Странствия Луны (СИ)
— В Лунном Свете клянусь своим мечом, что ни я, ни мои подданные не причинят вреда Посвященной Фреи по имени Сигрдрива в течении того времени, которое она воспитывает дитя по имени Амаланна. Да пребудет эта клятва в силе до тех пор, пока действует клятва, принесенная самой Сигрдривой!
Сигрдрива, хмыкнув, произнесла в ответ:
— Клянусь своим копьем, что выковал Отец наш, что пока я, Сигрдрива-Валькирия, воспитываю Амаланну, дочь Ормлейфа и Азалайтен, ни словом, ни делом не причиню вреда замку, ее приютившую их хозяйке и ее подданным! Да пребудет эта клятва в силе, пока действует клятва Сешат Инмурсс, и да подтвердит Фрея сказанные мною слова!
Голос у валькирии оказался классическим драматическим сопрано, довольно мелодичным. Похоже, что авторы данного персонажа взяли у Вагнера вообще все, что могли, Брунгильда поет свои арии похожим голосом. Впрочем, не удивительно.
— Я принимаю твою клятву полностью, — подтвердила я заключенное соглашение. — Принимаешь ли ты мою?
— Принимаю. Но примут ли ее те, кто тебе уже клялся?
Эйнар аж сплюнул.
— Я тебе клясться не собираюсь, сука!
— И не нужно, — улыбнулась я Эйнару в ответ. — Ты уже клялся мне, я вижу, что эта клятва все еще в силе, и претензий не имею. Так что, полагаю, что данное оскорбление было излишним, — тут уже я поймала взгляд Сигрдривы своим, постаравшись придать ему как можно больше властности и недовольства. В конце концов, устраивать такие вот провокации с самого начала — это и не дело, и проверка меня, как противницы. Секунд десять мы играли в гляделки, но затем валькирия отвела глаза.
— Приношу свои извинения, — проворчала она.
— За что именно? — уточнила я.
— За провокацию, — сказано было искренне.
— Только за нее? — уточнила я, и увидев легкое удивление, продолжила. — Твою и мою клятву вполне можно трактовать как отсутствие также и подобных провокаций с обеих сторон.
— А можно и не трактовать, — возразила Сигрдрива. — Трактовкой заняты только люди, боги судят без подобных крючкотворств.
— Согласна. Но я думаю, что две богини, как и две женщины, всегда найдут удовлетворяющее обе стороны решение, — я улыбнулась, но ехидненько, с намеком. Сама прекрасно знала, что найти-то найдут… На текущий момент времени. При этом что выкинут в будущем ни одна в тот миг знать не будет. Личный опыт! Однако, сейчас следовало намекнуть, что, вообще-то, я её во враги записываться не собиралась и не собираюсь.
— Я тоже согласна, — кивнула мне валькирия. — Воспитание будущей подруги Фрейи — достойная цель, ради которой стоит потерпеть… Некоторые неудобства.
— А также не создавать хозяевам… Некоторые неудобства, — добавила я.
— Одно всегда подразумевает другое.
— Мы договорились.
— Но я соглашусь с Эйнаром: для полноценного воспитания нужен хороший скальд, — закончила Сигрдрива. — Даже если Эйнар справится с воспитанием Малита, завершить его он не сможет. Как и я не смогу завершить воспитание Амаланны.
— Этот вопрос мы пытаемся решить, — я расслабилась. Процесс переговоров, фактически, завершился, Сигрдрива согласилась войти в мою команду, как наемница, а мне высветился запрос на подтверждение оплаты временного найма персоналии. Сейчас уже шло обсуждение дела, ради которого я ее нанимала. — Эйнар рассказывал, что в его команде был скальд, и он смог сбежать от Ормстюра вместе с половиной команды.
— Снорри. Я его знаю, хороший сказитель. И, что важно, нейтрален к различным конфликтам наших богов между собой. Он поклоняется Эльрату.
— Разве такое возможно среди вас?
— Наших богов нужно почитать, и уметь правильно читать их знаки, но обязательного поклонения они не требуют, — встрял в беседу Эйнар. — Ты можешь продолжать поклоняться Луне, однако асам и ванам не имеет значения, кому поклоняются те, кто вверил им свою судьбу. Снорри поклоняется Эльрату, однако он викинг. Один ведет его по полям сражений, Фрейя развеселит, когда он вернется домой, а Фригга зашьет его рубаху. Скажу даже больше: если Снорри появится в этом замке, то нам всем будет гораздо легче терпеть присутствие друг друга. Он умеет примирять.
Это что же, неигровой персонаж с прошитой Толерантностью? Как интересно!
