Времена грёз (СИ)

— Боги…
Эта длинная отвратительная ночь была в самом разгаре, будто издеваясь над моими чувствами. Я, не в силах снова встать и тем более вернуться в кровать, обхватила колени и тихо завыла, стараясь прогнать боль и мрак, охватившие меня. Эта гадкая безнадежность и обреченность, будто яд пытались просочиться в каждую частицу души, пугая и напоминая о той беспомощности, что я чувствовала во сне Ньярла и в своем кошмаре после. Смогу ли я хоть когда-нибудь избавиться от этого? Просто жить счастливо и не просыпаться в холодном поту, молясь об участи лучше, чем быть просто марионеткой или пешкой в чужих руках?
Не представляю, сколько времени прошло прежде, чем я смогла вновь услышать голос мага сквозь свои спутанные и невеселые мысли.
Извини Софи, я должен был предупредить.
Ньярл, ты… ты чертов садист.
Я возьму паузу и дам тебе отдохнуть.
Покачав головой, я запустила руки в волосы и сжала их, уткнувшись в колени. Чем мне поможет этот отдых? Разве можно быть готовой к подобному? Боги, как же хочу послать некроманта ко всем его чертям, но ведь оставшись одна в своей голове, почувствую себя только хуже.
Софи, тебе тяжело, я понимаю, но это вынужденная мера.
Поджав губы, вновь промолчала, лишь всхлипнув и зажмурившись. Эмоции начали медленно отпускать меня, и вместо страха я все больше чувствовала опустошение и обиду.
Ответь мне, пожалуйста.
Сглатывая ком в горле, вытянула ноги и опустила руки. Пальцы будто занемели, а на полу в комнате оказалось достаточно холодно. Шмыгнув носом, я постаралась разогреть ладони и вновь бросила взгляд на кровать. От одной мысли о ней по телу пробежала дрожь, видимо мне придется найти себе другое занятие.
С трудом поднявшись и опираясь на стену, я вышла из спальни и пошла в сторону пристройки, где должна была располагаться моя будущая лаборатория и мастерская. Вроде бы Гани упоминал, что часть инструментов уже купил туда, но у меня еще не было возможности проверить.
Спустившись на первый этаж, я пожалела, что не взяла хотя бы тапки, но даже не думала повернуть назад, только не сейчас, не в эту комнату. Свернув на кухню, обшарила ящики и выудила из шкафчика бутылку вина. Надежды на то, чтобы отыскать в темноте штопор, у меня не было, так что при помощи магии постаралась тихо вытолкнуть пробку. С едва слышимым звуком она легла мне в руку, и я продолжила свой путь, вернувшись в коридор.
Повернув в сторону гостиной, прошла в небольшую дверь после нее и, оказавшись в небольшом полупустом помещении, наконец-то позволила себе выдохнуть. Вдоль стен стояла пара стеллажей, где на одной из полок ровным рядом расположились холсты, чуть ниже краски и кисти. Мне сложно было бы сейчас держать в руках кисть, поэтому я постаралась найти среди вещей мастихин.
Инструмент слегка блеснул в лунном свете, будто откликаясь на мой зов, я взяла его в руки и, прихватив холст с красками, села возле окон, надеясь на то, что мне хватит освещения. В моей голове не было четкого образа, что я хочу рисовать, но мне очень хотелось сделать хоть что-то с чувствами, мучавшими меня.
Сделав несколько глотков вина и не поняв толком его вкус, глубоко вздохнула, вновь ощутив накатившие слезы. Взяв себя в руки, я сморгнула набежавшую влагу, открыв тюбики с черной и белой маркировкой. Огромных трудов мне стоило вспомнить, какого это, снова рисовать. Кажется, последний раз я работала с холстом еще на курсе третьем или втором в универе, а уж что я тогда изобразила, и без того невозможно вспомнить.
Собрав немного краски, я принялась отмечать контуры древа и силуэты на краю поляны, наблюдающие за ним. Будто в лунных лучах под пеленой ночи они собрались посмотреть на действо. Кора еще не открыта, но венки, пробегающие по ней, намекали на секрет, сокрытый в древесине. Корни, переплетенные у земли, расходились, являя небольшое светлое пятно. Один из наблюдателей отличался от остальных, стоя с факелом в руке на шаг ближе к дереву, чем остальные. Огонь слегка освещал женскую фигуру, но не разбавлял тьмы вокруг.
