Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

На острове я, так сказать, лично убедился в серьезных преимуществах нарезного оружия перед гладкоствольным. Да, по мощности мой наган многократно превосходил ижевский револьвер, за свою задушенность и буквы «КС» в конце названия именуемый «кастратом». Но вот по точности стрельбы на приличных дистанциях картина была обратной. Попасть из нагана в ростовую мишень с сорока метров у меня получилось всего два раза из трех расстрелянных барабанов, то есть это было чисто случайное событие. А «кастрат» уверенно клал в фанерного человека восемь пулек из восьми. Осознав это, я прикинул, как и чем в моих условиях можно нарезать ствол, и вскоре начал эксперименты со спиральными развертками, заточенными под дорны. Но пока результаты были настолько далеки от желаемых, что думать о самостоятельном изготовлении нарезного ствола, да еще приличной длины, было явно рано. Значит, следовало искать готовый.
Собственно, два таких ствола у меня уже были – один в «кастрате», другой в «крысе». Правда, калибром всего четыре с половиной миллиметра, но для начала сойдет и так. В конце концов, если бы ижевскому изделию увеличить мощность еще раз в десять, получилось бы вполне приличное оружие среднего радиуса действия. Но конструктивно «кастрат» для этого совершенно не подходил – слишком маленьким и коротким был его барабан. Но неужели все пневматические револьверы такие?
Заход на сайты оружейных магазинов показал: нет, не все. Фирма «Глетчер» выпускает линейку пневматических копий «смит-вессонов», и у них барабаны по размерам полностью соответствуют оригиналам. Для стрельбы же шариками туда вставляются фальшпатроны, по виду похожие на настоящие. Ничего, сделаем их похожими не только по виду, но и по функциям, решил я и заказал доставку на дом такой игрушки за четыре тысячи рублей. И плюс к ней еще один «кастрат».
Получив заказ, я быстро его рассмотрел, после чего разобрал. В общем, мои ожидания оправдались.
Спуск даже в режиме самовзвода у револьвера был очень легкий, Ханя явно сможет им пользоваться. И вообще по эргономике он отличался от нагана примерно так, как «Фольксваген Гольф», скажем, отличается от четыреста двенадцатого «москвича» – у отца одно время была такая машина. И сделан тот «глетчер» оказался хоть и из силумина, но вполне приличного, а ударно-спусковой механизм был и вовсе стальным. В общем, он оправдал мои ожидания почти во всем, кроме ствола.
О том, что этот ствол окажется гладким, я догадывался, потому и заказал второго ижевца. Но что он будет подвижным, мне просто не приходило в голову.
В любом револьвере определенную трудность составляет обеспечение точной соосности камор барабана со стволом. Например, в ижевском мне пришлось почти час геморроиться с прокладками из автомобильного набора щупов, пока я достиг желаемого. Причем чем меньше калибр, тем выше потребная точность, то есть для четырех с половиной миллиметров проблема имела особую остроту. Так вот, в «глетчере» она была решена довольно оригинально.
Ствол был подвижным, подпружиненным, его прилегающий к барабану торец был заточен под конус. А в барабане имелись фаски, соответствующие конусу ствола. При повороте ствол выдавливался вперед, а потом, когда камора занимала соответствующее положение, под действием пружины заходил своим конусом в фаску и прижимался к барабану. Соосность при этом получалась почти идеальная.
Да, в растерянности подумал я, так-то оно, конечно, так. Но только для гладкого ствола! Даже если оставить револьвер пневматиком, но заменить ствол на нарезной, сопротивление проходящей по нарезам пули тут же двинет его вперед! А уж при переделке на огнестрел ствол будет мгновенно выталкиваться в крайнее переднее положение.
Поначалу я прикидывал, как можно заменить прыгающий туда-сюда ствол на неподвижный. В общем, подобное было нетрудно. Правда, при этом пришлось бы слегка сточить барабан, но тоже не катастрофа. Однако как быть с его фиксацией? Имеющийся в рамке подпружиненный штырек и близко не обеспечивал потребной точности.
