Третьего раза не будет! (СИ)

Оказалось, что скорлупа у этих орехов очень плотная. Алекс колол их о каменные плитки дорожки, и меня передёргивало от этой картины, но делать замечания мужу при всех я сочла неприличным. Он очень старается наладить контакт с детьми, и вот так подрывать его авторитет своим занудством точно не стоит.
Вскрыв один из самых крупных орехов, Алекс протянул содержимое мне. Ядра были сладкие, источающие медово-еловый аромат. Да уж, в таком наверняка содержится недельная порция калорий, но меня это не смутило.
В итоге к ужину мы пришли сытые. Дилетантская ошибка, конечно. Профессиональные гости приходят к трапезе голодными.
Стол ломился от разных закусок и блюд, и я пробовала всего понемногу под чутким руководством Алекса. Удивил меня батат, местный корнеплод ни капли не отличался по вкусу от нашего, земного. У нас в городе его мало где продавали, но Алекс его всегда ел с удовольствием и меня пристрастил. Вон оно, оказывается, почему.
Нарезанное крупными ломтями мясо оказалось птицей и по вкусу больше всего напоминало индейку. Салаты подали преимущественно фруктовые и сладкие, но все охотно ели их в качестве гарнира к мясу. А вот десерт был кислым, оказалось, что у них так принято. Лёша уплетал его за обе щёки, так он у меня и лимоны ел, не морщась. А Сашка свою порцию ковырял расстроенно, он предпочитал шоколад.
— Люди в этот мир пришли две тысячи шестьсот шестьдесят семь годин назад. Наши предки искали новое пристанище, и остановили свой выбор на Мундаре, так назвали этот мир, — начал рассказ Алекс. — В родном мире случилась кровопролитная война, и победу в ней одержали отвратительные, искусственно выведенные монстры. Полулюди-полуящеры. Глупые, агрессивные, властные и ненасытные. Гайроны. С тех пор в нашем языке это слово — самое сильное оскорбление. Наши предки не стали мириться с гегемонией заносчивых оборотней и ушли порталом сюда, основав здесь Новый Аллоран.
— Первые годы стали крайне тяжёлыми, — вклинился Эртанис.
— Да, из более чем тридцати тысяч переселенцев выжило едва ли двадцать. Да, Мундар щедр к людям — здесь много вкусных ягод, грибов, орехов; здесь достаточно магии и даже доступны её природные источники; здесь мягкий климат и богатая фауна. Но в то же время тут постоянно случаются землетрясения и извержения вулканов; крайне много агрессивных гигантских ящеров, представляющих угрозу для самого человека и всего, что он создаёт; полно плотоядных пауков и насекомых, которые не прочь отведать человечинки; и самое главное — магия тут отличается от той, к которой привыкли переселенцы, она иная, чем в Урмунде, откуда пришли наши предки. Абсолютное большинство веками проверенных арканов тут не работало, поэтому пришлось учиться колдовать заново.
Мы с сыновьями слушали, позабыв об угощении. Алекс смотрел на меня, и казалось, будто его слова дублируются мыслеречью, потому что я прекрасно понимала, что он говорил.
— Со временем Новый Аллоран превратился просто в Аллоран, а затем и в Аларан. Впоследствии поселенцы раскололись на два государства: Аларан и Альву, в дальнейшем было открыто много новых земель и образовано несколько других государств: Шлосс, Пирейсиль, Федерация Искербольда, Ивекский Союз, — муж сделал глоток воды и продолжил рассказывать о Мундаре: — В этом мире нет других разумных существ, но многие из живущих тут ящеров довольно умны и хорошо поддаются дрессировке. С собой мы привели несколько видов животных, но прижились только козары. Мы используем их шерсть, мясо, шкуры и молоко. За время проживания мы одомашнили несколько видов ящеров, но самые важные для экономики — это крылары, летающие птицы-ящеры — и аххиты, травоядные, сильные и выносливые, их используют для перевозки товаров на большие расстояния.
