Времена грёз (СИ)

— К-каким? Я ничего такого не предлагал!
Дей, став пунцовым словно помидор, в ужасе посмотрел на Давида и резко поклонился.
— М-мисс Гемера, я ничего подобного не имел в виду, я лишь желал узнать больше о столице.
— Но я видел, как вы наблюдали за девушкой, прежде чем подойти.
— Я?! Н-нет, я не… я… мне просто было неудобно отвлекать вас…
— Действительно, ведь тогда она могла бы дать вам достойный отпор, намного удобнее прийти, когда она будет наиболее беззащитна.
Светлый беспомощно открыл рот, не находя ответа, и, окончательно растерявшись, вылетел из зала, не попрощавшись. Я же, пребывая в абсолютно таком же смятении, не могла оторвать глаз от довольного лица Давида, совершенно не представляя, к чему вообще была эта сцена.
— Зачем вы это сделали?!
— Неужели вы всё же желали остаться наедине с светлым?
— Н-нет, но он же не имел в виду ничего предосудительного!
— Вы это знаете наверняка? Или строите предположения, исходя из личного опыта?
— Нет у меня никакого личного опыта… боги, да поставьте же меня на место!
— Тогда понятно, почему вы столь легковерны.
Мужчина одарил меня своей очаровательной улыбкой и, отступив к креслу у стены, осторожно посадил в него.
— Позвольте все же вас осмотреть.
Его ладонь легко проскользнула к протезу, явно желая снять его, но я едва не подскочила на месте, отдернув руку.
— Ваша книга! Кажется, я напала на ее след, я уверена, она затерялась на складе, мне осталось совсем немного осмотреть.
— Вот как? И как быстро вы управитесь?
— Точно в срок! Не беспокойтесь.
— Хорошо, я вижу, вы очень стараетесь ее найти, и мне кажется, именно это так негативно отразилось на вашем протезе. Я чувствую себя виноватым за это, и если вы не против, я пришлю вам помощь? Всего пару человек.
— Ой, не стоит…
— Стоит, конечно, стоит, я уверен, уже сегодня пропажа найдется.
Он присел передо мной и протянул ладонь, осторожно заправляя выпавшую из хвоста прядь волос за ухо. Смуглое лицо беллаторца вновь расцветила добродушная открытая улыбка, будто он общался не со мной, а со своей любовью, и я бы поверила, если бы не слышала в его словах подвох.
— Господин Суидем будет не против? У нас много достаточно хрупких изданий.
— Ох, конечно, он тоже будет контролировать поиски, не переживайте, никакого бардака, мусора или огня. Эти люди профессионалы.
Улыбнувшись в ответ столь же легко, я дождалась, пока Давид оставит меня и, подавив тошноту, в ужасе начала перебирать все возможные варианты решения новой проблемы.
После обеда в стенах архива появились обещанные помощники, тоже беллаторцы, темноволосые и загорелые почти до черноты, довольно крепкие и угрюмые. Их одежда скрывала почти все открытые участки кожи, не показывая рисунки на теле, высокие воротники кожаных курток закрывали шею и часть подбородка.
Суидем, едва поприветствовав их, проводил на чердак, наказав мне присматривать за новыми работниками.
— Надеюсь, это не займет много времени, если что-то понадобится, вы можете обратиться ко мне, я буду у себя в кабинете.
Мужчины послушно кивнули и принялись за работу, разделив пространство на две половины. Суидем, одарив меня недовольным взглядом, ушел со склада.
— Эм… я могу показать, где была поставка с той книгой.
Неловко переступая с ноги на ногу, я смотрела, как мужчины планомерно обыскивают чердак, не обращая на меня внимания.
Прочистив горло и подобравшись поближе к своему тайнику, я взяла стул покрепче и села, покорно наблюдая за работниками.
— Простите, а как вас зовут? Как к вам лучше обращаться?
Сбоку что-то упало, и низкий гулкий голос ответил мне:
— У нас нет имен, у таких как мы, их не бывает.
— Простите?
Второй недовольно хмыкнул, давая понять, что дальнейшие расспросы неуместны. Мой собеседник вновь стал игнорировать мое существование.
— А я Гемера, можно просто Гера. Тут давно не прибирались, извините за пыль.
Стараясь не нервничать, я сложила руки на колени. Позади от входа послышались новые шаги, и буквально через несколько секунд за спиной послышался знакомый голос.
