А. В. Жвалевский. Сборник

 
Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак
 
Сборник
  
Правдивая история Деда Мороза
 
© Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак, 2018
© «Время», 2018
* * *
 
Откуда взялся Дед Мороз и почему он никуда не денется?
 
ЧТО СЕЙЧАС БУДЕТ! (ЧТО-ТО ВРОДЕ ПРЕДИСЛОВИЯ)
Дорогие наши читатели, взрослые и дети, а также взрослые дети!
Нам очень приятно, что вы взяли в руки нашу книжку, и будет вдвойне приятно, если вы её прочитаете. А уж если вы прочитаете и это предисловие, то мы будем просто счастливы.
Потому что, с одной стороны, то, что мы написали, – это сказка. А с другой стороны – не совсем. Всё, что мы выдумали, так похоже на правду, что мы уже и не знаем, выдумали мы это всё или нам птёрки с охлями нашептали?
Кто такие птёрки и охли? Потерпите, скоро узнаете. А пока – несколько слов собственно о Деде Морозе.
Кажется, что Новый год был всегда. Причём именно такой, как сейчас, – зимний детский праздник с ёлкой, хороводами, Дедушкой Морозом и Снегурочкой. Как бы не так!
Во-первых, Новый год на Руси отмечали то 1 марта, то 1 сентября. На 1 января его перенёс царь Пётр I не так давно – три сотни лет назад.
Во-вторых, ёлки у нас в домах появились ещё позже. То есть в Германии они давно были, но в России обычай ставить рождественскую ель приживался очень долго. Тот же Пётр I пытался заставить в новогоднюю ночь вешать «украшения от древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых» – но без особого успеха. Только в середине XIX века в городских домах начали появляться привычные нам ёлки. А в деревнях эта традиция долго ещё пробивала себе дорогу.
В-третьих – и в-главных, Деда Мороза не было аж до начала ХХ века! То есть он родился всего сто лет назад, приблизительно одновременно с вашими прадедушками! Представляете?! Мы, когда узнали, долго не могли поверить, но это факт: был Мороз-воевода (злой и суровый), был Морозко (молодой и весёлый), за границей уже был Санта-Клаус, а вот Дедушки Мороза не было!
Мы так возмутились по этому поводу, что решили написать полную историю Деда Мороза. А заодно выяснить, откуда у него взялась Снегурочка. (А Снегурочка, оказывается, вообще появилась только в 1937 году!)
Странно ведь – внучка Снегурочка есть, а родители её где?
Решили написать – и написали!
Теперь мы всё знаем:
– и что Дед Мороз появился уже давно, просто мало кто об этом знал;
– и что Снегурочка совсем не внучка Деда Мороза;
– и что он на самом деле волшебник, но только две недели в году;
– и самое важное – Дед Мороз существует! По крайней мере, пока в него верят.
Мы – верим.
Потому что эту историю мы всё-таки не сами из головы выдумали, а подслушали у птёрков и охлей.
Кстати, пора и про них уже узнать. Переворачивайте страницу.
Доброго чтения!
ВАШИ АВТОРЫ
 
Рождество перед Новым, 1912 годом
 
Из истории
 
В 1911 году не было многих привычных сегодня вещей: телевидения, радио, космических кораблей, компьютеров. Кое-что появлялось, но было ещё редкостью, например, телефоны, трамваи и автомобили.
 
Самым быстрым транспортом была железная дорога. Инженеры, которые работали на железной дороге, считались очень уважаемыми людьми, жили в хороших домах. Хотя этим хорошим домам было далеко до современных – ни тебе горячей воды, ни кабельного телевидения.
  
Зато были самовары и гимназии. Из самоваров с особым удовольствием пили чай, а в гимназии (школы) ходили без особенного удовольствия. А всё потому, что в тогдашних гимназиях изучали слова с буквой «ять». Это была удивительная буква, выглядела она вот так – Ѣ, а читалась просто как буква «е», и не было правила, по которому было понятно, что нужно писать в слове – «е» или «Ѣ». Все слова, в которых пишется Ѣ, приходилось учить наизусть, а их было много, несколько сотен! Букву Ѣ вскорости отменили, но дети всё равно не полюбили школу.
 
