Жизнь на кончиках пальцев (СИ)
— Да? — удивилась Леночка, словно ожидала чего-то другого. — Вот и я так решила! — спросила, словно вспомнив о том, что и у Дианы могли бы быть какие-то новсти: — Ну а ты как? Что молчишь? Почему ничего не рассказываешь? Небось, снова просидела все каникулы, уткнувшись в книжку?
— Ну почему же? — улыбнулась подруга. — Занималась в танцзале понемногу. Два раза с Милочкой в кино ходили. Съездила в детский дом, узнала, смогу ли побыть в это лето на даче.
— Конечно, сможешь! — прервала рассказ Леночка. — Кто же откажется от бесплатной рабсилы?
Диану покоробил ответ, но она не стала заострять на нем внимание:
— Ты, надеюсь, в ресторанах ужиная, не набрала лишний вес? — спросила и тотчас пожалела о сказанном.
Но Леночка только расхохоталась в ответ:
— Нет! Я этим халдеям такое устраивала! Требовала, чтобы моя порция отварной трески была ровно семьдесят два грамма! Так они электронные весы притащили, чтобы я могла убедиться в том, что заказ выполнен, как нужно! Машина мама смеялась и говорила, что из меня будет толк!
— И что она имела в виду? — осторожно переспросила подруга.
— А я не поняла! — продолжала веселиться Леночка. — Но все равно было приятно! — вздохнула: — Завтра опять будем этой жвачкой питаться.
— Ты же знаешь ограничения в рационе балерин, — попыталась успокоить Диана. — Диета есть диета!
— Диета диете рознь! — вынесла вердикт Леночка. — Уж я-то в этом уже убедилась! Можно питаться сбалансировано и не жевать при этом силос!
Обговаривать дальше меню ресторанов и выходки Леночки Диане расхотелось. Да и за окном уже сгущались сумерки.
— Давай спать, — предложила. — Уже почти девять.
— Ну, спать так спать, — Леночка осталась недовольна тем, что подруге не интересно слушать ни о магазинах, ни о ресторанах, ни о том, какой замечательный вкус у Машиной мамы.
* * *— Ты уже решил, что будешь танцевать на концерте по случаю выпуска? — Мстислава Звездинская и Сергей Истомин лежали на противоположных половинках широкой кровати хозяйки квартиры, словно отдыхая от ласк и горячих тел друг друга. — Нужно выбрать танец, в котором ты сможешь продемонстрировать все грани своего таланта! Подумай об этом! — продолжала настаивать. — Осталось всего три месяца!
— Подумал, — Сергей перевернулся на бок, пошарил рукой под кроватью, нащупал пепельницу и пачку сигарет, терпеливо дожидающиеся пока до них дойдёт очередь, вынул две сигареты, прикурил обе. Протянул одну Мстиславе: — Будешь? — то ли спросил, то ли констатировал факт.
Звездинская усмехнулась.
Как же он, этот мальчик, успел изучить её пристрастия и привычки! А ведь со дня их первого свидания прошло чуть больше полугода. Да и свиданий эти, если честно, было не так-то уж и много.
Села в кровати, опершись спиной на подушку:
— И что же ты надумал? — жадно затянулась, не посчитав нужным озаботиться мундштуком.
— Щелкунчик, — односложно ответил Сергей.
О том, кого именно собирается танцевать любовник, спрашивать было глупо. Конечно — Принц Коклюш! И Тарантелла во втором действии балета как нельзя лучше продемонстрирует талант Сергея!
— Достаточно сложная партия, — задумалась Мстислава. — Справишься ли ты?
— Справимся! — усмехнулся Истомин. — Обязательно справимся! И ты нам в этом поможешь!
— Погоди! — Мстислава чуть не закашлялась, поперхнувшись дымом. — Мы — это кто?! Если мне не отшибло память, Тарантелла — сольный танец!
— А кто сказал, что я намерен ограничится Тарантеллой?! — брови Сергея удивленно взлетел вверх. — Если мне не отшибло память, — передразнил любовницу, — ты сама буквально минуту назад сказала, что нужно продемонстрировать все грани моего, — усмехнулся, — таланта. И как ты понимаешь, прозябать на вторых ролях до седых волос я не намерен! А это значит, что нужно показать, что я не только талантлив сам, но и умею взаимодействовать с партнершей.
