Мой обман (СИ)

— Золотое блюдце, оно эксклюзивное и точно не каждый будет им пользоваться. Не прибедняйся. Оно изначально в неравных условиях с обычным фарфором.
Меня бесит его принципиальность и неоспоримость. Его однозначность и непоколебимость. Но я все равно готова мириться с этим, если бы он только дал мне хотя бы одну зацепку, что я могу что-то вернуть.
— А если в комплекте ещё что-то с браком попадется, то и подавно ты даже рассматривать не будешь, — я кидаю ему и отворачиваюсь к окну.
Это бессмысленно. Разговор, который не приведет ни к чему. Просто каждый обозначил свою позицию. И если я готова делать шаг навстречу, то он только отдаляется от меня в ответ.
Впервые за наш разговор чувствую, как Миша разворачивается ко мне и рассматривает.
— С каким браком?
С беременным браком… Так и хочется выпалить в ответ, но я сдерживаюсь. Раз он так, то я тоже не буду откровенничать. Фигушки он узнает, что возможно станет папой.
— Кажется, наш магазин уже. — Киваю на высокое серое здание, игнорируя его вопрос. Ответ на него он может получить, если очень этого захочет и утопит свою принципиальность.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Миша молча паркуется. Я выхожу одновременно с ним, не заставляя ждать или открывать мне дверь.
Этот торговый центр я и сама не раз посещала. Я надеваю солнечные очки и поправляю волосы, расправляя их на лицо. Меньше всего я хотела бы сейчас встретить кого-то из знакомых.
Я иду за Мишей, стреляя взглядом из стороны в сторону, пытаясь предотвратить возможность встретить знакомых.
— Миш, давай сюда зайдем, в этом магазине большой выбор посуды.
Он отвечает легким кивком.
— Лерка, — слышу за спиной голос и мы синхронно с Мишей оборачиваемся на него. Я едва успеваю оглянуться, как девушка с выбеленными веснушками кидается мне на шею. Сама же внутренне вздыхаю.
— Привет, — кидаю ей и отстраняюсь. Собственно, кого еще можно было тут встретить, как ни дочь владельца этого самого центра?!
— Алина, — девушка протягивает руку Мише, сама с ним знакомясь.
— Михаил, — ее ладонь в его руках и я сейчас понимаю Веронику. Даже представляю, что творится у нее в душе в такие моменты. Когда хочется встать между ними и запретить ей так смотреть на него. Он не миллионер и точно ей не нужен, если только развлечение на пару ночей. Я понимаю ее, как никто, потому что сама думала раньше также.
— Говорили, что ты теперь в Китае живешь, замуж там собралась, — она спрашивает у меня, но дарит улыбку Мише. Интересно, она это делает специально? Вклинивает между нами Китай? Или неосознанно показывает, что она в России и замуж ни за кого не собирается?
— Я вернулась.
— Давно? Что-то тебя в клубах не видно последнее время?
— Работаю, — пожимаю плечами и собираюсь попрощаться, но Алина снова цепляет вопросом.
— А что у отца твоего, папа говорил, что у него дела не очень идут?
— Я не лезу в дела отца.
— Что-то ты поправилась, Лера, — я даже чувствую, как она втягивает воздух, выпячивая грудь и убирая лишнюю воздушность в области талии. Ну не при Мише же пререкаться с ней. Понятно, что она хочется выглядеть лучше за счет выставления моих недостатков. И я растущего во мне человека вряд ли смогу также заставить сжаться.
— Ты как всегда наблюдательна, — парирую в ответ и усмехаюсь, даже не пытаясь быть другой. Доказывать очевидные вещи бессмысленно. Я действительно забросила тренажерный зал и фитнес, а мое беременное положение никак не вписывается в план похудения.
— Слушай, заглядывай ко мне в бутик, я новую коллекцию привезла из Европы. — Она скользит взглядом по моим джинсам, в которые я пока помещаюсь. Если бы она знала, что они вообще с рынка, то и разговаривать бы не стала со мной.
— Хорошо, рада была встретиться, — натягиваю улыбку и перевожу взгляд на Мишу, — кажется, нам пора?
— И я, — прикусывает губу подруга, — а вы как, встречаетесь? — бесцеремонно клеит мужчину рядом со мной.
