Стать сильнее (СИ)

— Ты Ушаков, — сухо ответил я. — Не думаю, что кто-то из этих девиц посчитает тебя плохой партией. Вот только, как у наследника не первой линии, ты имеешь хоть призрачную надежду на выбор.
— Вот только не надо так громко завидовать, — он пожал плечом и сделал небольшой глоток.
— Кстати, а тебе разве не положено сейчас находиться в кругу друзей, не связанных никакими обязательствами, в отличие о нас, и обсуждать прелести присутствующих дам? — воспользовавшись паузой спросил Вольф.
— Нет, потому что я как раз с поручением, — протянул Егор. — Мне приказано не прошляпить момент и первым поздравить Костю, когда он сделает предложение. В очередной раз показав, какие мы проницательные и своевременные. Ну и подарок от клана Ушаковых подарить, не без этого.
— Ты хоть понимаешь, что это подло? — спросил Вольф. — Стоянов имеет с вами на паях большое производство и поэтому твой прадед не мог не знать о предстоящем слиянии кланов. Но, Ушаков, другие-то этого даже теоретически не могут знать, потому что такие вещи обычно стараются хранить в тайне.
— Ну почему же? — Егор задумчиво посмотрел, как шампанское переливается, заставляя сверкать грани хрустального бокала, в который оно было налито. — Ты же знаешь. Хотя у тебя никаких дел со Стояновыми нет и в помине.
В этот момент его заткнул распорядитель, объявивший о прибытии императора. Начались официальные мероприятия, за которыми многие, в том числе и я, наблюдали очень внимательно. Ведь именно на таких вот заранее спланированных и подготовленных мероприятиях можно увидеть весь политический расклад на сегодняшний день.
— Господа, приготовьтесь, — к нам подошёл распорядитель и начальник охраны, который протянул Вольфу шкатулку. Шкатулка была без лишних украшений, черная довольно скромная и строгая, идеальная. Даже выбор шкатулки, в которую Вольф запихал трубку, указывал на его почти безупречный вкус. — Время, — распорядитель подтолкнул нас вперед к стоящему не слишком далеко императору и громко объявил. — Юрий Вольф и Константин Керн представляют свой продукт, выпущенный ими на рынок самостоятельно.
— Я слышал про то, что ваш продукт произвёл фурор, — в мягком баритоне императора появились смешки. — А ещё я наслышан, что вы сами, господа, празднуя этот фурор, умудрились произвести ещё больший. — Я почувствовал, как кровь прилила к ушам, а Вольф наоборот побледнел до состояния приведенья. — Ну же, господа, смелее. — И он сделал приглашающий жест рукой.
Мы с Вольфом переглянулись, и Юрка выступил вперед, открывая крышку шкатулки.
После быстрого представления и подарка, мы сделали шаг назад, а император снова нас удивил. Он вытащил трубку, повертел её в руке, потом подозвал нас жестом и попросил инструкцию по пользованию. Внимательно выслушав, он кивнул, и сунул трубку в карман, а пустую шкатулку передал распорядителю. По залу пронесся рокот, словно кто-то тронул улей с дикими пчёлами. После чего вперед вышел дед со своим обращением. Михаил милостиво кивнул, протянул руку, и в неё вложили перевязанный лентой документ, который он вложил мне в руку. Я принял документ и склонил голову в почтительном поклоне. Рокот усилился. И тут Егор поднял руки и несколько раз громко хлопнул. Заметив мой взгляд, он криво усмехнулся, и тут Вольф подхватил его жест. Через мгновенье я отошел в сторону, получив приличную порцию аплодисментов. И только после этого посмотрел на часы, вместо отведенных нам десяти минут, мы провели рядом с императором семнадцать.
— Всё прошло прекрасно, — дед встал возле меня и несколько раз обмахнулся рукой. — Пойду освежусь, да посплетничаю с такими же старыми пердунами, — и он пошел к выходу из зала. Как я уже знал, там было открыто ещё несколько комнат, где дамы могли передохнуть и поправить наряды и причёски, а мужчины посидеть за партией в карты.
— Это было впечатляюще, — ко мне подошел, улыбаясь улыбкой змеи человек, держа в руке два бокала. — Позвольте поздравить со столь удачным представлением ко двору, — и он протянул мне один бокал.
