Профессиональный некромант. Пенталогия в одном томе
Та-ак, а вот это уже нескладно. Выпускать ее отсюда нельзя. Если удерет наружу, может привести за собой других гостей – гораздо более опасных и намного менее сговорчивых, чем эти невинные дети. Если же рванет к башне, то испоганит мне весь план. А то, глядишь, еще нитку заговоренную порвет. Графа с его людьми почует, бузить начнет. И что я потом буду делать?
– Не бойся, милая, – проворковал я, осторожно подкрадываясь к яростно щелкающей зубами «девушке». – Я не желаю тебе ничего плохого. И вообще, просто хотел сообщить, что вон тот мужик на себя запал! Веришь, нет? Ну так посмотри назад и узри несчастного влюбленного!
Моя первая жертва тихо икнула и, увидев ослепительную улыбку «красавицы», ненадолго остановившей на нем свой горящий взгляд, испуганно отползла подальше.
– Смотри, как он трепещет от одного твоего вида, – проникновенно продолжил я, когда дурная девка оскалилась и утробно заворчала. – Прямо зуб на зуб не попадает! Только он боялся подойти раньше. Да и сейчас, как видишь, все еще боится. Меня попросил помочь, вот я и помогаю как могу.
Мужик вздрогнул, уставившись на меня шальными глазами. А потом снова перевел взгляд на умертвие, с которого от резких движений кожа на руках и ногах начала лопаться, и инстинктивно отполз под защиту приходящего в себя зомби-верзилы.
Я снова разулыбался и поспешил добавить:
– Да ты сама взгляни: мужик – хоть куда. Совсем еще свеженький, рукастый, не смотри на то, что одной кисти нет – отрастит еще. Ну хромает – тоже не порок. Кожа на горле провисла? Так это даже оригинально! И вообще, настоящему мужчине такие мелочи не страшны!
Ох. Что я несу?
Хотя, кажется, помогает?
– Он уже давно с тебя глаз не сводит, – продолжал увещевать я упрямую дуру, которая наконец начала пятиться медленнее и щелкала зубами уже не так агрессивно. – Которую ночь мучается от неразделенного чувства. Еще когда живым был – уже мечтал об этой встрече, а как помер, так вообще с ума сошел от безысходности. Вон даже правый глаз чуть не потерял, пока на тебя таращился. Это ли не признак великой любви?
Умертвие ненадолго задумалось и замедлилось еще на чуть-чуть.
– Это судьба! – воодушевился я, не заметив, что мужик с надеждой косится в сторону зияющей дыры в решетке, явно намечая пути к отступлению. – А от судьбы еще никто не убегал! Поверь моему опыту – вы просто созданы друг для друга!
Девка наконец остановилась и взглянула на «жертву» с благосклонностью. «Жертва» от такого внимания совсем сникла и опять попыталась спрятаться за широкую спину соседа, но меня это не остановило. Уверенно приблизившись к «даме», я решительно предложил ей руку и твердо сказал:
– Прошу вас, леди. Дайте этому красавцу-богатырю шанс доказать, что он вас достоин.
Мужик окончательно спал с лица. Однако «дама», поколебавшись для виду, все-таки прониклась. После чего кокетливо убрала с лица спутанную прядь грязных волос и на пробу улыбнулась.
На моем лице не дрогнул ни один мускул, когда от непривычного движения часть ее щеки все-таки не удержалась на подгнивших тканях и отвалилась безобразным лоскутом, обнажив верхнюю челюсть. Заодно, выставив на всеобщее обозрение остатки предыдущей трапезы «красотки» и копошащихся там могильных червей. Но когда умертвие издало странный воркующий звук и попыталось подразнить своего избранника, облизав губы таким же почерневшим языком, остаться невозмутимым мне удалось лишь с большим трудом.
Мужик же, оказавшись под прицелом хищно горящих глаз умертвия, безвольным киселем сполз на землю и, кажется, потерял сознание. Не уверен, правда, что зомби способны падать в обморок, но ему явно стало нехорошо. А потом с таким обреченным выражением на лице застонал, что в моей душе появилось что-то смутно похожее на сочувствие.
