Утилизация (СИ)

— Идём, — я первая спустилась по гулким железным ступеням и шагнула на мостик.
— Только не быстро, — проблеяла мне в затылок Лиза.
Под ногами хрустел песок, я крепко держалась за поручни, велев Лизе не топать ногами со мной в такт. Где-то на середине мостика, когда из-за деревьев на противоположной стороне стали проглядывать дачные домики, мы перевели дух и остановились оглядеться.
Лиза чуть наклонилась над перилами.
— Очень высоко. Интересно, что там внизу?
Встав рядом, я вгляделась в зелёную массу деревьев и кустов. Сквозь заросли были не видны даже склоны оврага.
— Скорее всего, небольшая речушка. Какая-нибудь Каменка.
— Думаю, если упасть, то костей не соберёшь. Даже дно не просматривается.
— Можно за ветки зацепиться, — пошутила я.
— Ой, ты скажешь, — махнула на меня рукой Лиза. — Пойдём, хватит прохлаждаться.
Уже более спокойно мы дошли до конца мостика. И чего было себя накручивать? Солнце не переставало светить, птички чирикать, а мы целые и невредимые шли по довольно широкой, отсыпанной гравием дороге мимо дач. Странно, что было не слышно собачьего лая, только откуда-то доносился звук триммера, а все мохнатые сторожа, видимо, из-за жары попрятались в своих будках.
— Ой, качельки, — Лиза указала на три сосны и две досточки между ними, прикреплённые верёвками к нижним веткам стройных красавиц. Видимо, чей-то папа постарался, устроил дочуркам развлечение. Мне привиделось, как девчонки собирались здесь вечерком, к ним подтягивались мальчишки, лузгающие семечки. Они раскачиваяли довольных барышень как можно выше, наслаждаясь их визгами и хохотом.
Дачи и заборы наглядно демонстрировали состоятельность своих хозяев и их домочадцев. Где-то забор был из простого деревянного штакетника, у кого-то высился забор из профлиста выше человеческого роста, из-за которого можно было рассмотреть только мощную крышу с мансардным окном.
За простыми заборчиками стояли такие же простые домики нынешних пенсионеров. На одном участке высокую сосну почти до половины окутала мохнатым одеялом какая-то лоза. С дороги она смотрелась довольно устрашающе.
Похоже, что мы попали в какое-то безлюдное царство, ни человека, ни машины, ни собаки не встретилось на пути. Полуденный зной выгнал всех обитателей дачного посёлка с улицы под крышу. У бабушки во время жары мы пили кислый квас, настоянный на берёзовом соке с тонкими веточками смородины для аромата.
— Попить бы!
И что мы здесь хотели найти? Жанну? Каким образом? Можно её найти только в случае, если она выпорхнет из какой-нибудь калитки, раскинув радостно руки в приветствии. Затея оказалась так себе.
Дорога разделилась на два рукава.
— Куда пойдём?
Некоторые заборы выдвигались прямо к дороге, захватывая общую территорию, поэтому здесь не было единой линии. Лиза рассматривала дачи справа и слева. Впереди, немного в глубине от дороги стояло бело-розовое сооружение без крыши с пустыми проёмами.
— Давай туда, — Лиза указала на здание.
— Заброшка…
— Но мы же обследуем. Куда ты ещё можешь здесь зайти?
По высокой траве мы поплелись к зданию. В открытый дверной проём я вошла не без внутреннего содрогания. Обычно такие помещения использовались в качестве общественного туалета. На стенах здания кое-где поселилась плесень, пол был засыпан прелыми листьями вперемешку с хвоей. Какой-либо обгаженности по углам не наблюдалось.
Скорее всего, здесь раньше был местный магазинчик, который не выжил в битве со временем. Платежеспособность и спрос были не велики, прибыль равнялась жалким копейкам, и здание бросили, вынеся отсюда всё, кроме стен. У бабушки в деревне закрылось несколько магазинов, школа и дом культуры. Остался только один маленький магазин с мизерным ассортиментом, главным в котором был хлебом.
В этих стенах произошла подобная история.
Лиза стояла у проёма, когда-то служившего окном.
— Мамочки, — она мгновенно присела на корточки, сместившись в сторону, втянув голову в плечи. Я на автомате мигом пригнулась следом.
  
