Третьего раза не будет! (СИ)

Вопросов у мужиков действительно оказалось очень много, и я отвечал на все. Время обеда давно закончилось, многие разошлись, но человек сорок так и осталось, вызнавая детали. Это верный знак, что предложение их заинтересовало. Так что день прошёл даже лучше задуманного.
Пожалуй, на этом можно считать миссию выполненной: с учётом новых партнёров мы сможем реализовать всё, что у нас есть в наличии, и всё, что будет готово к отгрузке в ближайшее время. Можно наконец расслабиться и подумать над оптимизацией производства. Один из рестораторов подал мне стоящую идею: продавать вирраль в двух вариантах. Небольшие, декорированные узором, эстетически красивые бутылки для розничной торговли и большие бутыли для оптовых продаж.
Изящную бутылочку приятно нести на свидание, она станет прекрасным дополнением к корзине с фруктами и коробке конфет. А для крупных рестораций, где вирраль всё равно подают в графинчиках, удобнее доставлять и отгружать объёмные бутыли, их проще перевозить и считать. Кроме того, уже сейчас наша потребность в стекле растёт с каждым днём, а тара большого размера проще в изготовлении и обходится практически в ту же стоимость, что и красивые маленькие бутылочки.
На данный момент мы сотрудничали с крупным стекольным заводом в столице, это одна из причин, по которой вирраль разливался именно у меня, доставлять его в бочках было проще, чем везти из южных земель караваны хрупкого стекла.
А что если пойти дальше и отказаться от стекла для оптовых покупателей? Что обойдётся дешевле: стеклянная бутыль или небольшая бочка объёмом в один-два селемина[11]?
Вернувшись обратно в гостевой дом, я заметил Аню и детей, занимающихся за столом и впервые испытал гордость, отмечая, как смотрят на моих сыновей. За последние дни они подтянулись и шли увереннее, даже казались чуть старше. Взгляды, которые мужчины бросали на жену, нравились куда меньше. Свободных женщин после войны по сёлам и городам столько, что собирать замучаешься, но нет, хочется им смотреть на чужое.
Перехватив особенно красноречивый взгляд, я угрюмо смотрел на его обладателя до тех пор, пока тот не отвёл глаза. Нечего пялиться на мою единую, что бы я о ней ни думал сам, принадлежит она только мне.
Остаток дня прошёл в обычном режиме: тренировка, ужин, сон. Утром — зарядка, завтрак, перелёт. Разговоров с Аней я старался избегать.
На следующий день мы остановились на одной из роскошных станций рядом с долиной гейзеров. Я хотел показать семье горячие источники, красное озеро с тёплой глиной и одну детскую забаву.
Не знаю, кому первому пришла в голову идея устроить грязевые тоннели среди исполинских деревьев, лазы между корней и здоровенные глиняные горки. Но мальчишки это место обожали, и я не исключение.
Перед нами лежал изгвазданный по самые кроны редкий лес из толстоствольных баобабов, в корнях которых резвились дети и не особо брезгливые взрослые. Здесь устраивали целые соревнования по прохождению полосы грязных препятствий.
Сыновья оказались в восторге, но ещё сильнее удивила единая. Она плескалась в жидкой грязи с таким энтузиазмом, что пожилые зайтаны вокруг демонстративно поджимали губы. Пришлось уводить семью подальше от самого посещаемого края.
— Алекс, тут просто чудесно! — восторженно смеялась Аня, зачерпывая пригоршни жирной красной грязи.
— Папа, мы сюда ещё приедем? — умоляюще посмотрел на меня Сашка, и я не смог удержаться от подначки:
— Если свалите меня с ног, то конечно, — пожал я плечами, никак не ожидая, что они кинутся в атаку прямо сейчас.
А далее последовала настоящая борьба! Ане досталось больше всех, её я случайно окунул в жидкую грязь прямо с головой, но реакция последовала неожиданная. Вытерев глаза, она начала швыряться жирными горстями красной глины, а мальчишки тем временем оттеснили меня спиной к небольшому омуту, о котором я не знал.