 
Прислушиваясь к неуютной тишине, поежилась и подняла голову, осматривая пустое пространство вокруг. Мне стало не по себе, будто я здесь словно тать прячусь от кого-то. Разгоняя неприятные ощущения, припомнила слова из прошлой жизни, открыла рот и почти шепотом запела.
— Тихо-тихо в сердце утро запоет
Раненное сердце плачет, но живет
Руки твои стали для меня тюрьмой
Сотворенный нами мрак
И голос твой  *
На картине, силуэты, словно стражи, смотрели пустыми глазами перед собой, неразличимые лица придавали им сходство с призраками, и лишь у двоих из этой толпы можно было различить хоть какие-то черты и светлый оттенок волос. Один стоял за спиной девушки с факелом, второй выглядывал из-за ствола древа.
Тихий шелест за спиной напугал меня, и я едва не подпрыгнула на месте, но мягкая ткань пушистого хлопкового пледа, упавшая мне на плечи, пресекла приступ паники.
— От чего же тебе не спится?
Мой наставник, слегка помятый и сонный, сел рядом, не глядя ни на картину, ни на бутылку в моих руках, будто оставляя их полностью на моей совести.
— Кошмаров и сонного паралича.
Поежившись и завернувшись сильнее в плед, сделала еще глоток вина и отложила свое творение. Каин не казался сейчас таким упёртым засранцем как обычно, и у меня при всем желании не хватило бы сил злиться на него, но ощущения от разговора были странными.
— И что ты видела в оковах?
Поморщившись словно от зубной боли, я отхлебнула вина. Мне, мягко говоря, сложно было припоминать те ощущения.
— Бывшего.
— Удивительно, что не меня.
— Ты бесишь, я действительно ненавижу тебя за то, что ты сделал, но не боюсь.
— А его еще боишься?
— Скорее той беспомощности, что была с ним.
— Значит, вся разница в том, что я даю тебе ударить в ответ?
— Получается так.
Мужчина протянул руку и осторожно забрал мою бутыль, отставив ее в сторону.
— Пока ты столь откровенна, предлагаю еще кое-что обсудить, — он дождался пока я подниму глаза и продолжил. — Зачем тебе нужна эта академия?
Нахмурившись, я отвернулась и обняла колени. Неужели он считает, что я настолько много выпила, что сейчас же всю душу ему раскрою?
Его тихий вздох и плеск вина в бутыли заставил меня насторожиться.
— Хорошо, тогда я начну, — сделав пару легких пассов руками, он закрыл дверь, на окнах появились узоры, заглушающие звук из комнаты. Его голос стал намного тише, то ли опасаясь, то ли не решаясь произнести роковые слова вслух. — Я хочу, чтобы ты убила светлого короля, и я готовлю тебя именно к этому.
Ощутив, как по затылку пробежал холодок, я удивленно повернулась к Каину, не веря тому, что услышала.
— Ты сумасшедший.
Грустная улыбка коснулась его губ, наставник покачал головой. Не похоже было, чтобы он шутил или просто выдумывал на ходу, стараясь напугать меня.
— Ничуть. Он и его отец сильно провинились перед нашей семьей, и ты сама видела, что сейчас из себя представляет Кадат, как тяжело приходится людям здесь, сколько грязи тут развелось без Ньярла.
— И ты решил, что самым лучшим решением будет напасть на чужую страну в таком бедственном положении? И как же Аван? Она же первой пострадает в таком случае.
— Нападать не придется, если ты сделаешь все правильно, то смена власти произойдет без лишнего кровопролития. Король, будучи магом разума, ищет себе учителя, чтобы изучить основы некромантии, я уже предложил ему твою кандидатуру. Его всю жизнь учили только половине его силы, и теперь настало время уравновесить обе стороны дара. Было бы, конечно, проще, будь у тебя хотя бы крупица знаний Ньярла, но думаю я достаточно успею подготовить тебя к сроку.