**
  
— Что там?
— Саба, — прошептала Лиза, трясущими от страха губами.
Придвинувшись к окну, я аккуратно выглянула сбоку и увидела, как Саба, закрыв калитку, двинулся по дороге в сторону мостика. А что, всё логично! Живёт рядом, устроился на работу охранником в пионерский лагерь.
Нам сильно повезло, что мы не столкнулись нос к носу с Сабой, и теперь знаем, где он живёт. Осталось понять, какие из этого можно извлечь дивиденды.
Словно тень отодвинулась от окна, подождала, когда силуэт Сабы промелькнёт мимо облезшего бело-розового здания, показала Лизе, что можно вставать.
— Давай пройдём мимо его дачи. Глянем, что там.
На Лизином лице отразилась целая палитра эмоций, от панического испуга, до жгучего интереса и решимости.
— Пойдём! Он далеко ушёл?
— Отсюда не видно. Подождём немного, вдруг вернётся.
От прежней расслабленности не осталось следа, мы стали крайне подозрительными. Обычный дачный домик за глухим забором теперь казался гнездом маньяка. Мы с Лизой одновременно посмотрели друг на друга.
— Жанна говорила, что Саша живёт в дачном поселке.
— И этого Сашу в глаза никто не видел.
Одно предположение страшней другого пронеслись в моём мозгу со скоростью света. Круглые глаза Лизы сигнализировали о таком же направлении мысли. Мир давно научил нас осторожности, доверие к мужчинам было утрачено. Мы постояли ещё пару минут, и вышли в пустой дверной проём, глядевший в сторону леса.
«Вдох-выдох» мысленно повторяла я на каждом шаге, чтобы не скатиться в панику. Мы вышли на дорогу, старательно делая вид, что мы идём по делу, приблизились к дому Сабы.
Ни шума, ни крика, ни визжащей пилы. Как бы посмотреть, что там внутри? Хоть бы какое брёвнышко рядом или пенёк, на который можно встать.
— Лиза, давай, я на плечи тебя подниму, ты глянешь.
Моё предложение у Лизы не вызвало энтузиазма. Она оценила мою хилую фигуру, дёрнула за подол своё платье (об этом я как-то не подумала), нахмурилась и сказала:
— Лучше я тебя.
Немного посовещавшись, как будет удобно поднять меня, Лиза встала лицом к забору, согнула колени. С первой попытки у меня не получилось даже вскарабкаться на колени. В нашем дуэте ей досталась незавидная роль
— Подумают, мы какие-то сумасшедшие.
— Никого нет, — оглянувшись по сторонам, ответила я. — И мне пофиг.
Встав ещё раз сначала одной ногой, потом другой на согнутые колени Лизы, я рывком зацепилась рукой за кромку забора. Лиза пошатнулась, но удержалась. Неловко вскарабкалась на плечи страдалицы, подтянулась двумя руками, чтобы облегчить свой вес. Руки жгло, но я держалась, скрипя зубами. Лизу шатало, как пьяную.
— Быстрей, не выдержу долго, — просипела она.
Двор был самый обычный. Небольшая лужайка, цветочная грядка из ирисов, кусты смородины сбоку. Около крыльца несколько пар обуви: шлёпанцы, калоши, мокасины. Что я хотела увидеть? Мужские сапоги? Телогрейку? Что-то мелькнуло справа.
— Ах, — выдохнула Лиза, и я почти свалилась вниз. — Что там?
Я посмотрела на красные борозды на своих ладонях, подула на них.
— Ничего особенного. Слишком мало времени.
— Давай в лагерь, на обед опаздываем.
Постояв минуту у забора, мы отдышались, посмотрели по сторонам. Всё так же пустынно. Надеюсь, наших манёвров никто не заметил.
Мы трусцой припустили в лагерь. Если Жанны нет, то теперь мы знали, где её искать. Не зря прогулялись.
До мостика домчали как на реактивной тяге, но быстро идти по длинному узкому сооружению было боязно. Я сбавила шаг, Лиза пыхтела рядом. Любоваться красотами не получалось. Кажется, у меня в глазах зажегся ведьминский огонёк, хотелось быстрей добежать до девчонок, рассказать им про Сабу и пойти штурмом на его дачу. Пройдя треть мостика, мы остановились как вкопанные. На противоположной стороне по металлическому сходу навстречу нам спускался мужчина. В лицо били солнечные лучи, мы толком не могли рассмотреть фигуру.