Тело, душа и магия (СИ)

– Хорошо, – отрешённо произнёс Экс, отчаянно пытаясь проснуться. – А что сейчас уважаемая Элизабет делает в нашем доме?
– А… Я не хотела мешать! – пискнула та.
– Вы не мешаете. Я просто хотел узнать.
– Элизабет принесла вам завтрак, – сообщил Неизвестный. И впрямь: у неё за спиной висела небольшая корзинка. – А ещё она занимается уборкой.
– Мастер…
– А, да-да. Капитан Экс! – хлопнул в ладоши директор. – Представляю вам первого члена вашей команды!
Экс слегка опешил, уставившись на жмущуюся Элизабет. Голем? Зачем им голем?
– Как я вчера уже сказал, големы занимаются уборкой, готовкой и прочими простыми обязанностями, – напомнил Неизвестный. – Элизабет будет обслуживать корабль «Черепаха»!
Корабль «Черепаха»…
Вчера Неизвестный преподнёс им неоднозначные новости. Расовое разнообразие не зря намекнуло Эксу, что корабли собирались разделить именно по принадлежности к определённой стране, определённой культуре.
Семь кораблей. Один из них – корабль «Черепаха» – как отражение Черепаховой Академии собрал вокруг себя целый букет из иностранцев. И Экса назначили его капитаном.
Прежде Эксу даже разговаривать с иностранцами не приходилось. Обычный паладин, куда ему? Только берам проклятия выкрикивать мог, а так. Почему же его всё-таки выбрали?
Наверняка та же Храбрая на эту роль подходила лучше. Но она почему-то стала капитаном «Грифона» – корабля эллиадцев – и главным капитаном по совместимости. И это вовсе не означало, что её сокомандники могли отдавать приказы другим кораблям. Из-за зеркала к ним пришла очень правильная в таком случае «поговорка»: «Вассал моего вассала – не мой вассал». Это означало, что соподчинение в системе было последовательным: в их случае, капитан Храбрая могла что-то приказать капитану другого корабля, а тот, в свою очередь, своим подчинённым.
– Очень приятно познакомиться, Элизабет. Буду рад с вами работать, – произнёс Экс, кланяясь. Её ответный реверанс выглядел так, что Эксу на мгновение показалось, будто Элизабет падает. Но – слава Эллиаде – она встала.
Вдруг Экс почувствовал на спине взгляд. Обернувшись, он увидел мелкую. Её тёмная голова торчала из-за угла. Глаза сверкали злобой и… страхом?
– Хей, мелкая! Не пялься. Выйди и поздоровайся!
– Не хочу. Она стрёмная.
Элизабет всхлипнула. Экс вмиг вспыхнул от гнева.
– Мелкая! Я кому сказал?!
Всё-таки вышла. Медленно, точно испытывая его терпение.
– Здравствуй. Страшила.
– Мелкая!
Экс не смел поднять на неё руку, но так хотелось дать подзатыльник!
– Н-не волнуйтесь. Я привыкла, – печально улыбнулась Элизабет. – Я оставлю корзинку и больше не буду вас смущать.
Неизвестный тяжело вздохнул. Элизабет опустилась на колени и попыталась сбросить корзину, но директор щёлкнул пальцами, и та сама опустилась на пол.
Глаза бедной Элизабет полнились слезами. Экс поверить не мог, что позволял мелкой вытворять такое у него на глазах. Ну уж нет. Так не должно быть!
– Мелкая, будь повежливее.
– С чего бы? Она же жуткая, – упрямо уставилась в ноги мелкая.
– Она просто не такая, как ты. А ты её оскорбляешь просто потому, что не понимаешь.
– Это ты меня не понимаешь, – едва разборчиво пробурчала она.
– А с чего бы мне тебя понимать? Ты же никого понять не хочешь. В отличие от тебя, Элизабет тебе ничего не сделала и даже не сказала ни слова в ответ. Пока ты доводишь её до слёз.
Вдруг мелкая вскинула голову. Элизабет же отвернулась. Не хотела доставлять проблемы?
– Вот-вот. Видишь? Теперь Элизабет пойдёт домой и будет долго плакать, потому что ты, мелкая, её обидела. Приятно чувствовать себя злодейкой?
Мелкая мгновенно изменилась в лице. Побледнела. Умоляюще посмотрела на Экса.
– Ну уж нет. Сама.
Элизабет удивлённо обернулась. Маска Неизвестного расплылась в улыбке.
– П-прости… Я не хотела.
