По ту сторону стекла (СИ)

Один парень был чуть выше меня ростом, с торчащими наверх короткими светлыми волосами, дерзким, надменным взглядом серых, чуть раскосых глаз, и самодовольной ухмылкой на лице. Одет он был в подобие классического костюма серого цвета с жилеткой, и чёрной рубашкой. Второй был несколько массивнее, с тёмными волосами, подстриженными машинкой почти на всю длину, и лицом типичного гопника, при одном виде которого в голове всплывает фраза в духе "Семки есть? А если найду?". Тёмно-синий спортивный костюм с белыми продольными полосами на рукавах и штанинах идеально дополнял этот образ. Оба направились ко мне, и предчувствие твердило, что идут они не обниматься. Инстинктивно напрягшись, я старался не подавать вида, сохраняя невозмутимое выражение лица. Кстати, оба паренька, вроде, были из моей группы. Интересно, что они здесь делали вместо ужина?
— Артёмка, ты только посмотри! — заговорил блондин, подойдя ближе ко мне. — Это же наш "студент года"!
Я вопросительно выгнул бровь. Не помню, чтобы чем-то мешал этому придурку.
— Хех, точно. — усмехнулся гопник.
— И за какие же заслуги Великий удостоил нас своим визитом? — голос блондина так и сквозил язвительностью, и вызовом.
— Может перестанешь уже изображать актёра без оскара? — вздохнул я. — Если есть какие-то претензии, то говори.
— Чё сказал?! — тут же взревел гопник, но блондин остановил его жестом руки.
— Спокойно, Артёмка, ещё рано. Вот ты мне скажи, — обратился он уже ко мне. — ты кем себя возомнил-то? Сначала весь день выделывался, а теперь решил, что наглого выскочку все полюбят?
Ну понятно. Один из "завидующих". Наверное, после случившегося в куполе, такого стоило ожидать, но я не думал, что последствия моих внезапных "успехов" вылезут так скоро.
— А объективные претензии есть? — вновь вздохнул я, скрестив руки на груди. — Если нет, то продолжать разговор с надутым индюком я не собираюсь.
С лица блондина мигом исчезла ухмылка. Да, за эти слова я получу. Но, уж лучше так, чем быть терпилой, выслушивающим оскорбления из страха быть побитым.
Гопник тут же угрожающе хрустнул костяшками пальцев. А блондин попытался нанести коварный удар ногой в пах. Благо, эту попытку я заметил, подставив под удар колено, и сразу после толкнул ублюдка левой рукой. Тот начал терять равновесие, чем я и воспользовался, долбанув его в челюсть. Правда, манёвр был несколько поспешным, ибо в результате я едва не потерял равновесие, но зато удар достиг своей цели: Блондин взвыл, повалившись на землю. А меня тем временем скрутила резкая боль от кулака гопника, прилетевшего мне в живот, и, казалось, выбившего весь воздух из лёгких. От последовавшего удара по рёбрам, на землю повалился уже я. А успевший подняться блондин, с перекошенным яростью лицом, уже заносил ногу для пинка, но его прервал громкий хлопок выстрела, раздавшийся со стороны дорожки.
— Вы двое совсем охренели?! — прокричал знакомый голосок.
Мои противники отошли немного назад, а я кое-как поднялся на ноги. Юно решительно шагала к нам, держа перед собой глок, ствол которого всё-ещё слегка дымился. В глазах читалась ледяная решимость.
— Коротышка с двумя хвостиками? — прошептал гопник. — Это не та, которая поехавшая с третьего курса?
— Кажется она, — кивнул блондин.
Бросив на меня ещё один взгляд, полный бессильной злобы, блондин развернулся, и быстро зашагал ко второй дорожке, ведущей вглубь леса. Гопник с явной неохотой проследовал за ним.
— Ты живой? — спросила Юно, подойдя ко мне. Пистолет она вернула в кобуру на поясе.
— Вполне.
— Меня всего день не было, а ты уже нарвался на проблемы.
— Ну, скорее проблемы на меня, — криво улыбнулся я. — Спасибо.
— Угу.
Стоило Юно немного успокоиться, как выражение её лица изменилось. Решимость, и нотки праведного гнева уступили место другим чувствам — печали, боли, и усталости. Словно внутри девушки образовалась тёмная, давящая пустота, затянувшая в себя всё, кроме этих чувств. Это заставило меня вспомнить утренний разговор с Илифией.
 
— Подожди, а как ты здесь оказалась?
Юно прошла мимо меня, и села на одну из лавочек, задрав голову к небу.
