Возрождение Феникса. Том 10 (СИ)
Прихожу я вместе с Кельвином и Лизой. Небесный престол уже в полном сборе. Как и его бессменный глава. Еглиира окружили девять ангелов в ало-золотых доспехах. Броня полностью глухая, торчат только крылья за спиной. Крылья, как я выяснил, снимаются и потом прикрепляются поверх одежды и кирасы. Они как бы часть тела, но отделенная, навроде острова у материка.
Противники вооружены мечами, но разными. У кого-то стандартные полуторные, у кого-то тонкие рапиры и сабли, а у парочки пернатых здоровяков огромные двуручники. Как сказал Кельвин, все мои противники — главы знатных ангельских родов.
Еглиир смотрит на меня, замечает меч у пояса, в его глазах появляется узнавание. Яростный взгляд в сторону Кельвина, но тот прячется за наши с Лизой спины и старается не отсвечивать.
Сам Еглиир тоже в ало-золотых доспехах. Только забрало еще не захлопнул. В руках сжимает незабываемый фламберг.
— Поединок пройдет здесь, — говорит выступивший вперед арбитр. — В центре Небесного зала. Бой будет длится либо до смерти всех участников со стороны лорда Еглиира, либо до погружения лорда Фалгора в анабиоз. Готовьтесь!
Гремящей шеренгой ангелы в доспехах проходят в центр зала. Еглиир встает позади всех. Я усмехаюсь. Трусливая ворона, другого я от тебя и не ждал.
Я выхожу перед ало-золотым строем. На мне нет железной брони, только ментальный доспех. Но большего и не нужно.
— Вы готовы, лорд Фалгор? — спрашивает арбитр.
Я вынимаю меч из ножен, клинок вспыхивает золотым пламенем. В небольшой толпе зрителей раздаются вздохи удивления: «Как?!! Он освоил пламя Кэмпбелов?!»
— Теперь готов, — киваю.
— Лорд Еглиир, вы и ваши поединщики готовы?
— Готовы, — рычит глава пернатых, вынимая фламберг из ножен. Ему совсем не понравился горящий меч.
Арбитр поднял руку и резко опустил ее:
— В бой!
Сам тут же взмахнул крыльями и отлетел к колоннам.
— Рубите руки и ноги! — взревел Еглиир, потрясая фламбергом. — Не трожьте голову и туловище!
Ага, хочет меня забриллиантить. Ну-ну.
«Танки» срываются с места, воздух наполняется тугими хлопками крыльев. Я ощущаю ветер на лице.
Взмахом руки создаю вокруг себя огненные вихри. Заслон задержит ангелов. И, если повезет, — пробиваться они ко мне будут по одному.
К тому же, я специально оставил небольшой проход в стене пожара. В него и метнулась первая жертва.
Высокий здоровяк обрушивает на меня огромный двуручник. Выстреливаю навстречу огненным клинком.
Мечи схлестнулись. Клинок двуручника вдруг оживает, изгибается и стальной анакондой оплетает мой меч. Ого, интересный артефакт.
Ну, сила Хаоса мне в помощь. Ящик открывается, зачерпываю оттуда Гнева.
Я направляю волю в заточенное в глубинах стали пламя. Наружу вырывается сила Кэмпбелов, огромный гриб пожара заглатывает голову здоровяка-ангела, и он в панике орет. Я добиваю огненным вихрем. Горящее тело падает замертво.
— Это же Столп Кэмпбелов! — радостно орет Кельвин. — Наш родовой прием!
Между тем ангелы прорвались сквозь стену и уже накидываются на меня. Я бросаюсь навстречу. Рублю направо и налево. Пламя хлещет из моих рук и клинка, словно прорвали плотину.
Богатырским замахом сношу одному пернатому плечо, другого сжигаю до состояния головешек. Меч мечется по воздуху огненной кометой. Со всех сторон раздаются визги, лезвие тут же исчезает в чьем-то животе, легко преодолев сопротивление золотого панциря. И секунду спустя ангел распластывается в луже своей же крови. Еще двое бросаются на меня, ибо я чуть приостановился, тяжело дыша, смаргивая яростную пелену из глаз. На кратчайший миг сверкает горящий клинок. Ангелы падают, распоротые почти пополам, словно звери. Кровь бьет фонтаном, как из породистых свиней.
— ВЫ ВСЕ УМРЕТЕ! — яростный приговор звучит из моих губ.
Магнетизм бушует вокруг вперемешку с огнем. Повсюду жар и кровь, фонтанирующая горячими струями. Ряды «зотолотых танков», точнее их остатки, дрогнули и отшатнулись.