— Это хорошо, но где его искать? И кому? Я после полуночи ухожу в Ил Алук, рассчитываю вернуться через две ночи. Конфликт со Степными эльфами придется вести без меня. А Снорри и остатки твоей ватаги, Эйнар, где-то там.
— Мои люди, освобожденные из плена, дали некоторую подсказку, но толку с нее мало. Крысолюды их продали степным эльфам, те перепродали через кораксов демонам — вот и все. Степные кочуют на юге среди озер, не приближаясь к торговому посту. Считается, что это их территория. И у них еще остались викинги. Единственное интересное, что мне поведали мои люди, это про один слушок среди пленников: о неудачной атаке отряда степных на группу викингов, шедшую от южного торгового поста на восток, к морю. Полагаю, что это был Снорри и остатки моей ватаги, — рассказал мне Ормстюр.
— Селки ничего не знают о викингах на берегу моря, южнее устья реки, иначе бы сообщили. Но если Снорри там, то они его найдут, я распоряжусь. К сожалению, те места совсем не разведаны. Я лишь могу точно сказать, что твои люди живы. Но жив ли Снорри я не знаю. И лично мне его поиски придется отложить. Что смогут сделать мои скауты в текущей ситуации я тоже не могу спрогнозировать. Все силы уйдут на войну со Степными.
— А если разыскивать Снорри и его отряд пойдем мы сами? — уточнил Эйнар.
— Без лодок?
— Попросим у селки, у них, вроде бы, есть лодки. Если не дадут — пройдем вдоль берега по суше. Вообще-то любая помощь от тюленей была бы кстати, но и без нее мы можем справиться. Снорри вряд ли вышел в море.
— Все бы ничего, — начала я задумчиво. — Но есть две проблемы. Во-первых, обучение детей. Как быть с ним?
— Я справлюсь с этим, — ответила мне Сигрдрива. — Есть вещи, которым даже мужчину лучше всего научит женщина.
— А Малита вполне можно взять с собой, — добавил Эйнар. — Он уже достаточно взрослый для такого похода.
— Ни в коем случае, — возразила Сигрдрива. — Я отлично понимаю, почему вы скрыли его существование от Ормстюра, но ему не составит труда узнать про это, стоит только Малиту выйти в море.
— Ормстюр снюхался с акульими оборотнями, — добавила я, вызвав удивленно-уважительный взгляд Сигрдривы. — Так что разведка на море у него теперь есть.
— Печально. Но в таком случае и в самом деле лучше довериться Сигрдриве. Малиту будет чем заняться. А мы…
— Это не всё, — прервала я Эйнара. — Первый вопрос решен, но есть еще одна проблема, связанная с моим походом в Ил Алук.
Я с улыбкой оглядела собравшихся викингов и спросила.
— Знаете анекдот про эльфийских фехтовальщиков и русичей-богатырей?
— Это который: “Посыпь этого хлыща мелом и подай мою палицу”? — уточнила Сигрдрива, вызвав негромкий смех викингов. Да и мой тоже — почему бы не поддержать собравшихся?
— В каждой шутке лишь доля шутки, — продолжила я, стирая улыбку с лица. — Уж не знаю, кто бы там кого победил, так как надо еще попасть, но проблема в другом. Наш стиль боя откровенно плох против нежити, она легко выдерживает и уколы, и резы. Рубить еще кое-как можно, но лучше всего — крушить палицами или дубинами, что нам не свойственно. Так что с нежитью мы предпочитаем воевать иными средствами. Однако, в Ил Алуке почти все эти средства окажутся неприменимы, и в этом проблема. Мне там понадобится кто-то, для кого цели будут посыпаться мелом.
— А этот ваш светлый эльф, Сайрелас, не подойдет? — уточнил Эйнар. — Редкостный силач для вашего племени.
— Во-первых, мы пойдем в город, надев маскирующие некромантские амулеты. Светлые от них воротят носы, и я их, в общем-то, понимаю, а потому не принуждаю. Но есть и “во-вторых”. Там мы будем изображать из себя классических дроу Паучихи, и нахождение в такой команде светлого эльфа даже в виде нежити будет, мягко говоря, невероятным. А мы и без этого будем приметной командой. С нами пойдет гремлин Мозголом, но он превращается амулетом в скелет. Это приемлемо в качестве служки, а Мозголом достаточно смышлен, чтобы достойно отыграть свою роль. По крайней мере, он согласился на это путешествие. Но для силовой поддержки мне понадобится кто-то ваших кондиций и вооружения. Причем в идеале — Бринир. Он прекрасно отыграет роль тупого громилы, я в этом уверена.