— Так! — Мстислава ткнула окурком в пепельницу, промахнулась и прожгла дыру на шелковой простыне. — Ты говоришь о Кода?! Ну так вынуждена тебя разочаровать! Это невозможно по двум причинам!
— Выслушаю обе, — Сергей переложил окурок в пепельницу и переставил её на пол. Разговор принимал острый оборот, и чего ждать от Мсти, юный танцовщик не знал. Того и гляди, запустит тяжелой хрустальной пепельницей ему в голову.
— Во-первых, в Кода партнеры выступают на равных! — вещала Мстислава тоном, не терпящим возражений. — А ты, как я понимаю, не собираешься делить лавры еще с кем-то! — Истомин кивнул. — Ну а во-вторых, ты уж прости, но я не вижу в выпускном классе ни одну из балерин, которая справится с партией Феи Драже!
— Славочка, какая ты у меня глупенькая, — Сергей коснулся губами обнаженного плеча любовницы. — Ты с какого-то перепугу решила, что я намерен танцевать всё па-де-де?
— По твоим словам так и получается, — Звездинская попыталась обидеться, но чувствовала, как в душе разливается тепло от этого — Славочка и глупенькая. Фраза прозвучала так, словно для Истомина не существовала разница в возрасте. И это не могло не порадовать:
— Будь добр. Разложи все по полочкам для своей глупышки, — прижалась губами к макушке любовника, вдохнула аромат его еще влажных волос. От запаха закружилась голова, и обмякло тело. Мстислава с удовольствием на этом и закончила бы обсуждение, предавшись более приятному времяпрепровождению, но Сергей уже снова отстранился:
— Это будет постановочный номер! — вещал с горящими глазами. — Мы возьмем самое лучшее из Тарантеллы, Танца Феи и Кода! Самое лучшее для меня, конечно! — уточнил.
— Хороший мой, — Мстислава снисходительно вздохнула, — ты плохо слушал? Я ведь уже сказала, что нет в выпускном классе ни одной балерины, которой я бы доверила испоганить твое выступление! Я понимаю, что гордиться тут нечем, но так бывает. Бывают выпуски настолько средненькие, что всем предстоит до пенсии выплясывать в кордебалете. Или, если уж очень повезет, выступать на вторых ролях в провинциальных театрах, — снова потянулась к любовнику, но наткнулась на обиженный взгляд. Решила сменить тактику: — Ну вот скажи, кого ты сам видишь в роли Феи Драже? Может, я что-то пропустила? И в выпускном классе спряталась будущая Прима?
— Ну что ты заладила: выпускной — выпускной?! — Сергей скрестил руки на груди, не понимая всей комичности позы. — У тебя есть балерина, которой ты сама прочишь успех и всемирную славу!
— И где же прячется это сокровище? — Мстислава уже поняла, куда клонит Сергей, но хотела, чтобы он сам договорил до конца.
— В седьмом классе, — вздохнул Истомин. — И как я знаю, ты сама отыскала её в детском доме.
— Ты совсем сдурел!? — взвизгнула Мстислава. — Я не позволю этой цыганской твари танцевать с тобой!
— Славочка, ты вот сейчас о ком говорила? — осторожно переспросил Сергей. — Насколько мне известно, цыганок в училище нет.
— Цыганка — татарка! Какая разница! — бушевала Мстя. — Эта Ленка с её папашкой у меня, как кость в горле! Она и попала в училище только из-за Дианы, своей подруги! А если бы я знала, какой тварью окажется — лучше бы не брала обеих!
— Так я и имел виду Диану, — улыбнулся Сергей.
— Диану? — Звездинская растерялась. — Но почему она?
— Потому что она — твоя протеже! — лил бальзам на душу Истомин. — И потому что сейчас Диана выполнит все три возложенных на неё задачи.
— Могу узнать каких? — Мстислава поводила рукой по постели. — И куда ты снова подевал сигареты?! Что за привычка ставить пепельницу под кровать?
Сергей незаметно усмехнулся. Он понял, что гроза если и не миновала, то пошла на убыль. Снова раскурил две сигареты. Снова протянул одну любовнице. Поставил пепельницу на середину кровати, прикрыв недавно прожженную дыру:
— Диана достаточно талантлива, чтобы станцевать Фею, — подбирал слова, понимая, что каждое может вызвать бурю протеста, — но не сможет противостоять мне на сцене. Ведь, согласись, на данный момент я буду выглядеть ярче!