 
— Гера, я вижу, вы крайне преданны своему делу, но не желаете ли сходить сегодня в театр? Я слышал, сегодня состоится занятная постановка.
Чужое дыхание коснулось моей шеи, вызывая мурашки. Давид оперся на спинку стула и наклонился ближе, вдохнув запах моей кожи.
— Н-нет, я… я же обещала, что сама со всем разберусь. К тому же, как вы выразились, я на рабочем месте и исполняю свои непосредственные обязанности. Лучше скажите, почему у этих людей нет имен?
— Потому что они не люди, а инструмент, им не нужны имена. — Его губы почти коснулись моего уха, добавив уже шепотом. — А вы, Гера, инструмент или человек?
— Ч-человек.
— Правда? А я вижу сейчас инструмент, выученный сидеть и сторожить книги, вместо того, чтобы просто получить удовольствие в приятной компании и жить как человек. Вас никто не похвалит за вашу самоотверженность. — Аккуратные пальцы очертили край воротника на платье, едва коснувшись тонкой кожи ключиц. — Вы и ваш брат такие недолюбленные и ранимые, но он, в отличии от вас, не дрожит от чужих прикосновений, а наслаждается ими, используя каждую возможность быть значимым и желанным. Может быть, вам тоже стоит попробовать?
Стиснув руки, я сохранила спокойное выражение лица, хоть и чувствовала, что слезы вот-вот покатятся по щекам. Не поворачиваясь и не отводя глаз от стены, которую буквально сверлила взглядом, я открыла рот, стараясь произнести максимально холодно.
— Нет, спасибо, мне кажется, оно того не стоит.
— Что ж, мое дело предложить. Надеюсь, когда-нибудь ты найдешь в себе силы стать человеком, а не жертвой, дочь Иеффая.
Давид тихо выдохнул и, выпрямившись, что-то коротко сказал своим помощникам на другом языке. Мужчины кивнули и, дождавшись, пока их начальник уйдет, обратили свой взор на меня. На миг показалось, будто я мышь, брошенная в террариум к двум гадюкам.
— Что-то не так?
Тот, что стоял ближе ко мне, в два шага преодолел разделяющее нас расстояние и вцепился в правую руку, стаскивая со стула.
— Не смейте меня трогать!
Железная хватка стиснула кисть и, не церемонясь, оттащила от тайника, не давая и шанса отбиться. Второй, присев на корточки, начал ощупывать и простукивать доски выискивая под ними пустоты.
— Не мешайте, и мы не навредим. Мы не желаем портить ваш внешний вид.
— Внешний вид?
Слегка опешив, я вновь дернула рукой и в тусклом свете из окна заметила, как на державшей меня кисти блеснули рабские браслеты. Незнакомцы действительно оказались лишь инструментами, безвольными и зависимыми от своего хозяина. Просить их о чем-то было бессмысленно, магия Давида управляла ими словно марионетками.
За моей спиной, у тайника послышался скрип половиц. Безымянный снял сразу несколько досок, и, судя по звуку, нашел спрятанную там книгу.
Чувствуя, что других возможностей не осталось, я пнула ножку ближайшего стола, обрушив на своего охранника гору сложенной мебели, и, освободившись, ударила стулом второго, выхватив томик с желтой обложкой. Не ожидав такой прыти, мужчины замешкались, давая мне несколько секунд форы. Из-под обломков послышался стон, и, не теряя время зря, я собрала некрос, желая окончательно избавиться от «помощников», но вся магия тут же ушла в рабские браслеты.
— Черт…
— Тебе некуда бежать.
Ближайший безымянный скинул стул, вставая и пронизывая меня взглядом. Он не был зол и не питал ненависти, но точно выполнял чужой приказ, уверенный в своих силах. Его лицо, спокойное и будто бы отстраненное, пугало чуть ли не сильнее, чем целеустремленность. Развернувшись, я ринулась к дверям склада, прижав к себе книгу и цепляя по пути ветхую мебель, в надежде задержать противников. Скрип половиц и топот за спиной казался совсем близким, будто стоило руку протянуть, и меня поймают за волосы или подол платья. Вылетев на лестницу, я чуть ли не кубарем слетела вниз к подвалам. Бежать действительно некуда, но мне и не нужно уходить, лишь спрятаться хотя бы на минуту.