока паника не захлестнула мою голову.
— Так… какую книгу вы хотите найти?
— Ох, мы сразу перейдем к делу? Ну что ж, я слышал у вас появлялся небольшой томик с желтой обложкой, издание иностранное и название может быть вам не знакомо, но насколько я могу судить, это пьеса о Желтом короле.
— Да, Гера, я помню, что ее должны были отреставрировать и перепрошить. Ты уже отдавала ее мастеру?
Стараясь сохранить все такое же беспечное выражение лица, я повернулась к Суидему и покачала головой.
— Нет, еще не успела, решила отдать ее с теми, что привезут на этой неделе, но после того, как на складе побывали рабочие, мне понадобится время, чтобы отыскать ее.
— Хорошо, позаботься об этом, можешь отложить все другие дела, только найди эту пьесу, информация в ней крайне важна и не может быть передана в чужие руки.
— Да, господин, в ней что-то опасное? Мне стоит взять помощников?
— Нет, ты все равно не сможешь ее прочесть, а лишнее внимание ни к чему, там лишь полезные сведения, только и всего.
Я вновь обратила внимание на Давида, пристально рассматривающего меня, будто выискивая следы лжи, и смущенно потупила взгляд.
— Что-то еще?
— Нет, но прошу сообщить мне, если вам все же нужна будет помощь, я могу сам принять участие в поиске. — Он протянул руку к моему лицу и осторожно заправил прядь волос за ухо. Я позволила ему это сделать, закусив внутреннюю сторону щеки и приказав себе успокоиться. Навряд ли румянец остался на моих щеках, но я искренне надеялась, что не побледнела словно мертвец, а запах дыма уже рассеялся от волос.
— Да, конечно.
Коротко кивнув Суидему, я развернулась и вышла из гостиной, также спокойно поднявшись обратно в уборную. Только там я позволила себе выдохнуть и, сплюнув накопившуюся во рту кровь, стиснула в руках края раковины. Слезы покатились по лицу, а ужас от ситуации сдавил грудь словно под прессом. Боги, за что вы мне послали такие сложные испытания, как я должна искать книгу, что сама же и спрятала от посторонних глаз? Что будет, если я отдам эти чертовы листы? Как много людей пострадает?
Сев на кафельный пол, я подтянула колени к себе и закрыла ладонями лицо. Привычный червячок страха и тревожности зазудел под кожей, отвлекая мои мысли на желание стереть чужие прикосновения. Мылить волосы и пальцы столько раз, сколько это возможно, пока даже воспоминания не исчезнут из головы.
Бороться с паникой уже не было смысла, и я позволила себе вцепиться в край платья, пережидая всплеск чувств. Сознание трусливо предложило бежать, прямо сейчас куда угодно, лишь бы не оставаться тут словно мышь в чужой клетке, но я отмела эту мысль, зная, как много могут сделать отравленные знания в неправильных руках.
Затем я подумала о дяде, он точно мог бы помочь, узнать, зачем незнакомцу потребовалась пьеса, но послушает ли он меня? Не решит ли проверить из-за чего я так сильно переживаю? Не прочтет ли случайно строки оттуда…
Поджав губы, я подавила новую волну тревоги, вызванную картиной того, во что, превратится Каин, едва потеряет свой разум. Мне отчаянно не хотелось втягивать в это семью, но и справиться со всем этим самой, казалось невероятно сложным.