Возрождение Феникса. Том 10 (СИ)

— Можно и так сказать. — уклончиво отвечает Кали. — Скажем так: есть вероятность, что Арсений войдет в наш Дом.
— Хм, а какого ты ранга? — Ксюша обратилась напрямую ко мне. Правда, на «ты», но мы стерпим и даже проявим вежливость.
— Ваша Светлость, Воин, — улыбаюсь через силу. — Неофициально.
— Ммм, и мама София, правда, заинтересовалась им? — удивляется Ксюша.
Кали резко посуровела. Волчья ухмылка пропала, голос строгий.
— Прояви наконец вежливость, дочь. Не говори о нашем благородном госте в третьем лице, будто его здесь нет.
— Благородном? — Ксюша вытянулась лицом. — Так он дворянин?
— Ксения! — тихо, но веско.
— Прости, мама, — сразу вытягивается в струнку моя жена.
— Не передо мной надо, — хмуро бросает Кали.
Ксюша оборачивается ко мне.
— Прошу простить, Арсений Всеволодович, за неподобающее поведение. Раз мама София велела, я проведу с вами спарринг. — Намеренная пауза. — Не волнуйтесь, у нас есть Целитель, он подлечит ваши травмы после спарринга.
Вот же сучка! Уже в проигравшие меня записала.
Кали в этот раз не упрекает дочь, а ухмыляется довольно. Любит моя теща такие подколы. Да и я не в обиде. Сейчас покажу, чего стоит Феникс на арене.
— Премного благодарен за Целителя, Ваша Светлость, — киваю. — Мне бы не хотелось видеть ваше нежное лицо избитым.
Улыбка исчезает с губ Ксюши. Кали довольно хмыкает.
— Избитым, значит? — поварчивает звезда моего сердца. — Ну заходите, Арсений, на ринг. Уверяю, мое лицо останется без синяков. За ваше же не ручаюсь.
— Никакого ринга, — отрезает Кали. — Здесь только боксуют. Идите на нормальную арену.
— Хорошо, мама, — Ксюша пролезает между канатами, и мы направляемся в аквариум рядышком. Не тот, что разнес Ричард, а второй, напротив.
Кали остается за барьером и, скрестив руки, улыбается.
— Мама хочет, чтобы мы сами разобрались, — говорит Ксюша. — Причем, чтобы я не сдерживалась. Вас высоко оценили, Арсений.
Она взглянул на мое залитое потом, багровое, усталое лицо.
— Попытаюсь не разочаровать Ее Светлость, — широко улыбаюсь, несмотря на чудовищную боль в организме.
— Тогда начали! — Ксюша налетает как смерч.
Я реагирую мгновенно. Рывок назад и чуть вправо, моя жена пролетает мимо. Я подталкиваю ее ударом ноги в попу. Ксюша бахается лицом в твердый пол, выставив эту самую попу.
— Нападать сзади в позвоночник неспортивно! — кричит она недовольно, поднимаясь.
— А я бил по мягкому, — не теряюсь. — Продолжим?
Взрыкнув девушка атакует. В этот раз она не нежничает. Ее кулаки покрываются твердой каменной коркой. Хочет с одного удара разделаться со мной. Я уклоняюсь от ее взмахов, хлопками по предплечьям меняю траектории бронебойных рук.
Краем глаза замечаю, как к Кали присоединяется красноволосая зрительница. Эту крепко сложенную княжну в майке невозможно не узнать. Астерия, Астра, свет моих очей.
— Кто это такой ловкий против Ксюшки? -доносится до меня сильный голос красноволосой Царицы поля.
— А что? — коварно спрашивает Кали. — Понравился мальчик?
— Вот еще, — фыркает Астра. — Просто держится неплохо. Только что-то весь мокрый, будто на пределе и сейчас выдохнется.
— Он под Сырьем.
— Да ну? Правда? — удивляется княжна. — А так и не скажешь. Ощущение, будто просто вымотался. Мам, ну мам, ты что-то не договариваешь! Он же должен лежать сейчас без сил!
— Ну вот не лежит почему-то, — замечает Кали. — А почему, я и сама не знаю.
Между тем подножкой и толчком я опрокидываю Ксюшу оземь. В этот раз обхожусь без хлопков по мягкой филейной части, а то ведь может обидеться женушка, хех.
Ксюшка бахается и, перекатившись через голову, вскакивает. На личике точно такое же недоумение, как и у Астры.
— Дочка! — кричит Кали. — Так не пойдет! Ты его должна вымотать, а не валяться. Ну-ка покажи, чему тебя мама учила.
Ксюша пристыженно сжимает кулаки, но не сразу слушается.
