Стать сильнее (СИ)

Опустившись на колени, я глубоко вздохнул, и сунул руки в обжигающую воду, одновременно активируя дар. Сейчас, когда первоначальная стихия блокировала все проявления сторонних стихий, а дар усилился многократно, я мог работать, не боясь, что меня поджарят скрытые за водной маской угольки.
Я ещё никогда не погружался в дар воды так глубоко. Всё, что я от него брал до этого, было настолько поверхностно, что сейчас мне казалось, будто я осваиваю стихию чуть ли не с нуля. Ловушка не была слишком сложной, но, чтобы распутать все сплетения и высвободить искры огня, чтобы потушить их, тем самым деактивируя саму ловушку, нужно было попотеть. Расплетая навороченные узлы я всё глубже и глубже погружался в саму суть окружающей меня стихии, что пропустил тот момент, когда сам почувствовал себя её частью. Сразу же перестало ломить замерзшие руки и колени, к которым через плотную ткань джинсов просочилась вода. Теперь я видел все забитые в матрице заклинания настолько ясно, что только удивлялся тому, почему раньше не замечал подобных нюансов. Ловушка слетела мгновенно, и я ещё и убрал с благородного метала все её следы. Просканировав оставшиеся заклинания даже поправил какой-то мелкий недочет, после чего отпустил дар.
Сразу же заломило руки, да так, словно я их не в холодной воде держал, а в костер сунул. Схватив матрицу, я со стоном поднялся и, развернувшись, столкнулся с Ириной. Она наблюдала за моими действиями, напряженно закусив нижнюю губу.
— Всё, принимай работу, — я протянул ей матрицу, отметив, что рука слегка подрагивает.
— У тебя глаза синим светятся, — как завороженная проговорила Ирина, не сводя с меня пристального взгляда.
— Побочный эффект от сильного напряжения дара. Забирай, или тебе матрица уже не нужна? — Ира машинально схватила пластину и её теплые пальцы скользнули по ледяной коже моей руки.
— Господи, ты замерз, — я почувствовал, как по моей мокрой одежде прошел теплый воздух, высушивая её, а коленям сразу стало тепло и хорошо. Да, бытовыми чарами Ирина владела на высоком уровне.
Ирина быстро сунула матрицу в карман. После чего расстегнула пальто, и схватив мои руки прижала их к себе вздрогнув, когда холод, просочившись даже сквозь одежду, достиг разгоряченной кожи. Чтобы не выпускать тепло, Ира прижалась ко мне. Налетел шквал ветра, и девушка покачала головой.
— Нет, так не пойдет. Пошли скорее в эллинг, там тепло, — и она бегом бросилась к теплому помещению, таща меня за собой. Я не особо сопротивлялся, прекрасно понимая, что она это делает для того, чтобы не терять времени. Чем быстрее руки согреются, тем большая вероятность того, что всё пройдет без особых последствий, которые нужно будет лечить у целителей, возможно даже в клинике.
В эллинге Ира снова распахнула пальто и прижалась ко мне, буквально вынуждая расположить руки на своей спине, щедро делясь теплом своего тела. Сначала я думал, что ничего не выйдет, и я никогда не согреюсь. Но потом ладони начали отогреваться, и я почувствовал боль, которая начала нарастать, да так стремительно, что я застонал, и уткнулся Ирине в плечо покрытым холодным потом лбом. Чтобы отвлечься от боли, начал думать о том, что, в общем-то, благодарен Анне. Все-таки простые работяги не могли пострадать, как и Ирина, она просто не смогла бы активировать ловушку. Просто эта хитрая штуковина блокировала работу матрицы, и расчет был на то, что Леймановы просто не смогут запустить производство, что они не смогут вовремя найти мага воды и загубят хотя бы одну весьма дорогостоящую яхту. Я же, благодаря этой стерве вышел во владении водой на новый уровень. Правда, регулировка температур в этот уровень не входила.
Ира пошевелилась. Ей было неудобно, я навалился на неё, скорее всего, причиняя боль. Подняв голову с её плеча, и делал пару шагов, заставляя её попятиться, чтобы она прислонилась к стене. Руки уже обрели чувствительность. Коже слегка покалывало, но она уже не болела, и я мог бы убрать руки от тела всё ещё прижавшейся ко мне девушки, но не сделал этого. Наши взгляды встретились и я увидел в её отчаянную решимость. Это подействовало на меня весьма странным образом.
