Тело, душа и магия (СИ)

Основательно обдумав мельчайшие детали и собравшись, они вышли ночью. На путь туда-обратно им отводилась неделя: так, оставшаяся часть команды будет знать, когда нужно начинать что-то предпринимать. Пьер рассчитал, что если передвигаться в прохладное время суток, то им потребуется гораздо меньше воды. Следовательно, отдыхать выгоднее днём. Ведь пока ничего не отличало степь дневную и степь ночную. Кроме тепла и картины над головой.
И так они выступили.
Час за часом, минута за минутой — время текло медленно, неспешно, нестерпимо затянуто. Степь его поглощала, как бесконечная земля — почва — впитывает растёкшуюся лужу воды — бесформенную, жалкую и лишённую всякой красоты. Пустота этого неведомого края извращала всё, и даже само время — одна из самых могучих стихий — поддалось, сломалось.
Взгляд приковывало одно — здания, рукотворные, спасительные. Сама возможность того, что они спасут — спасительна. Она оставляла место надежде, осветляла путь. Путь, и без того наполненный неясностями, туманностью грядущего.
Однако — высшая степень абсурда — Экс именно в тот миг задумался о будущем гораздо сильнее и основательнее, чем ранее. Ранее считая, что будущего у него нет, теперь он верил: оно есть — полное тьмы и тумана — но есть.
Как же неясно, инопланетно здесь себя ощущать…
Наверное, окажись Экс в совершенно ином, отличном от родной планеты месте, он чувствовал бы себя гораздо уютнее. Например, попади он в лес разноцветных деревьев или зе́мли, где вместо деревьев росли грибы — да, тогда бы он осознавал всю «потусторонность» своеобразного другого мира. А здесь… Степь, при всей своей безжизненности, походила на самую обычную степь его родной планеты.
Но эта пустота, эта бездушная, замершая картинка — она создавала ощущение, что Экс едва заступил за грани привычки, но не перешёл её. От неопределённости возникал неуёмный мысленный зуд. Зуд, выводящий из равновесия больше, чем абсолютная потерянность.
В конце концов, к рассвету они разбили лагерь. Экс даже в какой-то мере растерялся: в месте, где ничего не отличается, был ли выбор? С одной стороны, слишком огромный выбор, с другой — варианты-то ничем и не отличались. Поэтому палатку развернули, прямо где стояли. Даже мысли не промелькнуло: а что, если поставить на пару шагов дальше?
И вот, уже через пару минут — длившихся часы — они расселись на песке друг напротив друга. Юн Ги — рядом с Клопштоком, они тихо переговаривались на свои темы, Эксу не знакомые. Какие же эти двое юные… Им бы сидеть в Академии, заниматься любимыми делами и вот так болтать о ничего не значащих глупостях. Но зачем-то они — здесь. Напротив Экса, с трудом пережёвывают вяленое мясо.
В какой-то момент хвостик Юн Ги игриво скользнул около сапога капитана, словно владелица надеялась, что её не заметят. Экс подыграл, но когда кончик едва приподнялся, он несильно прижал хвост рукой.
— У-у-у… Ну вот! — разочарованно вздохнула Юн Ги.
— Я всё-таки не растерял навыков со службы, — усмехнулся Экс, запивая сухость во рту.
Молчание. Клопшток бросил на Экса настороженный взгляд. Приревновал?
— Капитан Экс-са-а-ан, — вдруг протянула Юн Ги, по-девичьи ложась на живот и подпирая голову ладонями, — давайте поговорим.
— Мне кажется, твой возлюбленный меня за это прикончит, — признался Экс.
— Да нет, капитан! Вы обо мне такого плохого мнения? — театрально закатил глаза Клопшток.
— Ну, судя по тому, как ты последние пару минут пытался прожечь во мне дыру…
— Не волнуйтесь, — перебила его вдруг Юн Ги. — Клопшток просто вам не доверяет!
Клопшток? Без приставок и уточнений? Экс в лонгском языке не разбирался и мог только предположить, что это значило какую-то привязанность.
Но что больше его удивило, так это прямота Юн Ги.
— Милая Юн Ги, могут ли у твоего любимого быть секреты? — приторно-сладко произнёс Клопшток. Но его рыжая бровь, тем не менее, подёргивалась.
— Но Клопшток! Разве сейчас это важно? — склонила голову она.