Ёлку в начале ХХ века уже ставили во многих городских домах. Украшали её совсем не такими игрушками, как сейчас, – обычно самодельными. В то время перед Рождеством продавались наборы для самостоятельного изготовления игрушек. Фабричные игрушки делали из папье-маше или толстого стекла, а самый шик – игрушки из тонкого стекла – возили из Германии. Стоили такие украшения очень дорого.
 
А ещё в то время страной управлял царь. Впрочем, для нашей истории это не очень важно.
 
– Ванечка, – маменька осторожно потрясла Ваню за плечо, – вставай. В гимназию пора.
Мальчик тут же попытался укрыться за подушкой. Чья-то сильная, но осторожная рука подняла подушку, и густой бас произнёс:
– А охли уже проснулись. На кухне безобразничают.
Ваня повёл носом и приподнялся на кровати.
– Смотри, не успеешь, – добавил бас.
Ваня направился на кухню. По дороге он, как обычно, выяснил, что по квартире очень трудно бродить с закрытыми глазами. Он открыл один и успешно завершил путешествие. На кухне открылся и второй глаз: наглая охля как раз готовилась заглотить его тарелку с манной кашей целиком. Ваня терпеть не мог кашу, но сейчас ловко выхватил добычу из охлиной пасти. Та так и осталась сидеть с открытым ртом. Вернее, лежать, потому что охля была нарисована на листе бумаги.
– Успел? – спросил знакомый бас.
– Доброе утро, дядя Серёжа! – сказал Ваня, жадно глотая кашу.
Манка оказалась, как ни странно, вкусной. Дядя Серёжа – большой и бородатый – присел рядом.
Дядя Серёжа был не просто дядя – а самый любимый на свете дядя. Пару раз в неделю, когда у него было утро посвободнее, он заезжал к своим племянникам. Завтракал с ними, а потом провожал Ваню до гимназии.
– Сестра! – крикнул он. – И мне такой каши! Только тарелку побольше, я тогда Ванюшу обгоню.
– Нет, – крикнул и Ваня, – мне добавки. Тогда будет один плюс один… две! Я больше тарелок съем!
Под шумок мама скормила Ване и противный кисель, но он даже не заметил: дядя Серёжа рассказывал, что видел пару птёрков в депо, где он работал инженером.
– Может, они путешествовать собираются? – сказал он.
– Они на каникулы едут!
– Вряд ли. До Рождества ещё два дня.
– Дядя Серёжа, а ты к нам на ёлку придёшь?
– Обязательно. Как же я могу не прийти к любимым племянникам?
Папа любимых племянников, Николай Андреевич Шестаков, появился в столовой парадно одетым.
– Ой, пап, а ты куда? – удивился Ваня.
– У нас сегодня в посольстве торжественный обед. А я не успею заехать домой. Доброе утро, Сергей Иванович.
– Доброе утро, Николай Андреевич!
Мужчины пожали руки и разулыбались. Они были совершенно не похожи. Большой весёлый балагур дядя Серёжа и худой, высокий серьёзный папа. Но дети очень любили их обоих. Только жалели, что дядя живёт не с ними.
В это утро младшие дети сползались в столовую на редкость медленно. В отличие от Вани-гимназиста им с утра никуда не нужно было спешить. У них троих – трёхлетней Наташи, пятилетнего Коленьки и двухлетней Софьи – ещё продолжалось счастливое детство.
Папа их не дождался и ушёл на службу.
И дети, как только появились в комнате, тут же повисли на дяде. Даже Сонечка всё время старалась спрыгнуть с маминых рук и улыбалась во весь рот.
– А где мои охли?
– Ой, а у меня под тарелкой птёрк!
– Где? Дай посмотреть!
– Вот! Он голодный! На тебе, птёрк, ложечку… А чаю хочешь?