 
Я взял бокал автоматически, пытаясь вспомнить, или хотя бы предположить, кто передо мной. А он тем временем, отсалютовав мне бокалом сделал большой глоток. Я же с подозрением посмотрел на шампанское. Затем решительно поднёс бокал ко рту. Не отравить же он меня хочет, на самом деле. Жидкость полилась мне в рот, и сглотнул я уже нечто, напоминающее лимонад, вот только, лишенный градусов напиток, был отвратительный. Но я сдержал гримасу отвращения и прямо посмотрел на незнакомца, который наблюдал за мной с каким-то нездоровым интересом. Я же, демонстративно допив до конца, поставил бокал на поднос снующего в толпе официанта.
— Я не думал, что наши в общем-то скромные успехи приведут к таким ошеломляющим успехам, — ответил я ему, заметив на лице незнакомца тень разочарования. Что ты хотел увидеть? Ну не то, что я могу с одного бокала окосеть, правда ведь?
— Ваше высочество, его величество подзывает вас. Скоро вы будете произносить речь, — к нам подошел распорядитель и поклонился моему собеседнику.
— Ну что же, приятно было познакомиться, — и Великий князь Павел отошёл от меня. я понял кто это, как только распорядитель обратился к нему. Это был дядя императора, его наследник и один из двоих, кто мог титуловаться высочеством. Ещё один — это его сынок Васька, который, если станет когда-нибудь императором, то, боюсь, не доживёт до коронации. Его собственная охрана когда-нибудь удавит.
— Что хотел от тебя Великий князь? — ко мне подошёл Егор, глядя с явной неприязнью в спину уходящему Павлу.
— Честно? Понятия не имею, — я повёл плечами, сгоняя напряжение. — Поздравил, вина предложил. Странно это как-то.
— Да, странно. — Егор повернулся ко мне. — Ну что, когда будешь делать предложение? А то я всё-таки хочу хоть немного расслабиться и повеселиться.
— Когда бал начнётся. Я пока вообще не видел Анну. Может её здесь и нет, — для наглядности, оглянулся по сторонам и тут же увидел Стоянову. Она стояла, как я и предполагал в кружке других девчонок и о чем-то весело с ними переговаривалась.
— Ну, ладно, тогда я прошвырнусь по залу, поищу знакомых, — и Егор растворился в толпе, а я остался один, внезапно осознавая, что, по сути, никого не знаю во всём этом море людей. Наверное, только Вольфа и Ушакова можно назвать моими приятелями.
— М-да, как-то неловко вышло, — пробормотал я, и пошёл по залу, чтобы хотя бы попытаться найти знакомых, с которыми можно было бы перекинуться парой слов.
— Ну что, Виталий Павлович, поздравляю, Костя весьма достойный молодой человек, — я как можно незаметнее шагнул за колонну и принялся слушать, о чём говорят мой дед и император.
— Да, Виталий, парень получился, что надо, — голос Великого князя мне определенно не нравился. Какой-то скользкий, словно угорь.
— Благодарю за высокую оценку, ваше высочество, — Сухо поблагодарил Павла дед.
— Ты хотел что-то сказать, Виталий? — император говорил благосклонно, наверное, накатил стаканчик, чтобы не рехнуться от всего того, что происходить вокруг. Каждый год, практически одно и тоже, с очень редкими изменениями.
— Да, ваше величество, я хотел бы обратиться к вам с просьбой, инициировать проверку на складах Второй армии, под командованием генерала Рыськова, — спокойно ответил дед. — Мне поступила информация, что он может быть замешан в краже телепортов.
— Этой информации можно доверять? — император нахмурился. — Генерал Рыськов никогда не вызывал у меня подозрений и всегда оставался на хорошем счету.
— Эта информация была получена в ходе допроса покойника. А, как известно вашему величеству, мертвец не может противиться воле призвавшего его некроманта, — сохраняя спокойствие ответил дед.
— Да, такие подробности мне известны, — протянул Михаил. — Кем был покойный?
— Снежин, ваше величество, вам докладывали, что его клан решил грубо нажиться на обмане клана Ушаковых, — всё так же спокойно отвечал дед. Сейчас, когда всё, зачем он сюда пришел, было выполнено, и он уже успокоился в кругу старинных приятелей, можно было и не волноваться, и спокойно выполнить просьбу внука инициировать расследование на самом высоком уровне.