— Это всегда важно, милая Юн Ги. Оставь своему дорогому и сильному право разобраться самому.
 
Экс усмехнулся. Клопшток умел подбирать слова!
— Что же вы в этом находите смешного, капитан? — спросил он так едко, что хотелось лишь пуще расхохотаться.
— Я просто радуюсь за вас. И немножко завидую.
Оторвав зубами кусок мяса, он вдруг поймал на себе взор Юн Ги.
— Капитан Экс-сан! Вы всегда так говорите, будто вам не тридцать, а три раза по тридцать, — надула щёчки она.
— По ощущениям мне действительно три раза по тридцать, — неловко отозвался он.
— Ну-у-у! Вы это зря, капитан, — добродушно улыбнулась она. — В вас же находятся силы для приключений. Значит, не так уж вы и стары!
В глазах её плясали искорки. Экс бы даже сравнил…
Нет, совсем не похожи с мелкой. И дело было даже не в том, что Юн Ги намного старше мелкой. Нет, вовсе нет. Скорее… Детская непосредственность у них была одна. Та, к которой проникаешься.
— Я бы назвал это злоключениями, — расплывшись в улыбке, ответил Юн Ги Экс.
— Если уж вы чувствуете себя таким старым, то зачем вам вся эта непонятная авантюра сдалась? — скептично вскинул бровь Клопшток. — Не проще было дома остаться?
В противоположность Юн Ги, всегда подозрительный, наблюдательный. Но по сути тот же ребёнок, только пытающийся что-то всем доказать.
Наверное, этим они и подходили друг другу.
— У меня был договор с Неизвестным, — признался Экс. — Я должен был возглавить корабль, а он обеспечит безопасность моей племяннице.
— Ха! У директора на всё своё понимание, — усмехнулся Клопшток. — Думаю, безопасность — не исключение.
— Но выбора у меня не было. Если вы так не доверяете директору, то зачем отправились тогда? — парировал Экс.
Юн Ги и Клопшток обменялись недоумёнными взглядами. Может, Экс подобрал неверный момент, чтобы выяснить у них причины? Но до полёта к этому дискуссия не располагала, так что…
— Ну… «Чудные» и Клопшток поехали, вот и я поехала.
Прямолинейно. Но на самом деле Экс чего-то подобного ожидал.
— Я хотел стать первым поэтом новой земли, — выдохнул Клопшток. — Но теперь стану разве что первым на съедение этими мерзкими тварями.
Он, видимо, сам не замечая, раздражённо вкопал кружку в песок.
— Это должна была быть мирная миссия, — объяснился Клопшток. — Но получилось… Что получилось. Наша ошибка.
— Чем же? Я, честно говоря, не очень разбираюсь… — протянул Экс.
— Я тоже, — пожал плечами Клопшток. — Механичка мне что-то рассказывала, но я не до конца понял. Она объяснила, что эта планета была выбрана по каким-то «признакам совместимости». — Он изобразил пальцами кавычки. — Насколько я понял, это означает, что здешняя природа может дать нам всё, в чём мы нуждаемся.
— Я слышал, что был проведён анализ местной природы, — вспомнил Экс. — Но как они тогда упустили чудовищ, тени?
— Пьер сказал, что это погрешность вычислений! — воскликнула вдруг Юн Ги, будто привлекая к себе внимание.
Экс недоумённо нахмурился.
— Дело в том, что мы столкнулись с материями, о существовании которых даже не знали, — пояснил Клопшток. — Предполагалось, что анализ должен был их засечь, но…
— Но?
— Но вот так вышло! Капитан, я не знаю этих подробностей, вопросы не ко мне.
Встряхнул кружкой так, что оттуда выплеснулась вода. Прямо на его штаны. Юн Ги потянулась, но он отстранился.
Он раздражён. Зол… Нет. Напуган.
— Послушай. Выяснять, как так вышло, уже поздно, — постарался держаться спокойно Экс. — Думаю, Пьер уже думает над этим. А нам пока нужно следовать плану.
— Чего стоит план, когда мы сталкиваемся с чудовищами, о существовании которых даже не догадывались? — всплеснул руками Клопшток. — Я… Мы не можем им противостоять!
— Н-но… — пролепетала Юн Ги.
— Юн Ги, если бы Джант всё-таки придумал способ, они бы не сгинули там!.. — вспомнил Клопшток выходку модераториев. А заодно вспомнил и Экс…