— Я всегда прихожу сюда, если хочу побыть одна.
Вообще-то я имел в виду причину её возвращения в академию на день раньше. Но, думаю не стоит это уточнять. Как и упоминать об Илифии.
— Я могу уйти, если хочешь.
— Нет! — быстро ответила девушка. — Не надо. То есть, я не настаиваю.
Я сел рядом с ней. Рёбра продолжали немного побаливать, так что сидя было полегче.
— Красивое небо, — сказал я, наблюдая за медленно истончающейся алой полоской заката.
— Наверное. Просто, оно такое далёкое. И такое холодное, — Юно устремила взгляд в темнеющую полосу горизонта. — Как думаешь, сколько всего оно видело?
— Сложно сказать. Но, думаю, намного больше, чем можно себе представить.
Девушка ненадолго замолчала, и, кажется, задумалась. Хотя, выражение грусти, и старательно подавляемой боли с её лица не исчезло. Некоторое время мы просидели молча.
— Ненавижу это чёртово небо… — вдруг тихонько произнесла девушка дрожащим голосом. На её глазах выступили слёзы. — Прости, я… Не обращай внимания… Пожалуйста…
— И кем я буду, если не стану обращать внимание?
— Мы едва знакомы, — сквозь слёзы усмехнулась она. — Какая разница, что там со мной слу…
— Большая! — воскликнул я, перебив Юно.
— И почему? — спросила она, опустив голову, и слегка подрагивая.
— Да потому что мне не всё равно, что с тобой! Я не хочу видеть твоих слёз, Юно.
— НУ ТАК НЕ СМОТРИ! — крикнула она. — КТО Я ТАКАЯ, ЧТОБЫ ТЫ ОБО МНЕ ЗАБОТИЛСЯ?! Кто я такая, чтобы обо мне вообще хоть кто-то заботился… — добавила девушка, начав всхлипывать.
На несколько мгновений я замер, не зная, что мне делать. Я пытался подобрать слова… Но, видимо придётся импровизировать.
— Мне всё-равно, кто ты, и что случилось, — сказал я, мягко обняв Юно за плечи.
— Ты ничего не знаешь… — тихо произнесла она. — Из-за меня… Это я во всём виновата!
— Это ничего для меня не меняет, — покачал я головой.
— Ничего?! Вик, да ты же… Я… Из-за меня погибли люди! А я ничего не сделала! Ничего! И кто я после этого?! Кто?! Чёртова убийца… Самая настоящая… Так что не надо меня утешать, я всё-равно этого не заслуживаю… — Юно вяло попыталась вырваться из моих объятий.
— Дурёха… — вздохнул я, чуть крепче прижав девушку к себе. — Что бы ты ни думала, что бы ни думали окружающие, а для меня ты — никакая не убийца.
— Тебя там не было… — упрямо, но не особо уверенно произнесла Юно. — Ты не видел, что…
— Мне и не обязательно, — мягко улыбнулся я. — Я знаю тебя, Юно. Пусть и совсем недолго, но знаю. А остальное значения не имеет.
— Дурак…
Юно, словно обессилив, сползла по моему плечу ниже, положив в итоге голову мне на колени. Повинуясь внезапному порыву, я начал нежно гладить её золотистые волосы.
— Почему ты такой дурак? — всхлипнула девушка.
— Кто ж меня дурака знает? — улыбнулся я.
— Не хочу вставать… — внезапно произнесла она. — Вот и сиди теперь так!
— Как скажешь.
— Ну точно дурак…
Юно лежала, продолжая иногда тихонько всхлипывать. Но всё же, вроде она начала успокаиваться. Ну а я, вспоминая её слова, и сам стал возвращаться к мрачным мыслям. Перед глазами сами собой пронеслись воспоминания о той аварии. Аварии, в которой я выжил, а родители — нет. Жизнерадостная улыбка, казалось, никогда не унывающего папы, мамины песни, что я так любил слушать перед сном. Я долго не мог смириться с мыслью, что всё это осталось в прошлом. Впрочем, кого я обманываю? Я до сих пор не смирился. Воспоминания ещё слишком свежи.
— И всё-же ночное небо очень красиво, — сказал я, нарушив тишину. — Знаешь, в детстве мама пела мне одну песню на ночь. Это всегда меня успокаивало.
— И какую же? — прошептала Юно.
Я замолчал на десяток секунд, вновь устремив взгляд в глубину иссиня-чёрного купола, с которого задорно подмигивали огоньки звёзд, пока я вспоминал слова и мотив.