— Нет, мы коллеги, — встревает Миша. — И мы тут по делу. Торговать дорогой одеждой из Европы для нас слишком скучно, мы продаем свои знания и навыки. Алина, мы действительно спешим, всего доброго. — Миша ставит точку в нашем диалоге. — Валерия, пойдемте. — Его ладонь ложится мне на поясницу и подталкивает меня к выходу.
 
— Пока, — я киваю псевдо-подруге через плечо и мы уходим вглубь магазина.
Миша молчит, хотя, уверена, мысли о ней крутятся у него языке.
— Ты мог и не заступаться, я бы сама справилась.
— Знаю, — поясницу больше не греет его ладонь, — я просто сделал это быстрее. Как оказалось, у меня есть опыт общения с такими дамами, — Миша сворачивает в отдел с посудой. Общение с такими дамами — это он про меня что ли?
— Ты на что намекаешь?
— Ты правильно поняла, — усмехается и берет кружку с полки. — Может, такие взять?
Даже то, что я понимаю, что это напоминает меня, не делает проще. Мог бы и промолчать. Ну я ведь не веду себя теперь так.
— Лучше возьми такие, — подаю ему красные в белый горошек. Он раздумывает. Такой догадливый, но намек не понял. — Из них как раз хорошо яд пить. А то глядишь, у тебя скоро закончится и понадобятся еще дополнительные дозы.
Миша рассматривает кружку, раздумывая о чем-то своем, а потом опускает кружку на полку и разворачивается.
— Хочешь сказать, что я соврал? Или ты просто первый раз себя со стороны увидела?
Ну я же меняюсь или мне только хочется так думать?! Это ведь не прекратится никогда. Всегда он будет видеть ту Леру, с которой он был до этого. Хотя говорил, что любил. Ту любил.
— Почему ты такой? — Я не сильно касаюсь кулаком его плеча, сдерживая свою силу и эмоции на людях.
— Какой такой? — Иногда мне кажется, что своим спокойствием он чего-то добивается от меня, только я никак не пойму чего.
— Принципиальный и равнодушный. Что я еще должна сделать?
— Смотря чего ты хочешь достичь, — Боковым зрением скользит по моему лицу и идет дальше вдоль ряда, рассматривая посуду. — Если вернуть меня, то можешь не стараться. — Обрушивает на меня свою правду как цунами и одновременно приводит в чувства.
— Один же раз смогла, — усмехаюсь в ответ. Раз он решил поговорить об этом без подтекста. — Вот эти ничего, — указываю на кружки среднего объема и классической формы.
— Кажется, ты что-то путаешь, это я тогда все сделал, чтобы тебя соблазнить и у меня получилось. Ты не прикладывала никаких усилий, потому что ты по жизни не прикладываешь никаких усилий.
— Хорошо, я тебя поняла, — смотрю ему в глаза. Горло сводит от желания расплакаться. Он знает, как сказать, чтобы приземлить. Но и я знаю, чем ответить. — Не пожалей потом.
Он не знает того, что знаю я. И Миша обязательно узнает о беременности перед тем, как я найду способ заработать денег и оставить этот город и тех, кто не особо горит желанием впускать меня в свою жизнь.
— Давай остановимся на этих кружках, мне нравятся.
Я переключаюсь на предмет нашей поездки. Откуда только беруться силы не психануть и не разнести вдребезги полмагазина, и не одеть ему на голову кувшин для сока…
Кружки мы выбрали. На этом наше общение закончилось. До работы мы ехали молча. Откровенничать больше желания не было. Да и было более чем понятно, что ему это не надо. Хотелось, конечно, думать, что он просто проверяет меня и мою настойчивость, но после разговора в магазине захотелось забить на все и сосредоточиться на своем будущем.
И я все больше склонялась к мысли, что мне надо оставить этот город. Все меньше было тут людей, за которых я могла держаться, чтобы не утонуть. Сегодня вот еще один добровольно отпустил мою руку и показал, что не дорожит этим.
Привязываться к определенному месту, как и к людям, слишком шатко. Надеяться в своей жизни можно только на себя. Поэтому вместо того, чтобы читать и смотреть передачи про беременность, я перерывала интернет в поисках удаленной работы. Искала профессию, в которой я могла бы преуспеть и жить при этом хоть в Америке, хоть в Гималаях. Не зависеть от Миши или кого-то другого. Пусть отец и говорил, что я ничто в своей профессии, но никто ведь не запрещает залатать дыры в знаниях и получить все, что надо, для работы.