 
— Мы об этом пожалеем, — даже не понимая, кому я это сказал: ей или себе, я вжал её в стену и мои руки принялись блуждать по её телу, в то время как губы прижались к её губам. Когда поцелуй начал выходить из-под контроля, я отодвинулся, тяжело дыша и резко запахнул на Ирине пальто. — Поехали ко мне. Я сегодня устал, жутко замерз, напрягал мозги до головной боли, и мне положена компенсация.
— Да, — просто ответила Ира, а в её карих глазах я увидел своё отражение.
Только мысль о том, что я сейчас получу всё, что хочу, позволила доехать до отеля, соблюдая хотя бы видимость приличий, чтобы не провоцировать на разные нехорошие мысли её водителя.
— Подожди меня, — коротко приказала Ира, и водитель, кивнув, припарковал машину на стоянке, приготовившись ждать, если понадобится до утра.
Стараясь не бежать и не тащить Ирину за собой, я вполне чинно вошел в холл, пропустив её перед собой, когда швейцар открыл перед нами дверь. А вот в самом холле нас ждал большой сюрприз в виде Армена, который мерил шагами этот самый холл, периодически поглядывая на дверь.
— Что бы ты не придумал, мне некогда, — я решил пройти мимо управляющего, но не тут-то было.
— Вам нужно обязательно присутствовать на сегодняшней дегустации, Константин Витальевич, — он заломил руки, и смотрел на меня таким взглядом, словно от этого зависела его жизнь. — Сегодня последний день конференции, и председатель — Джакомбо Нобиломо узнал, совершенно случайно, что в отеле находится Керн. Я говорил ему, что вы заняты делом, хм, — он внимательно осмотрел Ирину, а потом повернулся ко мне. — Да, и теперь я вижу, что дело чрезмерной важности, но господин председатель настаивал. Даже просто не заглянуть и не поздороваться — это очень плохо для репутации и для бизнеса. Очень плохо. А делом можно и на дегустации заняться, оно от этого только лучше пойдет. Создаст должное настроение, так сказать.
— Я от тебя не отвяжусь, даже, если уволю? — я на мгновение прикрыл глаза. Моя мечта о пенной горячей ванне с обнаженной Ириной в качестве десерта, похоже, откладывалась.
— Вы можете меня уволить, и даже выбросить в окно, но я не позволю вам поступить так опрометчиво со своим будущим, — подняв палец вверх произнес Армен. — Да и Давид сегодня такую шаурму приготовил, я сам и господин Нобиломо уже по пять штук съели.
— Что у вас с Гагиком за странная мания насчет окон? — я поморщился. С одной стороны хотелось послать его куда подальше. С другой, если про меня слухи как про отвратительного хозяина будет распространять один из производителей вин с мировым именем, это действительно не слишком поможет моему развивающемуся отельному бизнесу. Я повернулся к Ирине. — Ну что, пойдем, выпьем по бокалу вина и поздороваемся с весьма уважаемыми господами?
— Думаю, тебе это может пойти на пользу, — ответила она, я лишь хмыкнул при этом.
— Вот я не думаю, а уверен, что всё закончится плохо. Да, надеюсь, ты знаешь хоть один иностранный язык, а то нам с этими уважаемыми господами жестами придется объясняться, — Ирина хихикнула, и положила ручку на локоть моей согнутой руки. Армен вздохнул с явным облегчением и пошел перед нами, показывая дорогу к ресторану, чтобы мы, ни приведи боги, не заблудились по дороге.
 Глава 6 
Я потянулся за очередным пакетом и приставил его ко рту. Пару минут сидел так, ожидая извержения желудка, но, кажется, на этот раз пронесло. Закрыв глаза, я убрал руку с пакетом ото рта и откинулся на высокую спинку сиденья, оснащенную удобным подголовником.
— Бедный, — тихонько пробормотала Ирина, но обостренный до каких-то невероятных величин слух позволил мне прекрасно расслышать её бормотание. На покрытый потом лоб легла холодная влажная тряпица, и я только не застонал от наступившего сиюминутного облегчения.
Приоткрыв один глаз, покосился на вставшую передо мной на колени девушку, которая такой восхитительно прохладной рукой провела по щеке. Интересно, а ей вообще не противно прикасаться к провонявшему перегаром, потоми хрен знает, чем еще, куску определенной субстанции, какой я являюсь на данный момент.