Вот и заветные слова! Экс потрепал волосы мелкой. Та же прильнула к его боку. Сердце её бешено колотилось.
– О, ничего-ничего! Я не…
– Элизабет! Немножко гордости, помнишь? – вдруг прервал её Неизвестный. – Вспомни наши уроки. Ты теперь тоже живая. И у тебя столько же прав.
 
– Ох, да… Я принимаю извинения! – воскликнула та громко и важно. Мелкая вела себя похоже.
Только тогда до Экса дошло: Элизабет – казалось бы, взрослая девушка – в душе осталась ребёнком, который много ревёт по пустякам и верит абсолютно всему, что ему говорят.
– Сп-пасибо. И за завтрак тоже, – кивнула на корзинку мелкая.
– О… Не за что… – Элизабет покосилась на Неизвестного. – Я очень долго готовила. Надеюсь, вам понравится! И в Академии тоже понравится!
Экс улыбнулся. Разве когда-нибудь для него старались, чтобы он почувствовал себя, как дома? Он и не припомнил.
– Нам обязательно понравится. Правильно, мелкая?
Та кивнула. Тогда Неизвестный и Элизабет ушли. А Экс улыбнулся, глядя на обиженно надувшуюся мелкую.
А ведь завтрак ей действительно понравился.
***
Как же долго мелкая одевалась! Они опаздывали на целых полчаса! И это если корпус фамильярологов находился близко – тогда можно было не учитывать дорогу. Однако точного местоположения Экс не знал. Он предположил, что на улицах академгородка ему подскажут.
Когда они наконец-то вышли, академгородок и впрямь наполнился народом. Вчера магов было значительно меньше. Теперь их энергией наливался весь панцирь – от пола до купола.
Академгородок будто ничем не отличался от других городов. Но стоило приглядеться, как сразу бросались в глаза парящие в воздухе предметы, магические печати, пестрота нарядов и цветов кожи. У кого-то – даже пестрота меха и чешуи.
Экс успел многое повидать за эту небольшую прогулку. И как перед его носом мимолётно пронёсся конверт с письмом. И как прямо над его головой само по себе вывесилось бельё, и само же потоком воздуха осушилось. И как из мягкого теста сами собой родились румяные булочки. И за каждым движением стоял маг. Настоящий, живой маг, который рукой взмахнёт – и произойдёт чудо. А как удивлялась мелкая!..
Далеко не все маги – как Экс и думал – оказались приветливыми. Очевидно, большинство из них не искали внимания, раз переехали сюда жить. Но нашлись и добряки, которые подсказали, что проще будет выйти из черепахи и снаружи отыскать нужный шатёр, чем разбираться во внутреннем устройстве.
Для себя Экс приметил, что те добрые маги приглядывали за своими детьми, резвящимися на небольшой площадке. Ребятня выстроилась в очередь к какому-то диковинному приспособлению: встаёшь в арку, и та выдувает вокруг тебя пузырь. Тот поднимается на небольшую высоту и лопается. Судя по взгляду мелкой, она рассчитывала заскочить сюда на обратном пути. Экс понял и принял.
На улице стояла тяжёлая жара, хоть и небо – как и всегда над каньоном Горгулий – было затянуто мрачными серыми тучами. В застоявшемся воздухе ветер не дул, и про себя Экс обрадовался, что не стал надевать доспех.
Теперь-то красоваться как-то не перед кем. Не похоже, что его регалии имели хоть какое-то значение в месте, где все равны.
Бескрайние зелёные поля завораживали. А что завораживало ещё больше – так это черепаха, чьё мерное дыхание колыхало траву. Она лежала с открытым ртом и выгоняла из себя магов. Интересно, каково ей? Как ощущаются сотни, а то и тысячи пуринов и людов внутри тебя? Наверное, как паразиты…
Что-то Эксу расхотелось думать об этом.
Только обходя панцирь, они с мелкой впервые поняли, насколько Черепаховая Академия действительно огромная. Причём – как Экс мог предположить, исходя из своих обрывочных знаний в области магологии – внутри панциря пространство расширялось. То есть панцирь, который они видели, не отражал реальных размеров Черепаховой Академии.
Нужный шатёр – прикреплённый к панцирю длинными верёвками – они увидели издалека. Тёмно-лиловый, он приятной тенью укрывал загоны с мелкой живностью. Из открытой двери то и дело выскакивали фигуры, снуя между рядами заборов. Подойдя поближе, Экс наконец понял, чем они так усиленно занимались.