Когда эти трое всё-таки завалили меня со зловещим смехом, мы были похожи на каскарр знает кого. Если эти грязи и были целебными, то мы все выглядели так, будто лечить нам надо в первую очередь голову. Под смешки остальных отдыхающих, мы проследовали к уличному душу, чтобы смыть с себя последствия веселья. Длинные рубашки, в которых полагалось принимать грязевые ванны, имели несмываемый кирпичный оттенок и стояли колом, стоило дать им немного высохнуть.
 
Следующую пару часов мы отмокали в тёплых бассейнах, наслаждаясь контрастом между прохладным воздухом и согретой самой природой водой. Тренировки на сегодня я решил отложить.
На территорию лейства мы прибыли на следующий день, нам оставалось всего два дневных перелёта до дома, и необходимо было вводить Аню в курс дела, а я ещё не решил, в каком статусе представлять единую прислуге и работникам. Формально она являлась моей женой, но у меня не было желания давать ей полномочия распоряжаться лейством в моё отсутствие. Мало ли какие глупые приказания она могла отдать.
В итоге решил ограничить её права возможностью выбора меню и вопросами, касающимися сада, огорода, внутреннего убранства дома и рукоделия. Кроме того, необходимо отдать распоряжения о том, чтобы её поселили в одни из гостевых покоев. Мне не хотелось бы иметь проблемы с Ксендрой в случае, если она узнает, что я разместил Аню во Вторых покоях. Во всех лействах традиционно Первый покои принадлежали лею, а Вторые – его законной супруге.
В любом случае мне понадобится время, чтобы разобраться со всеми накопившимися делами в столице, и на время моего отсутствия Ане лучше побыть в статусе гостьи. Так спокойнее.
Безусловно, я очень привык к ней за время совместного путешествия. Она была милой, уютной, спокойной, заботливой и искренней. Я также отмечал, что она далеко не так глупа, как показалось вначале, всегда готова пошутить или подурачиться. А ещё я никогда так много не смеялся, как за эти дни с семьёй. Мальчишки тоже любили подурачиться и сейчас начали соревноваться за моё внимание, устраивая мне и друг другу всякие розыгрыши. Это оказалось по-настоящему весело.
Несколько раз я едва сдерживался, чтобы случайно не поцеловать Аню. Я по-прежнему проводил с ней почти все ночи, но долгожданного пресыщения не наступало, и это даже начало злить. Женой точно не стоило увлекаться, слишком многое связывало меня с Ксендрой, в том числе и столичный дом, из-за которого мы успели поссориться ещё дважды за последние две кинтены.
В последний вечер перед приездом в лейство Аня не пошла тренироваться, вместо этого разговорилась с каким-то пожилым профессором в ресторане при гостинице, где мы остановились. Я же занимался с мальчишками, поэтому участвовать в их разговоре не стал. Всё началось с вопросов об истории Аларана, которая вызывала у единой живейший интерес, а закончилось уже без моего участия. Я наивно полагал, что из беседы со стареющим преподавателем истории вреда не выйдет, поэтому вечером меня ждал неприятный сюрприз.
Мерзейший сюрприз, если говорить откровенно.
Отправив детей искупаться перед ужином, я нашёл жену в её комнате. К ужину она не вышла, сославшись на плохое самочувствие. Этому я опять же не удивился: в дороге Аня однажды отравилась местными ягодами крушники, из которых в срединных землях делают варенье и компоты. Мальчики, кстати, смогли крушнику есть без последствий, возможно, у местных есть особый фермент, который помогает её переваривать, я-то тоже её спокойно ем.
Когда после ужина я попробовал зайти в покои жены, то впервые наткнулся на запертую дверь. Но даже это меня не смутило, подумал, что дверь закрыли на замок до того, как мы заселились.
— Аня?
В ответ на мой зов дверь открылась. Жена стояла на пороге одетая и напряжённая. Глаза казались огромными на бледном лице, и смотрела она на меня как-то иначе.
— Алекс, ответь мне, пожалуйста, на вопрос. Когда ты пришёл в мой мир, то сказал, что планируешь снять брачную метку. Как ты хотел это сделать?
Аня смотрела на меня серьёзно и мрачно, никогда прежде не видел у неё подобного взгляда.