— Убейте-е-е-е его! — завыл пуганым шакалом Еглиир.
— Глава! Никакого убийства! — раздается из-за завесы пламени голос одного из замов. — В нем Хаос! Будет мировая катастрофа!
Но Еглииру плевать на мир, главное его шкура здесь и сейчас. Он продолжает орать за спинами «танков»:
— Убейте-е-е-е! Убейте-е-е-е!
Меч одного из ангелов стреляет молнией, другого плюется кислотой. Вспыхнувший огненный щит закрывает меня от повреждений. Бросаюсь на врагов. Ближайший дергается, получив клинок в пузо, и смотрит на меня быстро стекленеющими глазами в прорезях забрала. Резким взмахом освобождаю меч и добиваю второго, потом третьего. Трупы рыцарей с грохотом падают.
Остается один Еглиир. Стоит и трясется, выставив фламберг перед собой.
Я медленно иду к нему, ступая по распростертым ангельским крыльям.
— Убить, значит? — спрашиваю, и кровожадный оскал сам собой расползается на моем лице. — Это можно устроить.
— Ты… — голос пернатого дрожит.
Дернувшись, он бросается на меня. Нет, это не проявление храбрости. Его вынудил всего лишь страх загнанного в угол пса.
Легко отбиваю взмах фламберга, и сам атакую. Треск пробиваемой брони. Огненный клинок вспарывает Еглииру брюхо, затем пополам разваливается печень. Из щелей забрала брызгает кровь. Еглиир падает и больше уже не встает. Никогда не встанет.
Я оглядываюсь и не нахожу глазами зрителей. Все попрятались от огня, убежали за колонны, чтобы мрамор защитил их от пожара.
Только одна Лиза стоит у самого края импровизированной арены и скучающе смотрит на трупы.
— Милый, я думала, ты быстрее справишься, — жалуется моя женушка. — Уже обед.
— Да, увлекся что-то, скоро пойдем в трапезную, — виновато киваю. — А где Кельвин?
— Со всеми прячется, — указывает она на густой лес колонн.
— Значит, меч потом отдам, — погасший клинок Кэмпбелов вставляю обратно в ножны. Потом наклоняюсь и подбираю фламберг, выпавший из мертвых пальцев Еглиира. Нельзя такую опасную штуку без присмотра оставлять.
— Пойдем? — Лиза подходит и берет меня за свободную руку. Запачканные в крови пальцы ее нисколько не смущают.
— Секунду, — поворачиваюсь к колоннам и кричу: — Голову Еглиира отрежьте и отправьте Королю Тогу вместе с посланием, что обещание выполнено! — оборачиваюсь к княжне. — А теперь пойдем, дорогая.
Лиза радостно улыбается. Очень уж нравятся ей ангельские воздушные пирожные.
* * *На ритуал собираемся снова только через неделю. Возникли сложности и не получилось сразу. Теперь Небесный престол молчал в тряпочку и слушался как ручной. Мохнатый Тог тоже успокоился, когда получил голову Еглиира. Проблемы возникли с королевой Иглид. Король ифритов не смог договориться с блондинкой, и мне пришлось лично лететь навстречу с ней.
Вообще, я мог бы воспользоваться Сильмом амазор без разрешения Иглид. Он ведь и так у ангелов. Но мне не хотелось создавать врага на ровном месте.
Поэтому я прибыл прямо во дворец королевы. Глаза разбегались от форм архитектурного великолепия и…пышных форм самих амазор. Да и попробуй удержаться! Все здесь загорелые блондинки, все стройные, красивые женщины. Как на таких не смотреть?
Несмотря на недоверие Иглид, она решила провести со мной приватную встречу в роскошных покоях. Вдвоем мы сидели на мягких диванчиках и изучали друг друга взглядами. Она — мое лицо, я — большей частью кое-что пониже. Амазоры не страдали скромной модой: либо одежды почти нет совсем, либо она прозрачная, как сейчас на королеве.
— Спасибо, ваше высочество, за то, что согласились встретиться, — я оглядел диванчики и полулежащую на одном из них блондинку. — Тем более это вдвойне ценно в столь неофициальной обстановке и приватности.
— Я просто знаю, что вы скажете, — сердито заявила Иглид. — И поэтому не хочу, чтобы мои вассалы снова слушали ваши обещания.
— Я скажу лишь, что мне нужны Сильмы для ритуала.
— Шестнадцать! — она резко села и яростно уставилась на меня. — Шестнадцать моих несравненных амазор погибло в Твердыне!