Странствия Луны (СИ)

— Шанс на неудачу будет довольно мал, — констатировала лучница.
— Тогда, Шайнтлайн, за тобой организация. Стрелять, сами понимаете, надо с противоположного берега. Справитесь?
— Далековато, но если не будет вечернего тумана, то мне удастся сделать такой выстрел, — ответила Каэлитара.
— Думаю, также вам пригодится Джандиира и ее умения. Приступайте.
— Ну а теперь, — продолжила я, когда мои террористы удалились, — займемся нашей местью кораксам. Уважаемый Бран Хранитель Клятв, как вы смотрите на то, чтобы полетать на драконе?
Уламывать гнома полетать на драконе, а не убить его и пустить на ингредиенты, а дракона, вернее, дракону, покатать данного конкретного гнома, а не меня — пришлось с полчаса. Искра, конечно, оценила мой замысел, но таскать на себе кого-либо кроме меня… НИ-КОГ-ДА! Гном же был категорически против как “полетать”, так и “на драконе”. Уламывание окончилось успехом только тогда, когда я напомнила Брану, куда и зачем он отправляется, и что в результате имеет шанс заполучить его клан, а Искре — как она прокатила на себе Мастера. Проигнорировав ехидные заявления в мыслефоне насчет того, что гнома мы тоже потом убьем, я написала послание.
— Чем быстрее вы слетаете и чем скорее вернетесь, тем лучше. Искра, нам с тобой сегодня предстоит еще один очень сложный полет, я в этом уверена. Все, совещание окончено… Мне нужны Эйнар и Алнесавин, остальные могут быть свободными.
— Эйнар, — начала я, когда мы остались одни. — Я не совсем понимаю вот какой момент в том, что ты мне рассказывал. Твои люди приносят тебе присягу на мече, но, если захотят, то могут по взаимной договорённости разорвать присягу, и уйти. Вариантов, я так понимаю, много, но, например, что я могу сделать, чтобы понизить мораль войска в Ормгарде? И не делала ли я нечто такое ранее?
— Выставить конунга жадной свиньей — самое простое. Ватага идет за ним ради добычи в бою, и если добыча оказывается не так обильна или как-то испорчена, если их обманули — вот за таким конунгом не пойдет никто, кроме тех, кому деваться некуда.
— Давай на конкретных примерах. Вот, я убила Ормлейфа, и Ормстюр на меня очень сильно разозлился. А его ватага?
— Честно говоря, я не совсем понимаю, почему Ормстюр так сильно разозлился на вас. Ормлейф исключительно по своей собственной вине отправился в чертоги Хель. Если бы мой сын так глупо погиб, то я сказал бы: “Сам дурак, которого я плохо выучил.” И уделил бы внимание другим своим детям. Примерно так же ко всему случившемуся относятся и его люди. Спор за замок Инмурсс тоже не стоит такой смертельной ненависти, так что это только между Ормстюром и вами. Его люди поддерживают такую вражду только из-за принесенной клятвы.
— Ясно. Идем дальше: битва на мосту, — я сделала отметочку уточнить один заинтересовавший меня моментик.
— Тут и вовсе ситуацию я бы назвал ничейной. Вы могли пресечь только один из возможных ударов, но не второй, и какой из них в итоге оказался более ценным — неясно. Так что викинги остались с выигрышем. Мораль у ватаги только повысилась.
— Хорошо. А разгром в деревне?
— А вот это сложный вопрос. Конечно, у вас появились еще какие-то непримиримые враги. Но поскольку большинство войска Ормстюра погибло, то и говорить сейчас о морали тех, кто недавно ему присягнули, невозможно. Пока на кону ваш замок, как трофей, за Змеем будут идти. Правда, сейчас он наверняка будет подпорчен, но все равно представляет ценность.
— Попорчен? Это в каком смысле?
— Если Ормстюр его захватит, то караван этого лордика будет уничтожен в первое же появление не смотря ни на какие проклятья. Разберемся потом с торговцами, не в первый раз. Даже сам этот караван для нас хорошее подспорье. И корабли, и, наверняка, артефакты, и оружие. Да еще и груз — это же прекрасные боевые трэли, а у него после разгрома в деревне сил стало маловато! Нет, он его прибьет с превеликим удовольствием, что потом, что сейчас. Правда, я могу гарантировать, что потом под проклятьем от Ормстюра начнет разбегаться народ. В общем, проблемы будут, но потом. И Ормстюра это волновать особо не будет.