 
Так я ломал голову примерно полчаса, а потом меня осенило. Ведь остроумная же задумка, зачем ее убирать? Просто у «глетчера» ход ствола сейчас сделан с запасом и составляет почти миллиметр. Уменьшим его до пары десяток, для фиксации этого вполне хватит. Тогда появится возможность серьезно умощнить пружину ствола без увеличения усилия поворота барабана. А зазор в две десятки выстрелу не помешает – примерно такой всегда есть у большинства нормальных револьверов.
Сказано – сделано, и ствол с барабаном я обточил в своей мастерской на Хендерсоне. Там же были сделаны боеприпасы.
В принципе не так уж трудно, наверное, было бы раздобыть патронов от мелкашки. Но, во-первых, они имеют калибр «пять и шесть», а, во-вторых, я не меньше Остапа Бендера чтил уголовный кодекс. Правда, уже мелькала мысль, что теперь-то у меня есть куда сбежать в случае чего, но реализовывать ее на практике было еще явно рано. Поэтому я просто взял в гараже пачку патронов для своего строительного пистолета ППМ-307. Зачем он мне понадобился? Такой вопрос могут задавать только люди, у которых гараж кирпичный или сварен из тонкого стального листа. Мой же имел бетонные стены, и я, пару дней помучившись с перфоратором, купил самый дешевый монтажный пистолет из тех, что нашел на строительном рынке.
Кстати, когда я начал разбираться с патронами к нему, то поначалу впал в тягостное недоумение. Судя по характеристикам, они выдавали совершенно феноменальную мощность! Например, про черные к моему пистолету, имевшему калибр всего «пять и шесть», утверждалось, что их мощность аж шестьсот джоулей. Да как она у такого огрызка может быть почти вдвое выше, чем у макаровского патрона?!
Но вскоре я разобрался в лукавых цифрах. В общем, как говорилось довольно давно и по другому поводу: «Не суть важно, кто и как голосует (в данном случае – стреляет). Важно, кто и как потом подсчитывает результат!» То есть дело оказалось именно в методике расчета, и для приведения цифр мощности строительных патронов к одному знаменателю с оружейными требовалось делить потрясающие воображение цифры примерно на два.
Так вот, я взял пачку зеленых патронов. На этикетке красовалась надпись «150+50 джоулей», то есть по мощности они примерно соответствовали мелкашечным. И за день наточил двенадцать гильз под настоящие, а не фальшивые патроны для «глетчера». Они представляли собой стальные цилиндрики диаметром десять минус десятка, снабженные полумиллиметровым рантом. И имели сквозное отверстие – в задней части «пять и шесть» под патрон, в передней – «четыре и шесть» под пулю, отлить которые не составило никакого труда. Пуля вкладывалась в гильзу сзади, потом туда вставлялся патрон, который пропихивал пулю на ее место. Все, боеприпас готов. Причем давление пороховых газов будет воспринимать именно он, а не тонкостенный силуминовый барабан.
Оставалось только заменить клапан револьвера упором с подпружиненным бойком, на изготовление которого я и потратил почти все воскресенье. Он был отфрезерован из сорок пятой стали, задней частью точно соответствуя извлеченному из револьвера клапану, а спереди имея широкую площадку, распределявшую усилие отдачи по всей задней плоскости рамки. Потому как вопреки распространенному мнению силумин – материал довольно прочный, он просто плохо переносит ударные нагрузки. Их-то и воспримет моя деталь.
Клапан крепился к корпусу револьвера на одном винте. Мой упор был еще и вклеен. Слой клея обеспечит не только дополнительную прочность соединения, но и послужит демпфером при передаче удара со стали на силумин.
Примерно в шесть вечера револьвер был готов. Я переправил его на Хендерсон, добавил до кучи осциллограф, блоки питания и кондиционер, после чего вернулся в лабораторию. Убрал в сумку аппаратуру с кристаллом и двинулся на проходную, а оттуда поехал в свой гараж. Еще один переход – и я у дома на берегу океана.
Разумеется, первым делом я приступил к испытаниям своего детища. Для чего снял с рукояти пластиковую накладку и зажал револьвер в тиски, направив ствол в открытое окно мастерской. Зарядил барабан двумя гильзами с желтыми патронами, которые были в полтора раза мощнее зеленых. После чего надел на спусковой крючок проволоку с петлей, отошел в сторону и дернул за нее.