Самое главное, с помощью этого бедняги мне худо-бедно удалось заинтересовать умертвие и отвлечь его от всего остального. Переключить внимание с моей необычной персоны на более интересный предмет интерьера. А это уже половина победы. Ни в чем не повинного зомби я, конечно, на растерзание не отдам, потому как мужская солидарность для меня совсем не пустой звук. И вообще, я не настолько плох, чтобы так гнусно подставлять людей, пусть даже бывших.
А вот то, что внутри прохода, ведущего в центральную башню, снова наметилось шевеление, было очень нехорошо. Причем звук, хоть и тихий, оказался вполне отчетливым. И до отвращения походил на то, как будто у кого-то там случились рвотные позывы.
Терзаемый смутными сомнениями, я настороженно принюхался, не рискнув отвести от «красотки» взгляда, однако идущий от нее смрад перебивал любые запахи. От него даже мои глаза скоро начнут слезиться. Дышать я просто не рисковал, чтобы не выдать себя. Но проблема в том, что кто-то, кажется, не послушал моего совета. И теперь мучительно давился в темноте, тщетно стараясь сдержать просящийся наружу вчерашний обед.
Проклятье! Только этого не хватало!
У меня из горла непроизвольно вырвалось звериное рычание.
Ну почему люди бывают настолько тупыми?! Ведь сказано было человеческим языком – уходить, пока целы! Так нет же, пришла кому-то в голову мудр-рая мысль проверить, чем я тут занимаюсь! Идиоты! Хорошо, я капюшон не снял, иначе было бы у меня новое развлечение. Избавься от нанимателя, называется.
Тьфу!
Что самое плохое, подозрительный звук услышал не только я: старательно приручаемое умертвие тоже уловило слабый шорох и, мгновенно забыв про мужика, развернулось к башне. Глаза твари засветились алчными огнями. Изуродованные разложением ноздри шумно раздулись. Длинный язык выстрелил вперед, как у настоящей змеюки. А затем моя «красавица» бешено взревела и с такой скоростью ринулась в темноту, что я едва ее не упустил.
Собственно, умертвия тем и отличаются от простых зомби, что умеют при необходимости двигаться поразительно быстро. Внешний вид у них до отвращения схож, повадки и привычки – тоже. Они прекрасно маскируются под обычную нежить, поэтому с первого взгляда распознать их довольно сложно, но при этом твари слышат, видят и понимают на порядок больше. К тому же отличаются наличием каких-никаких, но все-таки мозгов.
Не зря мне эта девочка с самого начала не понравилась.
Хорошо, что я сорвался с места одновременно с ней. Хорошо, что успел выхватить ритуальный кинжал буквально за секунду до того, как тварь с воем перепрыгнула через все мои линии и с ходу налетела на заговоренную нить. Хорошо, что сама нить оказалась довольно крепкой и удержала эту сволочь на долю мгновения. А уж потом мой клинок довершил дело – вонзился в основание полусгнившей шеи и с хрустом пробил ее насквозь. Одновременно обездвиживая яростно дернувшуюся тварь, разрывая ее связь с хозяином и заодно вытягивая из нее жизненные силы. Все без остатка.
Всего за долю секунды истошно воющая нежить потеряла все свои способности и превратилась в одну большую лужу жидкого, мерзко воняющего дерьма, брызги которого разлетелись во все стороны. При этом немалая их часть безнадежно испортила мне нижний край мантии, здорово загадила ближайшую стену и заодно с ног до головы окатила трех идиотов, рискнувших подобраться к выходу из башни слишком близко!
Замерев на месте, я беззвучно выдохнул, старательно прислушиваясь к наступившей тишине. Повертел головой, желая удостовериться, что мои подопечные не сделали ни единого шага в эту сторону. А затем всмотрелся в густую темноту коридора, в котором кого-то уже явственно выворачивало наизнанку, и язвительно осведомился:
– Ну что, господин граф? Надеюсь, вы удовлетворили свое любопытство? Или, может, ваши люди хотят поближе познакомиться с особенностями моей работы?
Ответом мне стала гробовая тишина.
И вот тогда я гнусно ухмыльнулся.
– Что ж, так тому и быть. Выходите. И упаси вас небо сделать еще что-нибудь не так.
Глава 9
Говорят, некроманты не умеют шутить. Неправда. Просто не все могут понять наши шутки.