 
— А кто такие боевые трэли?
— Ну, что-то вроде подневольных воинов. Орки, как рабы, никуда не годны, а вот как бойцы очень даже хорошие. Рабов, вообще-то, у нас нет, каждый может стать равным нам, если примет наших богов и покажет свою храбрость. Вот и пленным даем такую возможность. Знавал я пару орков, которые стали хускарлами — отличные парни! А один конунг был изначально сквайром из рыцарского замка.
— Вот странно. Вы же откровенно разбойничаете на морях, и Торговая Гильдия, по идее, должна с вами враждовать. Ан нет — вполне нормальные отношения. Как это получается?
— Ну, это сложно объяснить. Мы ведь и в охрану каравана можем наняться, и против другой ватаги повоевать. Главное не злоупотреблять грабежами, и вот таких дурней среди нас не водится. Ну а если кто-то из них решил на охране сэкономить или пошлину заныкать, так это он сам себе враг, и нечего пенять в нашу сторону.
Я задумалась. То есть, эта гоп-компания отличные наемники, ради которых можно и потерпеть их вольности. А при случае и пригнуть конкурента. Полезные личности, в общем. Это не орки, с которыми гильдия, вроде бы, дел тоже не имеет, но просто потому, что орки не понимают, что это такое.
— Леди Сешат, — вмешался в разговор Алнесавин, который, похоже, догадался, что я задумала, и готов был уронить челюсть под стол. — Вы же не собираетесь…
— Почему это? Как раз собираюсь. А вы, селки, поможете в этом вопросе и не только мне.
— Я что-то не понял? — удивленно спросил Эйнар.
— Она собирается натравить на демонов Ормстюра! Не нанять его, а именно натравить.
— Выбора нет, тут надо только использовать кого-то втемную. Примерно, как Эклавистини попыталась использовать меня. Надеюсь, это не пойдет вразрез с твоими принципами, Эйнар? — уточнила я. — Вы же, вроде как, враждуете насмерть.
— Ерунда! Конечно нет! Я бы и сам поучаствовал с ним плечом к плечу в таком деле, если бы не оказался под проклятьем. Взаимная вражда тут дело десятое, а ради этого можно и перемирие заключить.
— Ну что же, тогда мы можем действовать. Алнесавин, от вашего народа понадобится небольшая диверсия. Нужно заставить демонов пристать к берегу в устье реки. Разумеется, вашему народу придется быть очень скрытными все это время. Потом действуйте по обстановке. Ну что же, Эйнар, сейчас мы отправляемся выручать вашу ватагу.
— Леди, но… Ормстюр может просто отказаться атаковать демонов? Или караван уничтожит, а Вурдигалу даст уйти. При этом он будет в своем праве, — уточнил Эйнар.
— Не откажется. И не отпустит. Я это знаю, — я уже посмотрела кое-что в документации по игре, и была уверена, что в данной ситуации козырь против Змея у меня есть и не один.
***
К мосту я собиралась перейти порталом, собрав нужных мне на переговорах с демонами личностей, а заодно перенаправив туда часть своей армии. Но по дороге меня отловила очередная проблема.
— Леди, на шахте кристаллов бунт!
Подбежавший ко мне гремлин из числа воинов привел пару парнишек, которых я уже видела на церемонии раздачи драконов, и также немолодого горняка. Также заметила с ними отсутствовавшую на совещании Азалайтен. Жрица провела много времени у своего алтаря, разбираясь с вопросом лечения Гулринара. И, похоже, получила ответ.
— Не казни, хозяйка, виноватые! — сходу бухнулся на колени передо мною шахтер.
— Встань с коленей и представься, — я начинала злиться. — Что стряслось, и откуда возник бунт?
— Да так, ерунда, — встрял гремлин, — У нас голем поломался, пошел сам по прямой и пару их халуп порушил, пока его не остановили. Мы бы им сами все починили, не в первый раз. Так нет же, людишки возмутились, за кирки схватились и на нас. Ну, мы драться не стали, как-то не для того там сидели.
— Правильно сделали, — я повернулась к вставшему уже с колен горняку. — А ты что скажешь?
— Ну… Это… Я тут был, добЫчу сопровождал… Как было-то не видал… Просто знаю… Госпожа, убери ты от нас этих уродцев с их куклами! Что защищают-то, нам ведомо, службу хорошо блюдут, да и в шахтах-то поможут, ежели чо. Да токмо не нападал-то на нас никто, а вреда от них-то не мало. Поболе, чем пользы-то.