— Наши предки сделали многое, чтобы этот враждебный мир стал для нас безопасен. Мы отделились от дикой природы высокими непроходимыми лесами, загнали самых опасных и крупных ящеров в заповедники, отделённые горными грядами, освоили промысел рыбы и морских существ. Реки и озёра безопасны для судов, хотя в моря нам по-прежнему нет хода. Нам пока известен только один континент, — добавил Эртанис, глядя мне в глаза. — Мир огромен и расстояния в нём поистине поражают воображение, поэтому многие используют порталы для дальних перемещений, однако для успешного открытия портала необходимо сначала побывать в том месте, куда ты хочешь отправиться. Иначе велик риск выйти не там или остаться в межпространстве навсегда.
 
— Мы сейчас находимся на южном морском побережье, а моё лейство возле столицы, — пояснил Алекс. — Наше с Эртанисом предприятие производит вирраль. Здесь в мягком южном климате мы выращиваем ягоду вирру, затем её сбраживают специальным образом и закатывают в бочки, которые почти шесть месяцев везут в столицу. По дороге сырьё вызревает, а уже в столице мы окончательно его дорабатываем и разливаем по бутылкам, которые потом выдерживаем в холодных погребах, после чего вирраль готов к продаже. Здесь Эртан занимается основным производством, на нём все плантации, заготовка, изготовление бочек и подготовка сырья. На мне очистка, расфасовка и сбыт. Вирраль — дорогой напиток, поэтому большая его часть продаётся в столице, но последнее время многое идёт и на экспорт. Дело в том, что вирра — ягода капризная и растёт только в этих землях, которые мы так удачно купили после войны, — пояснил муж.
— А можно попробовать? — заинтересовалась я.
— Конечно.
Мне подали небольшой бокал с чёрной густой жидкостью. Кисло-сладкий терпкий напиток больше всего напоминал сладкий херес с очень ярко выраженной ноткой инжира.
— Только будь осторожна, с него легко пьянеешь, а тебе сейчас лучше воздержаться от нагрузок на организм, — предостерёг Алекс.
— Я вообще легко пьянею и поэтому почти не пью, — улыбнулась я.
Детям Алекс тоже разрешил попробовать по маленькому глоточку.
— А все люди здесь владеют магией? — спросила я.
— Абсолютное большинство. Мы потомки магов, которые смогли пройти межмировыми порталами и даже перетащить сюда домашний скот. В наших венах течёт кровь очень сильных колдунов, поэтому практически все имеют какие-либо способности. А те, кто не имеет дара, изначально поставлены в невыгодные условия. Каждый год мы платим налоги в магоединицах, они называются эргами. Это наши деньги. Чем крупнее город, тем выше там налог.
— Погоди, получается, что маги могут просто так брать и вырабатывать деньги? — изумилась я.
— Да. Если упростить, то так. Неодарённые, как правило, живут вне крупных городов. И проблема не в налоге, ведь при полном отсутствии дара государство освобождает от его уплаты. Проблема скорее в том, что неодарённым тяжелее находить в городе работу. Поэтому они либо занимаются сельским хозяйством, либо рыбным промыслом, либо добычей руд, либо держат станции, такое тоже частенько случается… Хотя тут по-разному. У нас на производствах полно неодарённых, мы их охотно нанимаем, потому что работники они подчас более старательные, а для сбора вирры магия не требуется.
— Значит, я не смогу жить в городе? И буду считаться человеком второго сорта? — тихо спросила я.
— Ты сможешь жить в городе, когда освоишься. Я обеспечу тебя всем необходимым. А в отсутствии магического дара ничего настолько уж сверхъестественного нет. Последние столетия всё больше детей рождается без способностей, и все они находят себе занятие. Тем более что тебе и детям о деньгах можно не беспокоиться, ими вы будете обеспечены.
— Что ж, в таком случая я за нас рада, — подняла я бокал в воздух и выпила остатки вирраля.
Новый мир был прекрасен, Алекс — просто сокровище, а сыновья у меня — самые замечательные. Жизнь, я тебя люблю! А что до магии — прожила же я без неё двадцать девять лет, проживу и дальше.
Видимо, моё сияние не прошло незамеченным, и присутствующие за столом начали улыбаться. Отдав должное вкусной еде и поблагодарив за гостеприимство, мы с Алексом поднялись из-за стола.
— Мальчики, вы можете остаться и ночевать сегодня в детском крыле. Вашей маме нужно выспаться. Я прослежу.