— Мам, он же всего лишь Воин, — замечает княжна. — Нечестно будет, если я фракталы применю на полную.
Мое сердце сжимается от умиления. Ух, ты моя гордая лапочка. Не избалованная силой барышня. Сразу чувствуется порода и честь.
 
— Я не против, Ваша Светлость, — улыбаюсь. — Пожалуйста, используйте свои фракталы.
Они тебе все равно не помогут, крошка. Хех.
Мое разрешение рассердило ее не на шутку.
— Ну вы сами напросились! — девушка выхватывает из воздуха дымящуюся плеть Гомуса. — Получайте!
Размахивается, стегает. Но я уже сорвался с места. Короткий бег, прыжок. На лету чуть поворачиваюсь, и огненные концы плетки пролетают мимо моего лица. А в следующий миг наши тела сталкиваются, я валюсь сверху на княжну. Нещадно бью боковыми свою возлюбленную. Милая, прости, но мне во сто крат больнее, чем тебе. У тебя хоть есть ментальная защита, в отличие от моего сердца. Ксюша пытается огреть меня файерболом, но промахивается. Мне приходится хорошенько ее стукнуть об пол, чтобы она занялась контролем защиты и бросила мысли о нападении. Какое-то время Ксюша лишь терпит побои своего мужа. Конечно, не всё так жутко, я утрирую. Ментальная броня защищает ее прекрасное лицо, корпус тоже защищен. Но бить ее мне надо, а то сам получу плетью по фейсу.
— Ладно, детишки, заканчивайте, — прерывает наш бой Кали. — А то вы уже не деретесь, а неприлично третесь друг о друга.
— Мама! — краснеет Ксюша и вовсе не от горячки боя.
Я соскакиваю с княжны. Ноги ватные, лёгкие с трудом обрабатывают поступающий воздух. Всё же та кружка «Бетономешалки» была лишней. Магнетизм еще недостаточно перестроил и укрепил организм, чтобы уминать Сырье за обе щеки.
— Продолжим? — восклицает Ксюша, ее глаза странно горят. Похоже, ей понравилось проводить время со своим мужем. Ну и славно, я тоже готов растянуть это прекрасное время.
— Как прикажете, Ваша Светлость, — вскидываю я руки в бойцовской стойке.
Мы с Ксюшей смотрим друг другу в глаза. В то же время я ощущаю на себе пристальный взгляд Астры.
— Я тоже хочу с ним поспарринговаться, — неожиданно заявляет Царица поля.
— Да ты что? — будто бы удивляется Кали. — Интересное желание. Но, как видишь, Арсений не совсем в форме. Ксюша с ним не развлекается, а помогает вытренировать организм, чтобы он быстрее перешел на следующий уровень живы.
— Ваша Светлость, — обращаюсь я к княгине. — Ничего страшного, пускай Астерия Аретмовна выйдет на арену.
— Эй, но мы с вами не закончили, — запротестовала Ксюша, уперев руки в бока.
— А я этого и не говорил, Ксения Артемовна, — киваю. — Я готов уделить время обеим столь прекрасным дамам.
Наступает тишина. Княжны переглядываются в шоке, Кали фыркает:
— Сразу с двумя? Да еще под Сырьевым кайфом? А не помрешь?
— Этот молодой человек просто недооценивает дочерей Бесоновых, мама, — возмущается Астерия. — Разреши мне выйти на арену и показать, как сильно он ошибается.
Кали качает головой.
— Мне кажется это глупой идеей. Пускай Ксюша еще пять минут отработает, и Арсению хватит, ему уже пора на боковую.
— Ваша Светлость, — настаиваю я. — Вам не о чем волноваться. Я прекрасно чувствую свое тело, мой предел еще далеко.
Кали хмурится, но молчит. Опытная княгиня, несмотря на свирепый характер, осознает мое право решать самому за себя.
— Далеко, значит? А вы точно Воин? — не верит Астра. — Слишком уж круто для обычного жива-юзера.
— Главное — воля и наши желания, — отвечаю. — А вовсе не ранги.
— И какое ваше желание? — спрашивает Ксюша.
— Угодить столь замечательным барышням, — кланяюсь по-позерски. — Ну что, сударыни?
— Можно, мама? — Астра оборачивается на Кали.
Та, усмехнувшись в мою сторону, приглашающе машет рукой.
— Раз господин Беркутов столь щедр, чего бы и не да, правда? — смотрит она заинтересованно на меня. — Но вы, девочки, тоже постарайтесь уж.
— Конечно, мама, — оскаливается Астра, заходя на арену. — Я уж постараюсь.